Вязьма - 1941. Удар Тайфуна - Влад Радин

Не дожидаясь ответа, Бок бросил телефонную трубку и выругался вполголоса. Нет Рейнгардт никак не может заменить собой Гота! Это очень большое несчастье, что буквально за три дня до начала наступления генерал Гот был тяжело ранен при воздушном налёте русских на штаб его танковой группы. Если бы он остался на своём посту, дела у третьей танковой группы развивались бы сейчас куда как успешнее. Фон Бок был неколебимо уверен в этом. Гота не требовалось подталкивать в отличии от Рейнгардта. Это был решительный и, что самое главное, умный танковый генерал.

Ещё раз поглядев на расстеленную перед ним карту фон Бок вновь поднял трубку стоящего рядом с ним телефона.

По телефону голос Собенникова звучал буднично и как — то глуховато.

— Сегодня с утра противник пытался обойти Спас- Деменск, но натолкнулся на развёрнутые части сто шестой стрелковой дивизии, потерпел неудачу неудачу и возобновил фронтальные атаки на город. В настоящий момент наши позиции на городских окраинах атакует порядка пятидесяти танков противника при поддержке большого количества мотопехоты. Немцы ведут ураганный артиллерийский огонь. В городе очень большие разрушения.

— Дивизии от соседей к тебе подошли?

— Подошёл один полк шестидесятой стрелковой дивизии. Вот вот должен подойти второй. Семнадцатая пока на марше.

— Как подойдут ты не вздумай раздёргивать их по частям для затыкания дыр. Собери в единый кулак и бей по немцам! Понял, Пётр Петрович?

— Понял, товарищ командующий.

— Танковые бригады у тебя в каком состоянии?

— Можно сказать, что в никаком. В строю остались считанные танки. Да и от мотострелковых батальонов по сути одно воспоминание.

— Всё равно. Объедини уцелевшие машины в сводную группу и используй их для непосредственной поддержки пехоты. Выбивай у немцев танки! Не давай им закрепится. — Ясен тебе мой приказ?

— Всё ясно, товарищ командующий.

Не успел я завершить разговор с Собенниковым, как позвонил Хоменко.

Товарищ генерал — полковник, противник захватил Белый. Сил противодействовать ему на этом направлении у меня не имеется.

Да, неприятная новость. У немцев появляются все шансы прорваться к Сычёвке.

— Не волнуйся, Василий Афанасьевич, сейчас примем меры.

Пора задействовать для нанесения контрудара по продвигающемуся противнику части двадцать девятой моторизованной бригады и кавалерийской дивизии Доватора. Они должны будут задержать продвижение немцев на Сычёвку.

Чуть позже состоялся мой звонок Будённому.

— Семён Михайлович, — обратился я к маршалу, — нужна помощь от соседа. В районе Спас- Деменска складывается очень сложная обстановка. Немцы вот — вот могут прорваться по Варшавскому шоссе.

— А,что частей которые по приказу Ставки я передал тебе от Онуприенко, тебе разве недостаточно? — услышал я в ответ ворчливый голос.

— Да, нет части от Онуприенко пришлись очень впору, спасибо тебе за них. Но ты сам понимаешь, какие силы собрали немцы против моего левого крыла. Надо бы подстраховаться.

— Ну я уже сам кумекаю потихоньку, — ответил мне Будённый, — не сижу сложа руки. Начал уже перегруппировку трёх дивизий из состава тридцать второй армии из района Дорогобужа, к Варшавскому шоссе. Тем более, что из Москвы меня теребят непрестанно. Так, что принимай подкрепление! Надеюсь оно тебе пойдёт впрок.

— В район Юхнова начали прибывать части семнадцатой танковой бригады, — сказал мне Соколовский. Одновременно пришло распоряжение за подписью Шапошникова, которое переподчиняет эту бригаду нашему фронту. Как бы Семён Михайлович окончательно не осерчал на нас.

— Переживёт, — сказал в ответ я, а вот полнокровная танковая бригада нам нужна как воздух.

— Где будем её использовать?

— Пусть пока побудет в резерве фронта. Там же в районе Юхнова. Думаю, что наиболее целесообразно будет использовать её там же, в случае если противнику всё — таки удастся осуществить свой глубокий прорыв вдоль Варшавского шоссе.

Я поднял телефонную трубку и позвонил Мичугину.

— Фёдор Георгиевич, понимаю, что погода нелётная, но надо приложить все усилия. Помочь нашим войскам под Белым. Поднять хотя бы один полк и провести штурмовку. В общем сделать через не могу.

— Понимаю, Иван Степанович, попробуем, сделаем всё, что возможно.

Глубокой ночью проводилось очередное совещание. Обстановка на фронте, за день существенно ухудшилась. Всё говорило о том, что пора отдавать приказ об отводе войск на вторую линию Ржевско- Вяземского оборонительного рубежа. Хотя и удалось удержать Спас- Деменск, но было ясно, что в самом скором времени город падёт. Против группы Рокоссовского немцы ввели новые силы, и она во второй половине дня, вынуждена была перейти к обороне, а затем начала потихоньку отходить. В довершении всего немцы нанесли удар в стык армий Ракутина и Собенникова, введя в бой как минимум пехотную дивизию. Командарм −24 пока удерживал оборону, но было ясно, что в самом скором времени немцы могут прорваться и на этом участке фронта.

— В общем надо готовить приказ об общем отходе, — сказал я в самом конце совещания, — время настало. Ещё немного и будет поздно. Положение на флангах ухудшается с каждым часом.

— Согласен, — ответил на это, — Соколовский.

Маландин лишь кивнул головой в знак согласия.

— Так, Василий Данилович, готовь приказ. Времени в запасе у нас больше нет.

В этот момент в комнату, где проходило совещание вошёл мой адъютант.

— Товарищ генерал — полковник, разрешите обратится.

— Разрешаю. Что у тебя там?

— К вам прибыл генерал армии Жуков.

От автора:1995 год. Полковник КГБ в теле опера ФСБ ломает уральские ОПГ и агентуру ЦРУ. Матчасть спецслужб, суровый реализм 90-х. Никаких компромиссов. https://author.today/reader/614778/5869645 От

Глава 9

Дневник Начальника Генерального штаба ОКХ генерал — полковника Гальдера.

Запись от 8 октября 1941 года. 109-й день войны.

Группа армий Центр: на восточном фланге 2-й танковой армии давление противника по прежнему не ощущается. Западный фланг армии, который подвергается контратакам противника, надёжно прикрыт. В результате неблагоприятной погоды наступление через шоссе Орёл- Брянск приостановилось. Войска готовятся продолжить наступление. В районе севернее этого шоссе войска противника отходят в восточном и северо — восточном направлении. Таким образом, здесь в нашей большой системе окружения всё- таки остаётся брешь…

На центральном участке начинается ощущаться давление окружённой группировки противника на западный фланг танковой армии Гудериана, что создаёт нашим войскам дополнительные трудности.

Дверь открылась и в комнату, где проходило совещание собственной персоной вошёл Георгий Константинович Жуков. Увидев его я прямо — таки впился своим взглядом в его лицо. Ещё бы ко мне пожаловал сам Жуков! О причинах его такого внезапного приезда ко мне, в штаб фронта которым я командовал я пока как — то не задумывался.

Свою свою жизнь я привык к тому, что образ Жукова