Лучший мистический детектив - Гапарон Гарсаров

Мужчины прошли в дом и расположились на кухне.

— Что-нибудь будете пить? — поинтересовался Александр на правах хозяина.

— Нет, спасибо. Давайте перейдем сразу к сути разговора.

— Слушаю вас.

— Александр Николаевич, я все думаю о пропаже божка с захоронения шамана. Мне совершенно безразлична судьба арестованного по делу убийства профессора Чистякова человека. Меня гораздо больше интересует судьба пропавшего божка.

— Но, Всеволод Сергеевич, я вам говорил после экспедиции, что не знаю, где божок.

— Да, я помню. Но позвольте вам не поверить. Даже поверхностный анализ ситуации позволяет сделать вывод, что вы единственный человек, заинтересованный в обретении божка. Тем более, я знаю, как вы жаждали его обрести.

— Вынужден с вами согласиться. Найти божка это мечта всей моей жизни. Но я, вероятно, перегорел. Я слишком устал от этих бесконечных поисков. И я не брал божка с захоронения. Извините, в этом я ничем вам не могу помочь.

Всеволод Сергеевич пристально посмотрел на Александра. Тот с непроницаемым лицом смотрел на собеседника. На его лице не выражалось никаких эмоций. Наоборот оно было безмятежно спокойным.

— Александр Николаевич, я еще раз убедительно прошу вас вернуть божка научному сотрудничеству. Со своей стороны я обещаю вам, что, если вы его вернете, то тайну появления у меня божка я никому не открою. И более того, я приложу все усилия, чтобы честь обнаружения божка принадлежала вам и погибшему профессору Чистякову. В противном случае я буду искать другие пути изъятия у вас божка.

Александр Николаевич криво улыбнулся.

— Профессор, я вас правильно понял — вы перешли к угрозам в мой адрес?

— Как хотите, понимайте мои слова, Александр Николаевич, но найденный артефакт должен принадлежать всему сообществу, а не частному лицу.

Александр медленно поднялся со стула и сделал легкий поклон профессору.

— Всеволод Сергеевич, я считаю, что наш разговор окончен. Мне жаль, но я ничем вам не могу помочь. Где находится божок, я не знаю. Всего хорошего.

Волошин неуклюже поднялся со стула, тяжело опираясь на трость.

— Жаль Александр Николаевич, что мне не удалось убедить вас.

Прихрамывая на разболевшуюся неожиданно ногу, Волошин отправился к выходу. Выйдя на улицу, профессор посмотрел направо, где в наступившей темноте стоял так встревоживший недавно его автомобиль. Он темным пятном выделялся на улице. Никого около автомобиля он не увидел и успокоенный направился к выходу из поселка. Домой он добрался уже к полуночи на попутке, остановленной на трассе, весь уставший и недовольный результатами своего вояжа.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Дверь кабинета без стука распахнулась. Волошин удивленно поднял голову от документов, разбросанных на столе, и гневно уставился на нахала, посмевшего прервать его творческую работу. В дверном проеме стояла секретарша. Глаза старого профессора мгновенно потеплели при виде этого ангела во плоти.

Анжела, походкой опытной модели, соблазнительно повиливая пышными бедрами, прошла по кабинету к столу, давая возможность старому профессору налюбоваться своим стройным телом, светлыми вьющимися волосами. Профессор еще раз сделал вывод, что Анжела необыкновенно красива и желанна и он сделал правильный выбор, согласившись взять ее на работу.

Остановившись у стола, девушка начала, медленно расстегивая пуговицы, снимать с себя прозрачную кофточку, под которой больше ничего не оказалось. Небрежно отбросив кофточку на кресло, она не спеша подошла к нему. Легким движением руки, отодвинув в сторону документы, над которыми работал Волошин, села на стол, слегка раздвинув ноги.

Волошин смотрел на ее груди с дерзко торчащими темными сосками, соблазнительно колыхающиеся от ее малейшего движения. Глаза его жадно заскользили по ее соблазнительному телу. Взгляд его прошелся по ногам до высоко задранной мини юбки, и уткнулся в загадочную, манящую темноту.

Соблазнительно облизав язычком губки, Анжела наклонилась к нему. Ее груди приблизились к лицу Волошина, затрепетали в опасной близости, рука девушки коснулась, взъерошила его волосы. Пощекотала затылок. Волошин почувствовал возбуждение. Ему захотелось обладать телом этой соблазнительницы, сейчас, немедленно. Его рот приоткрылся, потянувшись губами к манящим соскам. Он тянулся и тянулся и все никак не мог их настигнуть.

Возбужденный он вскочил со стула, взял за плечи податливое тело девушки, положил ее на стол, прямо на разбросанные на нем документы. Ноги девушки широко распахнулись, открывая доступ к своим сокровищам. От предстоящей близости глаза девушки покрылись поволокой, закрылись. Она облизнулась розовым языком, и губы влажно заблестели в свете настольной лампы.

Волошин взял девушку за ноги, высоко поднял, положил их себе на плечи и подтянул ближе к краю стола. Торопливо расстегнул свои брюки, и они послушно упали на пол.

Неожиданный громкий звук прервал так славно начинающуюся любовную игру. Звук прекратился, чтобы через мгновение снова напомнить о себе.

Волошин вздрогнул от пронзительного звонка телефона. Еще не проснувшись окончательно, он замотал головой, пытаясь сбросить остатки эротического предутреннего сна.

С сожалением бросил взгляд на свое восставшее естество. Сексуальная неудовлетворенность окончательно испортила настроение старого профессора. Он невольно даже застонал от бессилия что-либо сейчас изменить.

Так до конца и, не проснувшись, еще в возбуждении он протянул руку к аппарату.

— Алло! — раздраженно бросил он в трубку.

— Мне нужен профессор Волошин Всеволод Сергеевич, — произнес молодой энергичный голос.

Всеволод Сергеевич недовольно поморщился.

— «Какой нахальный голос. И так бесцеремонно меня разбудил в такую рань», — раздраженно подумал Всеволод Сергеевич, взглянув на окно, в котором робко занимался утренний рассвет.

Волошин, пытаясь привести в порядок разбегающиеся мысли, спустил ноги с кровати и начал нащупывать тапочки под кроватью.

— Я вас слушаю.

— Я хотел бы с вами встретиться, чтобы обсудить интересующие нас обоих вопросы.

— Что еще за вопросы, молодой человек? Сейчас еще нет и семи часов утра. Вы мешаете мне отдыхать.

— Профессор, дело касается смерти аспиранта Морозова и профессора Чернякова.

Всеволод Сергеевич насторожился.

— Кто вы такой? И почему вас интересуют эти смерти?

— Прошу меня извинить. Это не телефонный разговор и мне необходимо с вами поговорить очно.

Из груди Волошина невольно вырвался стон.

— Какого черта?! Я старый больной человек. Мне нужно отдыхать по ночам, а вы меня будите чуть свет. И вообще, как вы узнали мой номер телефона, кто вам его дал?

На том конце провода кто-то весело рассмеялся. Так весело, что Волошину стало не по себе.

— Мне его сорока на хвосте принесла. Какая вам разница, профессор? Мне он понадобился, и я его разыскал.

— Ладно, приходите часов в четырнадцать в институт, — тяжело вздохнул Всеволод Сергеевич. — Я так понимаю, адрес института вы знаете, — ехидно поинтересовался Волошин.

— Конечно, знаю, это вообще для меня не проблема. До встречи, Всеволод Сергеевич.

Волошин