Цвет из иных времен - Майкл Ши

Как только мы покинули участок, Ньюджент позвонил начальнику, поделился своим мнением и дал убедительный отчет о принятых действиях. Затем вызвался проверить лагерь и проследить, чтобы дом рейнджеров не остался без присмотра. Если в лагере все спокойно, он соберет плату с вновь прибывших. Если таковых не окажется, то оставит туристов и поспешит в ближайшую окружную больницу с образцом озерной воды для анализа.

Обеспокоенный чиновник, благодарный за инициативу Ньюджента, поделился своим мнением о воде: она проходила легкую очистку перед подачей в дюжину городов, и никаких сообщений о неблагоприятных последствиях оттуда не поступало. А потому он с охотой согласился со своим подчиненным.

Ньюджент, несмотря на усталость, отправился бы обратно к озеру тем же днем, но помощник шерифа Фернесс, смена которого заканчивалась следующим утром, настоял на том, чтобы поехать с ним – осмотреть место, где произошло две смерти при «странных обстоятельствах». Впоследствии помощник шерифа любезно рассказал о том, как вел себя Ньюджент с мисс Хармс, которая, учитывая личность погибшего, была очень заинтересованной, как он считал, стороной.

По пути к озеру Ньюджент не умолкал. По приезде к дому рейнджеров Фернесс чувствовал подспудный, сдерживаемый взрыв эмоций за требованиями прежде всего вытащить грузовик Хармса – «…вернуть на место собственность парка, то есть государственную собственность, и защищать ее – в той же степени ваш долг, офицер, что и мой!» Когда Фернесс убедил его, что для этой задачи нужна машина побольше, они отправились осматривать тело Арнольда. Но нашли только опаленную землю – и больше ничего. Эмоциональный кризис Ньюджента – зачатки которого проявились еще при нас – окончательно вскрылся, когда он вопреки всему гнул свое, заявляя, что не уверен, точно ли видел «настоящее тело», а не головешки странной формы!

Фернесс, вспомнив наши показания, посчитал, что Ньюджент находится в состоянии истерического отрицания, высказал личное мнение – останки, должно быть, утащили дикие животные. Вдвоем они отправилась к озеру, чтобы взять пробы воды и отыскать «Бесстрашную».

Обойдя водоем по периметру, они не нашли ни одного разбитого судна – но встретили много исправных, с отдыхающими за штурвалами, которые на вид казались вполне здоровыми. Ньюджент настаивал на взятии проб из разных точек озера, и каждый раз, когда брал воду, заодно набирал себе полную чашку и выпивал ее до дна – дабы, как он заявил, определить, есть ли у нее странный привкус. Откровенная, агрессивная бравада, грубое высмеивание наших страхов.

Он наполнил флягу водой из озера, а позже, когда они вернулись в дом, сварил на ней кофе.

Ближе к концу дня они отправилась проведать туристов. Ньюджент продолжал придерживаться «объективной» позиции, которая, по нашему мнению, была равносильна преступной халатности. При досуговых скоплениях американцам присуще странное поведение: они становятся дружелюбными, однако же при этом не идут на контакт. Оказалось, что после прерванного ночного предупреждения (в совершении которого Ньюджент так и не признавался), часть людей уехала, другая осталась, списав все на розыгрыш, но пребывая в сомнениях, а третьи и вовсе не слышали объявления и ничего не знали об инциденте. На вопросы Ньюджент отвечал, что разговоры о заражении – всего лишь слухи, потому он и приехал, но до получения результатов официальной проверки парк не видит причин считать, что вода в озере навредила двум рейнджерам, которые действительно «заболели». И все это время он держался с легкой надменностью и уверенностью, к которым «специалисты» чаще всего прибегают для подавления смутных сомнений и страхов «обывателей».

Фернесс, как того, разумеется, требовала должность, не лез в юрисдикцию Ньюджента. Он признал, что все вокруг выглядели здоровыми и все было в порядке. В тот день приехало не меньше дюжины новых людей, восполнив количество отдыхающих, упавшее после ночных отъездов прошлых двух ночей. Ньюджент собрал парковые сборы, и они поехали обратно.

На следующий день – третий со смерти Хармса – Ньюджент направился к озеру в одиночку и неистово торжествовал: больничная лаборатория прислала однозначно отрицательное заключение относительно содержания вредоносных веществ в воде, – информация нас расстроила, но едва ли удивила. По пути он заехал к Фернессу, и вид у него был взволнованный и изможденный. Он планировал еще раз проверить туристов на пляже и попробовать собрать группу волонтеров для сбора платы и решения ряда других вопросов. Больше Фернесс Ньюджента живым не видел. Все остальное он узнал из телефонных разговоров с его вдовой и своим начальником.

Оказалось, что «по счастливой случайности» люди организовались сами, без участия Ньюджента.

Семья Харгисов прибыла накануне вечером. Мистер Джеффри Харгис, крупный, представительный и отзывчивый мужчина, прознав о ситуации, обошел всех отдыхающих и собрал нечто вроде кворума глав семей. Те оперативно сформировали группу по сбору оплаты. И когда подоспел Ньюджент, то в пропускной будке увидел (как и мы двумя днями позже) одного из пяти подростков Харгиса. Парень торжественно вручил ему регистрационные талоны на семь новоприбывших вместе с нужной суммой.

Позже в тот день Ньюджент позвонил начальнику и уверенно – если не сказать ликующе – сообщил, что «трагическая и запутанная ситуация на озере разрешилась». Благодаря помощи мистера Харгиса была создана группа по уборке мусора, и еще одна следила, чтобы плавающие соблюдали безопасность, – а еще туристы распределили между собой мелкие административные обязанности на поочередной основе. В целом, в силу такой «исключительной вовлеченности граждан» департамент мог не бояться за стабильную ситуацию на озере до тех пор, пока не удастся найти замену Хармсу и Арнольду. Сам Ньюджент решил остаться на ночь в доме рейнджеров, чтобы хорошенько его прибрать, а на утро вернуться в головной офис парка с отчетом лаборатории о состоянии озерной воды.

На этом этапе рассказа нам стало очевидно маниакальное возбуждение испуганного и сильно измученного человека. Даже его начальник поделился с Фернессом, что «распаленный Ньюджент» вызывает беспокойство. Что, в свою очередь, укрепило помощника шерифа во мнении, что все последующие события стали результатом накопившегося эмоционального стресса. Он и вообразить не мог другого, более пугающего объяснения, которое сразу пришло нам на ум.

Ньюджент не ночевал в доме рейнджеров. К большому удивлению жены он появился на пороге собственного дома незадолго до рассвета. Он звонил ей с озера сразу после наступления темноты, оживленным голосом сообщил о своих планах и спросил, как дети. Поразил ее уже один временной интервал: если муж отправился в путь сразу после звонка, то, чтобы добраться до дома к утру, ему бы пришлось ехать с большой скоростью.

Но превыше всего ее беспокоило его состояние.