Ловушка для мисс Паркер - Александра Шервинская

подделать которую просто-напросто невозможно. Значит, мнимый Слоутер отправился в Гримхоль с ведома мистера Кристофера Талбота, известного всем своей неподкупностью и принципиальностью. А кто может заставить честного чиновника солгать? Правильно, только правящая семья или её представители, а также серьёзные люди из служб безопасности. Следовательно, этот самый тип, которого мисс Каллахен назвала Стивеном, либо работает на правящую семью, либо является агентом службы безопасности. И я даже затрудняюсь сказать, какой вариант предпочтительнее. Это как раз тот случай, про который можно сказать, что «оба хуже».

За этими размышлениями я не заметила, как тесто для пирога было уже готово, оставалось начистить и подготовить яблоки. Мешок с ними у меня стоял в небольшом сарайчике во дворе: урожай в этом году выдался на славу, так что мне тоже достался от щедрот дядьки Леона целый здоровенный мешок. Я совсем было уже собралась вернуться в дом, как услышала голоса. Наверное, если бы до меня не донеслось моё имя, я бы и внимания не обратила: ну разговаривает кто-то да и на здоровье, не в безлюдном же месте живу. Теперь же я, прижав к груди миску с румяными яблоками, прокралась к углу сарая и прислушалась. Разговаривали дядька Леон и — кто бы удивился! — Слоутер.

— Мисс Ванесса девушка правильная, — басил лавочник, и я прям видела, как он оглаживает густую рыжую бороду, — если бы не возможность дело расширить, я бы через годик сосватал её за своего старшего, Вильгельма. И не посмотрел бы, что ведьма. А так из Брейца девушку берём… Тоже хорошую, Молли звать.

— От всей души поздравляю вас с удачным союзом! А что, Леон, давно мисс Ванесса живёт в Гримхоле? — расспрашивал Слоутер.

— Да лет пять уж тому как, — помолчав, ответил лавочник, — у меня тогда как раз младшенькая дочка родилась, а ей сейчас ровнёхонько пять годочков исполнилось. Да, точно, пять лет.

— И что, за это время никаких проблем с мисс Паркер не было?

— Да что вы, мистер, какие проблемы? — возмутился лавочник. — Одна сплошная польза! И с посевами помогает она нам, подсказывает, в какой день лучше что сажать, и хвори разные лечит, и бабы наши у неё всё что-то покупают для красоты.

Тут дядька Леон хохотнул, так как, как и большинство мужчин, считал всякие косметические штучки баловством и пустой тратой денег. Но при этом ни жене, ни старшей дочери никогда не запрещал у меня затовариваться.

— Какая замечательная девушка! — с показным энтузиазмом воскликнул Слоутер. — А скажите, уважаемый Леон, неужели к ней никто не приезжал за эти годы? Может, родственники какие или знакомые?

— Да откуда ж родичи-то у неё? Сиротка она, наша Ванесса, — с искренним сочувствием в голосе ответил лавочник. — Только ваши и приезжали, ну, которые с проверками. Только чего её проверять-то? Золотая ведьма нам досталась, вот что я вам скажу, мистер!

— Даже не сомневаюсь! — поспешно поддакнул Слоутер. — И самый последний вопрос, если позволите… Когда мисс Ванесса с посевами вам помогала, никогда не замечали, чтобы у неё вокруг пальцев золотые искорки летали?

— Чего не было, того не было, — уверенно ответил дядька Леон, — ни искр, ни дыма…

Я стиснула миску с яблоками так сильно, что чуть не сломала ногти. Золотые искры появлялись при магических манипуляциях у тех, в ком была доля королевской крови. Значит, Слоутер ищет пропавшую незаконную дочь его величества Вальтера, но пока не уверен в том, что поиски привели его в правильное место.

Теперь уже идея с лопатой не казалась мне такой уж непривлекательной, так как попасть в лапы правящей семьи для меня было равносильно смерти. Меня просто-напросто выдадут замуж за нужного человека, после чего я проживу ровно столько, сколько понадобится для рождения трёх или четырёх одарённых наследников, из которых потом воспитают послушных королю сильных магов. А меня уберут как ненужную, отслужившую свой срок вещь, так как у его величества уже есть два наследника, зачем ему ещё? Признать он меня никогда не признает, а вот временно использовать в своих интересах — это вне всяких сомнений.

Дедушка говорил, что король присматривал за мной все эти годы, но пока я была маленькой, с не оформившимся как следует даром, я была ему не слишком интересна. Но на всякий случай он заранее расчистил плацдарм, убив моих родителей. Потому что понимал, что без их согласия забрать меня будет сложно.

Казалось, выхода нет, но потом, года через полтора, очень удачно вспыхнул мятеж в одной из далёких провинций, и его величество лично возглавил карательную операцию. Вернувшись же, он обнаружил, что Виктория Тревил загадочным образом исчезла, и в её комнате в Академии проживает совершенно другая девушка, некая Ванесса Паркер, тёмная ведьма с очень достойным девятым уровнем дара. Внешне она слегка напоминала исчезнувшую Викторию, но была, если можно так выразиться, попроще. Можно было бы сравнить ауры, но вот досада: у всех обладателей дара уровня «премиум» и выше аура была одинаковая: потоки силы стирали индивидуальный рисунок.

Дед, которого взбешённый король вызвал для дачи объяснений, сказал, что тоже хотел бы знать, где его внучка, но, к сожалению, сведениями не располагает и может лишь предположить, что Виктория сбежала с каким-нибудь красавчиком. На вопросы о Ванессе Паркер дед отвечал, что это его воспитанница, которая с рождения жила в его замке и которой он дал свою фамилию, что могут подтвердить слуги и соседи. О том, каких усилий деду и его друзьям стоила организация этой многоходовой мистификации, я даже говорить не буду. Знаю только, что дед сделал всё возможное и невозможное, чтобы спасти меня от загребущих рук правящей семейки и дать возможность прожить нормальную счастливую жизнь. И лучшее, что я могу сделать, чтобы все его усилия не пропали напрасно, это уцелеть и не дать себя обнаружить.

Между тем Слоутер вежливо попрощался с лавочником и, негромко насвистывая какой-то легкомысленный мотивчик, зашагал в сторону крыльца.

Я отдышалась, дождалась, пока сердце перестанет колотиться, как сумасшедшее, и, нацепив на лицо выражение сосредоточенности, пошла к дому. Слоутер обнаружился в кухне, где он внимательно рассматривал здоровенную миску с тестом.

— Что это? — с любопытством спросил он, показывая на заготовку для пирога.

— Это? Это тесто для яблочного пирога, — любезно пояснила я, — его очень любит Герхард, а сейчас как раз время яблок. Поэтому я решила побаловать своих домашних вкусной выпечкой.

— Пирог — это хорошо, — мнимый контролёр чуть не облизнулся, — а яблочный — хорошо вдвойне.

Я совсем было собралась сказать, что ему не стоит рассчитывать на угощение, так как он