Танец теней - Гурав Моханти

В центре палубы лежал Серый шаман. А на его теле находился, распластавшись, лебедь, вонзив лапы и крылья прямо в грудь покойнику. И перья его были выкрашены в черный. И вот теперь и Мати почувствовала пронизывающий до костей страх – такой же, как до этого ощутила Вахура. Все было ясно как божий день. Это не работа Железного Ордена.

– Мы умрем! Мы покойники, Мати! Покойники!

– Рыжик, успокойся или я разобью тебе нос!

Меньше всего ей сейчас надо было успокаивать перепуганную девицу. Мати, прищурившись, вгляделась в темноту вокруг – и наконец нашла именно то, что искала. Пришло время для резервного плана.

– Как ты думаешь, сколько за это можно выручить на черном рынке? Я спрашиваю на случай, если план провалится в задницу кракену?

– Где ты это нашла? – Асшай повертела в руке реликвию – Ключ Ракшаса. – Дэвские мастера-корабелы сделали его с настоящей скрупулезностью. – Она на миг замолчала, скользнув пальцами по символам ветра, нанесенным вокруг светящегося сапфира. – Ты не можешь продать это, Лебедь.

– Почему?

– Потому что, если я права, – сказала Асшай, – а я всегда права, это твой план бегства на случай, если суп прокиснет.

Мати перешагнула через труп, поспешно оглядываясь по сторонам, чтобы понять, остались ли преступники полюбоваться своей работой, а Вахура, вцепившись в свой медальон, беспрестанно молилась. Впереди, на Второй галере, все шло своим чередом. Немногочисленная команда, служащая там, и не подозревала, как им повезло, что их не повысили до обслуживания Первой галеры сегодня вечером.

– Железный Орден просто безбожные чудовища.

– Это точно, Рыжик, но это не их рук дело. У Железного Ордена нездоровая одержимость чистотой. Они… не пытают. Давай не будем ждать, чтобы проверить, насколько я права, ладно? – Мати замолчала, услышав звук скользящего по канату промасленного металла – этот звук узнает любой, кто хоть раз скользил по канату, перебросив через него арбалет, чтобы перебраться с одного корабля на другой. – Или, я думаю, нам надо с ними поздороваться, учитывая, что они уже здесь.

Мати обернулась как раз в тот момент, когда на палубу мягко приземлился мужчина в красном, отставив в сторону блестящий шампур с кебабами – при одном взгляде на них у женщины заурчал живот.

– Будьте добры, не утомляйте меня своим бегством, – сказал он.

Мати закатила глаза:

– Что ж, мне очень жаль, потому что я как раз собиралась убежать – ведь я в такой хорошей форме для бега, ачарья Тапаса.

– Моя вина. – Тапаса улыбнулся, и от этой улыбки Мати чуть не обмочилась. – Должен признать, из ведьм получаются отличные повара, – сказал он, снимая с шампура кусочек жареного кебаба.

На трапе, по которому они прошли всего несколько мгновений назад, появился еще один мужчина. И можно было не гадать, кто это.

– Я должен тебе десять соверенов. – В руках у угрюмого Тамасы виднелась сумка, круглая, словно в ней лежал каменный шар. – Я должен был знать, что они выйдут на палубу.

– Мы бы сделали то же самое. – Улыбка Тапасы напоминала маску. – Это самый мудрый выбор.

– Я позаботился о нашем Железном Брате, который гнался за ними – пусть и не в том направлении, – сказал Тамаса, начисто вытирая меч о ткань сумки и отбрасывая ее в сторону; та покатилась, как мячик. – Они все такие шумные.

Мати было не до того, чтобы прислушиваться, что они там говорили об убийстве, думать, по-прежнему ли она остается вдовой, или рассуждать, насколько опасна сумка, катающаяся по палубе.

Все ее мысли были посвящены одному. Два клинка против одного. Давайте перефразируем. Два смертоносных, возможно, бессмертных рыжих ачарьи против одной беременной Мати. Честно говоря, будь у нее выбор, и такая смерть ей бы даже понравилась. Если бы не проклятый ребенок, она бы приняла свою судьбу без сожалений и с определенной долей гордости. Но она совершенно не собиралась позволить этим ублюдкам причинить вред ее ребенку, которого она уже много месяцев защищала.

У нее все еще оставалась одна карта в рукаве. Рыжий Орден, как и большинство мужчин-профессионалов в своем деле, был чрезмерно зациклен на элегантности и совершенстве. Но тот, кто дерется грязно, всегда побеждает тех, кто дерется элегантно. И в грязном бою Черному Лебедю не было равных.

– Мальчики, – протянула Мати немного неуверенно, поглаживая свой живот, а затем чуть толкнула в сторону Вахуру. Прошептав ей несколько слов, которые, как она надеялась, не услышали рыжие ачарьи. Отойдя от Вахуры, она шагнула в сторону двух убийц. – Вы, конечно, понимаете, что значит для женщины быть на сносях. Вся эта беременность, перепады настроения… Это настоящее проклятие женского рода.

– Бедолажка! Эти перепады настроения заставили вас оставить ачарьев Рыжего Ордена и собственного мужа на растерзание нефритовым акулам! – Тапаса обменялся веселым взглядом с Тамасой. – Приятно осознавать, что наши Вачаны, требующие соблюдать целибат, не столь уж вредны.

В этот миг Вахура решила обрести мужество.

– Вот до чего докатился Рыжий Орден? Он использует невинных маленьких девочек в качестве оружия, а потом пытается отомстить беременным женщинам.

Тапаса пропустил это мимо ушей.

– Не стоит быть столь грубой, царевна Вахура. Уходите, если желаете. Нам не поручали вашу жизнь. Это была задача Железного Ордена, и они потерпели неудачу. – Он прочертил мечом линию на палубе, словно лишний раз подтверждая свои слова. – Мы, Рыжий Орден, были посланы Семеркой, чтобы доставить вашу сестру на Конклав, а затем прикончить вас, царевна Мати. Вы были нашей настоящей добычей на корабле.

– Я польщена, – сказала Мати, чувствуя, как самоуверенность покидает ее. И уж точно силы оставили ее, когда она услышала, как Вахура сперва отодвинулась от нее, а потом бросилась прочь. – Хотя я сомневаюсь, что заслужила это.

– О, более чем. – Тамаса, не сводя глаз с удаляющейся фигуры Вахуры, шагнул к краю палубы, вероятно, для того, чтобы обойти Мати. Хотя, учитывая ее состояние, ему незачем было беспокоиться. – Ты в одиночку заставила наших Оракулов почувствовать себя недостойными – уверен, некоторые из Семерых тебе очень за это благодарны. Скромность – не самое большое достоинство Ордена Семерых.

– Оракулов? Этих больных уток? – Вот теперь Мати заинтересовалась. – Я не видела ни одной.

– К сожалению, они также не встречали тебя в своих видениях, иначе нас бы здесь не было, не так ли? Каждое пророчество, каждое предсказание, которое Оракулы рисовали о будущем, ты разъедала кислотой, которая является твоей… личностью. Ты – святая покровительница хаоса, царевна. Ты и твои импульсивные действия исказили