Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

к нашим в городище. Работы у них во! — Исешка отчиркнул ладонью над головой. — Ничего не успевают, а холода уже близко. Нужно хотя бы внешние стены успеть укрепить, да внутри тёплые помещения до склады обустроить. К нам с востока прилетели эти… как их… те, что дома сами не строят, а на бумаге чертят?

— Архитекторы?

— Они самые! Только наши, военные. Знающие толк в военных сооружениях. Нужны оборонительные укрепления между заставой и городищем. Пока только решаем, строиться уже весной будем. А вон и они, архитекторы эти! Характерные ребята, собачатся каждый день с утра до ночи. И когда только работу делать успевают?

— А Лирой где? Хаварий сказал, что вы здесь оба.

— Он тенями пошёл смотреть, куда там трещина в стене уходит. Представляешь, оказывается можно в вот такусенькую трещинку, — Исешка сблизил пальцы на толщину волоса, — тенями залезть и не помяться. Никак мы не поймём, куда она там идёт. Щупаем прутами, а там трещины словно корнями расходятся. Хитекторы эти замучили нас. Говорят, если всё не заделать, то будет у крепости слабое место. Один раз по нему тюкнешь, и опять раскол. Стращают! Как будто мы без них раньше не справлялись.

Похоже, собачились заезжие градостроители не только друг с другом.

— Лирой!

Услышав радостный голос подруги, Лирка тут же вытянула шею и высмотрела серебристую макушку господина Ранхаша, а потом уже увидела друга и висевшую на его шее Майяри. Выглядел Лирой тоже вполне бодро, только был осыпан известковой пылью с ног до головы.

— Вот ты где! — у подножия лестницы появился задыхающийся от спешки Леший.

Братья с хохотом бросились обниматься.

— Здорово выглядишь, — порадовался Леший.

— А я уже переживал, что вы где-то там в Лесу сгинули. Улетели ещё до нападения хоёторцев и никак нет.

— Там такая история… — махнул рукой Леший и полез в поясную суму. — Во! — он достал коронку. — Это тебе от Господина Истаридана. Помнит тебя. Сказал, артефакт от яда.

Исешка взял артефакт и как-то растерянно покрутил его в руках. Для него корона была совсем маленькая. Такую если только шпильками к волосам крепить и носить, залихватски накренив набок. Лирка видела такие на картинах женщин. Короны сидели на их причёсках.

— Ты её к голове приложи, — Леший от нетерпения вырвал корону из рук брата и водрузил ему на волосы.

Удивительно, но та не свалилась сразу.

— Держится, — Исешка осторожно потрогал артефакт, потом вдруг изменился в лице и, схватив корону, потянул уже изо всех сил. — Ты что притащил⁈ Она не снимается!

— Да ладно⁈ — Леший, видимо, вспомнил недавнюю историю с кольцом Ваирака и бросился помогать брату.

— Ай, аккуратнее! Ты мне сейчас волосы выдерешь!

Улыбка всё же вернулась на лицо Лирки. И ей даже почудилось голос Ирреса.

Вообразился, конечно, но всё равно было приятно его услышать.

Был уже поздний вечер, когда в дверь избушки постучали. Лирка раздражённо заворочалась в гнезде, не желая покидать его ради незваных гостей.

— Ты что так поздно? — услышала она Риша.

— С сестрой поговорить надо, — тихо ответил Леший.

Риш вздохнул, немного помолчал.

— Сейчас она может тебе не очень обрадоваться. Но если что-то важное…

— Мне попрощаться.

Лирка тут же села в своём уютном гнезде, а затем и вовсе из него выползла.

— Лирка? — брат удивлённо уставился на неё, когда она вышла из комнаты почти на четвереньках.

— Шани? — на пробу позвал Риш, решив, что медведица взяла власть в свои лапы.

— Ноги затекли, — Лирка поморщилась. — Почему попрощаться? Что случилось?

— Я это… в Хоётор вернусь, — Леший нервно мялся. — Исешке и нашим я сказал. Брат со мной рвался, но я отговорил. Нарий там… ну сказал, что тебе помощь в столице может понадобиться. А я всё-таки вернусь. Просто… понимаешь, долг у меня перед ним.

— Перед кем? — минуту назад Лирка пребывала в блаженной расслабленности и теперь вообще не понимала, что хочет сказать Леший.

— Перед богом, — Леший смущённо почесал голову. — Он ведь Исешку вылечил, артефакт ему отдал… Свинья я что ли какая, чтобы про благодарность забыть? Вернусь в Рото-Ё. Я с Господином Атрашем заранее уговорился, он меня утром на границе встретит. Ему-то как раз в выгоду будет, если за богом смотреть кто-то станет. Храм поставить ему надо… Ну, домик небольшой. Начать с чего-то. Живётся местным тяжко, а там, где жизнь тяжёлая, и вера самая крепкая. Обрастёт кое-какими прихожанами. А то Господин Ваирак же всё под себя подомнёт.

«Невеста» из Лешиего определённо получилась неверная.

Мысли слегка разбежались, а Лирка их только-только привела в хоть какой-то порядок. Вновь стало тревожно.

Но всё же будет лучше, если за Истариданом станет смотреть кто-то знакомый. Смотритель ей неизвестен, цели его тоже не вызывают полного доверия.

— В неприятности только не лезь, — попросила она. — И вести почаще передавай.

Леший ушёл, а Лирка ещё долго возилась в гнезде, пытаясь как-то уложить собственную тревогу. Успокоилась она только тогда, когда к ней присоединился Риш и крепко обнял её. В его руках было спокойнее.

А ранним утром Леший действительно собрался и пошёл в сторону границы к уже ожидавшей его высокой фигуре. Мрачный Исешка проводил его вернулся в тоскливейшем настроении.

— Ладно тебе, не кислись, — виларий Хабдир похлопал его плечу и, не удержавшись, посмотрел на криво кокетливо сидевшую на голове воина корону. — Мхян туда как жрец всё равно через полгода-год смотаться должен. Отправишься с ним. А пока нас ждёт другая битва. В столице.

— Подозреваю, — Вехна прищурился, — Леший нарочно удрал, чтобы со всеми эти светскими битвами не возиться. Ой, как же нам Нария будет не хватать!

Когда солнце поднялось над горизонтом, они тоже отправились в дальнейший путь. Господин Исхедиара, уже освободившийся от своих новоявленных потомков («Отдал своему самому любимому и вредному потомку»), открыл пепельные врата, и пополнившийся на заставе отряд наконец отправился в Жаанидый.

Риш подзадержался, решив посмотреть на оставленный позади Лес. Сов внутри ворошился встревоженно и в то же время воодушевлённо, предчувствуя большие проблемы и великие победы. Хоётор больше не казался чужим. Теперь к самому его центру из-за грани тянула пока ещё тонкая нить.

Но дар подсказывал, что она может стать самой настоящей цепью.

Вышли они во дворе