"Фантастика 2026-169". Компиляция. Книги 1-31 - Алексей Аржанов

Откинулся в кресле и просидел так с полчаса, ни о чём не думая, просто смотрел на огонь, слушал треск углей. Боцман снова забрался ко мне и устроился на груди.

А потом вспомнил про ящики, те, что привезли матросы и оставили на берегу.

Я попробовал мягко столкнуть кота с колен, тот не ушёл. Толкнул ещё раз, рыжий упёрся всеми четырьмя лапами и издал протестующий рык. Тогда взял его на руки, пытаясь стащить с себя, но он вцепился когтями за штаны и мяукнул уже возмущённо.

— Да слезь ты! — отцепив каждую лапу, поставил Боцмана на пол. Кот обиженно дёрнул хвостом и остался на кухне ждать моего возвращения.

На улице казалось даже светлее, чем в кухне со свечой. Луна висела над океаном, её свет дробился в лужах, оставшихся от растаявшего льда. Я подошёл к первому ящику, тому, что с дырочками, ножом поддел крышку, отогнул гвозди и заглянул внутрь.

Лимоны! Жёлтые, душистые, чуть подмёрзшие с одного бока. Я взял один, он уже начал твердеть на морозе. Настоящий морской подарок. Капитан этого корабля явно знал, что нужно моряку, чтобы зубы не выпали.

Боцман, который, видимо, устал меня ждать, всё-таки выбрался наружу и теперь тёрся о ноги, сунул нос в ящик. Понюхал, чихнул, отскочил и снова полез к странному запаху, хотя, насколько мне известно, кошки обходят цитрусы за километр.

— Так, — сказал я, забирая у него лимоны. — Любопытной Варваре… Знаешь поговорку? Надо их поскорее отнести на кухню, пока все не превратились в лёд. Сейчас пойдём, давай сначала посмотрим, что во втором ящике.

Глава 12

Этот ящик оказался забит на совесть. Я попытался поддеть крышку ножом, но она не поддалась, пришлось сбегать в кладовую за киркой, подцепить край и слегка повредить древесину. Гвозди вышли с протяжным скрипом, и крышка наконец откинулась. Сквозь порывы холодного ветра, йодистый запах которого уже порядком надоел, в нос ударил запах лета.

Да ладно! Чай!

Настоящий, крупнолистовой чай наполнял ящик доверху и испускал такой аромат, будто его не везли через полмира, а собрали буквально вчера. Я сунул руку, пропустил сквозь пальцы тёмные скрученные листья. Они пахли сухой травой и ещё чем-то, чего я не ощущал с тех пор, как умер, кажется, бергамотом.

Странно, что чай перевозили вместе с лимонами, обычно так не делают. Чай товар привередливый, он впитывает всё подряд, как губка. А цитрусы, которые обязательно держать открытыми, требуют особого хранения, продукт скоропортящийся. Значит, лимоны не на продажу, а для себя, личные запасы команды, за что моя отдельная благодарность капитану.

Я затащил оба ящика внутрь и сразу уволок их на кухню. Вот с чем надо есть лепёшки. Закрутив крышку бутылки рома, убрал на полку, а потом налил в котелок воды и поставил на огонь. Пока вода грелась, взял один лимон, поднёс к лицу и вдохнул запах цедры, терпкий, маслянистый, с лёгкой горчинкой, разрезал пополам. Сок брызнул на пальцы, и я машинально их облизал. Давно забытый вкус кислоты, бодрящий и манящий разлился по языку.

Боцман тут же возник у ноги, потянулся носом к срезу, чихнул и, прищурившись, попятился. Не понравилось. Я засмеялся и отправил половинку обратно в ящик, от второй отрезал тонкий кружочек и сунул в рот. Кисло-о-о! Зажмурился, мотнул головой.

Вода закипела, пришло время чаёвничать. Бросив в кружку щепотку чая, залил кипятком. Пусть настоится. Пар поднимался над кружкой, щекотал ноздри. Запахло летом.

Я сел за стол, размешал в кружке ложку сахара, откусил хрустящую лепёшку и сделал глоток. Чай обжёг язык и попал прямо на ещё не заживший зуб. Боль прострелила до виска, но следом пришли тепло, сладость и вкус, те самые, который вдруг возвратили меня в собственную каморку возле лифта. Я откинулся на спинку стула. Удивительное существо человек, везде стремится воссоздать свою привычную зону комфорта. Вот вроде умер, вроде в океане на маяке, а чай, лепёшка, кот — всё как дома, и плевать, что ты мертвец. Вот ещё ковер… Ковёр бы на стену повесить.

Я потрепал Боцмана за ухо и вдруг понял, чего не хватает. Повидла! Если не сейчас, то когда? Несколько жёлтых полдов перекочевали на стол. Для начала залил их кипятком прямо в миске, чтобы выгнать из кожуры лишнюю горечь, через десять минут слил воду. Лимоны стали мягче, цедра уже не скрипела под пальцами.

Разрезав каждый плод пополам, я вычистил все косточки, потому что в них вся горечь, и нарезал мякоть вместе с цедрой мелко, но не в кашу. Кожура даст тот самый вкус, без неё повидло получится пресным. Сложил золотистую массу в кастрюлю, засыпал сахаром один к одному, как учила мама, плеснул немного воды, чтобы не пригорело, и поставил на слабый огонь.

Я стоял у плиты и смотрел, как будущее повидло тихо булькает в кастрюле, помешивая его каждую минуту деревянной ложкой и никуда не отходя. Кухня наполнилась кисло-сладким ароматом. Боцман следил за ложкой, но держался на расстоянии, почти у лестницы, эфирные масла цитруса раздражают котов, даже таким магических.

Когда повидло дозрело, я передвинул его остывать. Кот улегся под столом, игнорируя либо уже привыкнув к запаху, мне же не терпелось навестить другое моё детище, грядки.

Взяв свечу, я подошёл к конструкции из подвешенных жёлобов, на которую возлагал немало надежд. Внешне всё выглядело также, как и неделю назад: песок, лотки и капающий раствор, благо Каспар позаботился о его смене, но, приглядевшись, понял, что чуда, которое я жду, не произодёт. Семена не прорастут, потому что… Свет! Им нужен свет, твою мать! Последнее время я только и делал, что отражал атаки Тумана, взрывал лёд и латал Маяк, а о гидропонике забыл напрочь. Марко, который одно время взялся за неё, либо не понимал тонкостей, либо решил, что магия всё сделает сама. Ситуация выглядела, прямо скажем, дерьмово.

Если внизу, в подводной комнате, есть светильники, то почему им не быть и здесь?

Я забрался на стул со свечой и принялся осматривать стены. Толстый слой побелки, которую я накладывал ещё в первые дни, на совесть скрывал большинство трещин и выбоин, пришлось водить ладонью, ощупывая каждый дюйм.

Первое отверстие нашлось почти сразу, аккуратная круглая ямка, показавшаяся мне явно рукотворной. Я пометил её, чиркнув по стене ногтем, и стал искать вторую. Если найду