Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

- Странно это, – сказала я в раздумье, – Чтобы такое хитрож … э-э-э … хитроумое существо, как человек, не смогло бы поймать чиграна? Вот его следы. Пустить по следам собак! И чигран пойман!

- Нет, не пойман, – твёрдо заявил профессор, – Может, ты и умная девочка, Васька, но и другие не дураки! И собак пускали, и лесничие выслеживали, и сети с силками ставили, и капканы, даже водопои перекрывали, и ещё тысячу хитростей делали. Не могут поймать чиграна до сих пор!

- Понятно, – сказала я, – То есть, не понятно. Понятно, что чигран – это редчайший зверь породы неуловимых. Непонятно, для чего вы мне это всё рассказываете.

- Я хочу, чтобы ты устроила засаду на чиграна, – серьёзно ответил Роман Викентьевич, – Поймать его тебе, конечно, не удастся, но хотя бы увидеть! А для меня это будет твоим зачётом по маскировке. Потому что, без безукоризненной маскировки, увидеть чиграна вообще нереально!

- Ага, – сказала я с умным видом, – То есть, если я заявлю, что чигнана видела, то вы мне зачёт поставите, даже без подтверждения моих слов фактами, потому что, кто же их подтвердит, а если я признаюсь, что чиграна мне увидеть не удалось, то зачёта не будет?

- Да, – кивнул головой Кольцов, – Я знаю, что ты не солжёшь. Не сможешь. Поэтому, если ты скажешь, что видела чиграна, я тебе поверю. Безоговорочно.

- Ну, вот, – скривилась я, – опять игра на честность! А, может, я не хочу быть чересчур честной?

- Хочешь, не хочешь, это уже от тебя не зависит! – недовольно прикрикнул профессор, – Выбирай место для засады и маскируйся! А я буду рядом.

Упс! А я-то думала, что буду одна! Пришлось пораскинуть мозгами, выбирая место для засады. Для начала я прошлась по следам и убедилась, что следы, действительно, странные. Вот они идут цепочкой, а потом – раз! – и обрываются. Хотя земля рыхлая, влажная. Такое ощущение, что шёл зверь, а потом воспарил на воздусях. Не улетел, а именно воспарил, потому что в прыжке от земли не отталкивался. И поблизости следов не найти. А метров через двадцать опять следы появились. Словно ниоткуда. Но, направление следов показывало на промоину с высокого косогора к реке. Угу-м! Если зверь бродит здесь, поверху, а через промоину спускается к водопою, то лучшего места для засады не придумать. И я решилась.

- Здесь! Я буду маскироваться здесь!

- На земле? – уточнил профессор, – Может, на нижних ветвях вон того дерева? И наблюдать сверху?

- Нет, именно здесь, на земле, – непонятно почему заупрямилась я.

- Ну, здесь, так здесь, – не стал спорить Роман Викентьевич, – А я всё же предпочту дерево! Совью там себе гнездо!

Я подошла к делу основательно. Выбрала небольшую ложбинку, насыпала туда старой листвы, постелила походное одеяло, и засыпала всё это ещё одной большой кучей листьев. Получилось, вроде ветром нанесло. Очень похоже. Потом отвела коня подальше, пустила пастись на полянке, и не стала стреножить. Богатырская порода, не убежит. А постоять за себя против всяких местных хищников сможет. После этого я натёрлась сама и натёрла одежду пахучими местными травами, которые в изобилии росли чуть ниже, возле ручья. Разбросала пучки этих трав по своим следам и следам коня, а сами следы тщательно замела пучками веток с ближайших кустов.. И полезла в приготовленную нору из листьев. Теперь наружу выглядывали только мои глаза, да и то, сквозь несколько лиственных слоёв. И принялась ждать.

Я специально не обедала и не ужинала. Если этот чигран такой неуловимый, значит у него прекрасный нюх. Не надо, чтобы он почуял запах человеческой еды. К примеру, жареного мяса или печёного хлеба. Пусть лес пахнет лесом и ничем иным.

Пока я готовила себе укрытие, мне некогда было наблюдать за профессором. Теперь я с интересом огляделась. Кольцова нигде не было! Никаких признаков! Правда, на дереве, на которое он раньше указывал, выросло крупное гнездо, в котором, действительно, мог бы поместиться человек, если сильно скрючится. Был ли там Роман Викентьевич, или не было, мне снизу разобрать было невозможно. Я осторожно потянула ноздрями воздух. Никаких запахов человека! Вообще, никаких посторонних запахов. Ну, что ж, будем ждать.

Если кто-то не знает, это очень тяжёлое занятие, лежать неподвижно. Тело затекает и очень хочется пошевелиться. А ещё, откуда ни возьмись, всегда появляются всякие жучки, муравьи и букашки, которые ползают по тебе, как по своей собственности. Но шевелиться нельзя! Даже дышать громко нельзя! И полной грудью дышать тоже нельзя. Иначе, вместе с грудной клеткой, начинает шевелиться куча листьев, наваленная сверху. А она не должна шевелиться.

Я терпела. Время тянулось невыносимо медленно. Мысленно я прокручивала воспоминания о прослушанных лекциях и прочитанных рецептах по магии и зельеварению. У нас скоро должен был быть промежуточный зачёт по этим предметам. А глаза бегали из стороны в сторону, отмечая любое шевеление: листик ли от ветра затрепетал, или травинка под весом пчелы нагнулась.

Вечерело. Наконец-то! По промоине протянулись длинные тени от деревьев. Стихли голоса птиц. Я продолжала лежать, не шелохнувшись. Тело затекло, ужасно чесалось под левой лопаткой. Я продолжала наблюдать, перебегая взглядом с одного края промоины до другого. Только взглядом, не поворачивая шею.

Говорят, именно так лежат снайперы, удобно приложившись к дальнобойным арбалетам, и наблюдая за происходящими событиями. Чтобы поразить не простого воина, а крупного военначальника, обезглавив вражеские ряды. Лежат сутками, не шевелясь и не двигаясь, для того, чтобы сделать единственный выстрел. Единственный правильный выстрел. Наповал.

Темнело неспеша, незаметно для глаза. А потом, как-то сразу выяснилось, что солнце зашло. То, что ясно различалось мгновением раньше, теперь оказалось размытым в темноте очертанием. А ещё через минуту из-за туч выглянула луна. Цыганское солнце.

Окружающий мир стал нереальным, призрачным. Чёрно-белым. То, что при свете дня имело яркий, насыщенный цвет, теперь стало только оттенком серого. Светло-серым или тёмно-серым. И тени стали размытыми, нерезкими. Порой терялись грани между предметом и его тенью, и тогда казалось, что деревья оживают, а кусты начинают ползать с места на место. Возможно, кому-то это покажется жутким. Мне было только любопытно, не более. Это не первая моя ночь в лесу. Правда, вот