Фантастика 2026-107 - Наиль Эдуардович Выборнов

Ну я и схватился за рукоять. Нет, тяжело, так я не то чтобы стрелять, я даже прицелиться никуда не смогу. А если приклад подмышкой зажать? О прицельной стрельбе, естественно, в таком положении говорить не приходится, но нацелить оружие куда-то в сторону врага и пальнуть я смогу однозначно.

А как перезаряжаться? Одной рукой я точно не смогу, да и никто наверное не умеет.

Тем временем, пока эти мысли мелькали у меня в голове, мы успели вытащить эти ящики из помещения, даже миновали ледник, и оказались в том самом коридоре, по которому всей группой двинулись к лестнице.

Сверху снова послышались выстрелы, потом крики. Позади раздались шаги, и единственное, что я смог сделать — это повернуть голову. Отпустить рукоятку ящика однозначно было равно тому, чтобы уронить его на ногу соседу. А он тяжелый, и вполне может сломать.

Пара бойцов, что замыкали наш строй, выдали несколько очередей в сторону врага. Залязгали затворы, на пол со звоном посыпались гильзы. Я чуть на бег не сорвался, но парни пусть и шли быстро, но размеренно. Особо не торопились.

Скоро мы выскочили на лестницу, а потом и наверх. Двое, что остались там, отстреливались через дверной проем. Пули летели и сюда — местами плитка оказалась разбита, а у одного из спецназовцев в бронежилете была прореха со спины. Но он никаких признаков ранения не выказывал. Похоже, плита остановила.

— Работаем, работаем! — проорал Гречка.

Один из парней высунулся и выдал длинную очередь. У него автомат был без глушителя и звуки выстрелов сильно ударили по ушам. Так, что аж зазвенело. Но он тут же спрятался обратно, и в ответ прилетело еще несколько пуль.

Я посмотрел на Гречку, а тот уже держал в руках две гранаты. Выдернул предохранительное кольцо у одной, у другой, каким-то неуловимым движением сместился вперед и катнул — не бросил, а именно катнул их по полу в одну, а потом в другую сторону.

— Игрушка! — послышался громкий крик с той стороны.

Два взрыва слились воедино, меня ударило по ушам, перед глазами все поплыло. С потолка посыпалась штукатурка — все-таки замкнутое пространство.

А парни уже рванули наружу, и оттуда снова послышались крики.

— Пошли, блядь, пошли, хули ты встал?! — заорали мне, и кто-то ощутимо ткнул меня в спину.

Ну да, я замер что-то, а нам бежать надо, причем бежать быстро.

Кое-как такой вот гусеницей мы протиснулись в проход и оказались снаружи, недалеко от эскалатора. Кругом были трупы — не очень много, но и не мало при этом. Я увидел, как из-за эскалатора кто-то высунулся, вскинул автомат, приклад которого продолжал держать в одной руки и высадил короткую очередь. Ствол не то что не особо подбросило, он наоборот все вперед клюнуть пытался.

Естественно ни в кого я не попал, но враг спрятался. А мы бежали вперед, на этот раз уже серьезно бежали. Я перепрыгнул через одно мертвое тело — какой-то здоровяк, кажется я его раньше видел, и повязка у него на руке такая же, как и у остальных «дружинников» на базаре. И еще один — дед с двустволкой, с торчащей во все стороны бородой. Для завершения образа ему разве что шапки-ушанки со звездой не хватало.

Мы бежали вперед, я и слышал дробный топот ботинок по кафелю. Со всех сторон были слышны выстрелы. Меня что-то клюнуло в спину, но боли я не почувствовал, хотя с шагу сбился, удержался, но все равно едва не упал. Дернув при этом за ручку ящика.

Спецназовец, который бежал рядом, громко выматерился, обложив меня всеми словами, какие только знал. Отвечать я не стал — он же не в курсе, из-за чего именно это произошло.

Мы проскочили эскалатор, и скоро были уже совсем рядом с выходом. Я повернулся и увидел как справа, со стороны «гостиницы», в которой мы останавливались, идут еще трое. Чуть довернул тело, вскинул автомат, и высадил длинную очередь.

На этот раз ствол подбросило. В одного я попал точно: он как бежал, так и рухнул на пол, немного прокатившись по нему. Остальные тоже попадали, но открыли огонь.

Впрочем, через несколько секунд мы уже миновали коридор и выскочили на улицу. Охрана уже лежала тут, оба мертвы. Я огляделся, пересчитал спецназовцев, и к своему удивлению обнаружил, что ни одного мы не потеряли. Хотя вот один, позывного которого я не знал, матерился и затягивал на плече жгут — зацепило. А еще у пары видны прорехи в наружных слоях бронежилета.

— Туда-туда, не стоим, блядь! — заорал Гречка, указав дальше по улицы.

И мы снова побежали. Удалиться успели, наверное, метров на триста по улице, когда за спиной послышались выстрелы, а над нашими головами засвистели пули. Я обернулся и увидел, что из базара выбралась целая толпа — человек тридцать, не меньше, наверное. И они все побежали за нами.

Впрочем, наш командир тут же свернул, и мы побежали за ним. А за углом он остановился, и я увидел, как он вкидывает в трубу подствольного гранатомета, который был прикреплен к его автомату, знакомый острый снаряд ВОГа. Такие я ни разу в жизни не видел, зато видел гранаты, которые из них делали, удаляя переднюю часть и вкручивая самый обычный запал.

Он махнул рукой, мол, все, бегите, бегите, а потом высунулся.

Послышался негромкий хлопок, а следом за ним взрыв. И громкие человеческие крики. А я на ходу обернулся снова, и увидел, как он вставляет в подствольник вторую гранату.

Еще один взрыв, а потом он так резко припустил, что обогнал нас всех. Откуда только силы взялись, мы же на пределе все действуем. Хотя может быть, это я на пределе, а для спецназовцев — это так, легкая прогулка.

Жаль только, что у нас нет, как в компьютерных играх, вертолета для эвакуации. Вот это было бы дело — сел себе, да летишь спокойно, только наушники надеть не забудь. А в ушах, кстати гудит, и слышу я все как через вату, но оклики товарищей воспринимаются четко.

Повернули, пробежали еще сколько-то, и повернули еще раз. Уже все, реку было видно, но до переправы, которую они себе наладили, далеко. Можно, конечно, моей, а точнее отобранной у народа из музыкальной школы, резиновой лодкой. Но тогда возможно придется переправляться