Партизан 1941. Том 1 - Петр Алмазный

Видать, партизанское радио уже разнесло во все углы лагеря весть о появлении новичка с собакой.

— На языке науки, — вежливо сказал я, — эта профессия называется «кинолог».

Шутник поперхнулся, изумленно глядя на меня — видно, не ожидал такой ловкой и гладкой речи.

«Что такое кинолог?» — немедля спросил Рекс.

«Потом объясню».

Тося ничего не сказала. Вообще, я видел только ее спину и затылок, вернее, наверченное на них барахло.

Но тут внезапно возник Мишка:

— Э, будет пустяки молоть! Это Егор Крылов, дружок мой. Боевой парень! Он еще всех вас за пояс заткнет.

Юмориста с «Манлихером» это зацепило:

— Ну, это мы еще поглядим, кто кого заткнет…

Но мы с Михаилом слушать не стали. Он, правда, сказал мне:

— Это Колька Васильев, то еще трепло. Ты на него не смотри. У него язык без костей… Тоська, ты иди, мы теперь сами.

Младший повар так же бессловесно повернула обратно.

— Ну, а вот наш взвод! — радостно сказал Мишка, показывая мне довольно крупный шалаш из еловых ветвей. — Тесновато, ага. Ну да в тесноте, да не в обиде. Ребята! — он занырнул под еловый полог. — У нас новенький. Знакомьтесь.

Я познакомился, но честно сказать, имен-лиц не запомнил. Сказались долгие переходы и плотный ужин. Пока шел, держался, а теперь просто с ног валился и глаза слипались.

— Да вон там ложись, место есть, — указал кто-то из ребят. — А пес твой путь на улице переночует рядом. Заодно и за сторожа побудет.

«Рекс, ты как?» — с трудом, сквозь дрему проговорил я.

«Нормально, хозяин».

И я провалился в сон.

А наутро, после завтрака, меня вновь вызвал Денисов.

— Ну как, обжился на новом месте? — спросил он с улыбкой.

— Более-менее.

— Ну и ладно. Как тебе обстановка?

— По-моему, неплохо обустроились.

— Неплохо, да. База есть. Конечно, улучшать еще надо, но это дело наживное. А вот скажи: ты свежим глазом посмотрел, чего нам не хватает?

— Чего не хватает?.. Радиосвязь хоть какая-то у нас есть?

— Нет. Никакой.

— А медицина?

— Тоже пусто. Бойцы Самсонова с грехом пополам могут еще первую помощь оказать. Но медикаментов кот наплакал.

— Вот этого и не хватает. Нам нужна связь с Большой землей. И медпункт.

Денисов посмотрел на меня так пристально, точно за всей этой беседой крылось нечто большее, а командир отряда меня проверял.

Так оно и вышло.

— Да, — произнес он, как бы рассуждая вслух. — Все правильно.

И пояснил: вчера они с Самсоновым долго еще обсуждали меня. Старшего лейтенанта все терзали смутные сомнения: уж больно странным казался ему деревенский пацан, насыщенный эрудицией и военными навыками. Что-то ему казалось тут не то… Денисов же, напротив, сразу проникся ко мне симпатией. И даже сейчас заговорил доверительно:

— Я ему что доказываю? У тебя, говорю, представления отсталые. Ты все думаешь, что деревенские — какие-то пеньки еловые? Все лаптем щи хлебают, да штаны из рогожи носят? Нет, брат! Уж двадцать с лишним лет советской власти, скоро двадцать пять будет. Сейчас по деревням такие ребята есть: и в технике разбираются, и географию тебе, и геометрию знают, аж от зубов отскакивает.

— Конечно! — подхватил я. — Конечно. А главное, самообразование. Стремление иметь надо.

— Вот, — командир сказал это так, что я понял: попал в точку. И утвердил свое реноме в его глазах. — Вот! Поэтому я на своем настоял: хочу определить тебя в группу взрывников. Есть у нас люди, которые в этом деле спецы, они тебя подучат. А ты, сразу видать, парень хваткий. Как раз дело по тебе. Как считаешь?

— Конечно, — с живостью подхватил я. — Я ведь и думал в техническое училище поступать, только не выбрал какое. А если по этой линии пойти, по минно-взрывной профессии…

И мы быстро пришли к согласию.

— Вот и хорошо, — сказал он. Но это потом. Еще потолкуем. А пока нам первое дело предстоит.

— Рацию раздобыть?

— Нет. То есть это, конечно, тоже вопрос номер один. Но есть еще первее. Надо наших ребят выручать из беды.

И он повел разговор об этом деле.

А я, слушал, прикидывал и сознавал, какая сложная задача нам предстоит…

Глава 9

Вчерашние мысли о работе немецких спецслужб на Псковской земле — воплотились неожиданно для меня. Я думал, что все это начнет работать попозже. Однако уже вовсю немецкие полевая полиция, отдел 1С группы армий «Север» и тому подобное налаживали работу по созданию местных административных структур из предателей. И параллельно с дьявольской быстротой организовали розыск оставшихся на оккупированной территории советских активистов: членов ВКП (б), ВЛКСМ, депутатов местных советов.

— Не все успели эвакуироваться или уйти в подполье, — помрачнел Денисов. — А сволочей хватает. Уже побежали со всех ног, паскуды. Донесли. Вот откуда они берутся, скажи на милость⁈ Все мысли только о деньгах, ничего больше вокруг себя не видит. Копейка для него царь и бог! И не соображает ведь дурной башкой, что эта копейка ему колом в брюхо обернется, как упырю какому поганому.

Короче: если опустить сентенции, то рассказ командира был таков. В ближайших населенных пунктах по наводке изменников немцы задержали и арестовали трех человек. Двух комсомольцев и одного депутата райсовета, беспартийного. Решено было показательно казнить их в крупном райцентре Дедовичи при большом стечении народа. Повесить.

Казнь назначена на завтра, но информация держится в строжайшем секрете. Приговоренных под охраной должны привезти в село Красная горка рядом с Дедовичами — бывшую вотчину графини Марии Строгановой. Там будут держать под замком, а уж оттуда — на казнь.

— У нас агентура тоже работает четко, — сказал Денисов. — Сведения текут вовремя. Пока они в этой Красной горке, есть шанс их освободить. Охрану перебить и вызволить. И спасем ребят, и сразу покажем немчуре, кто здесь хозяева. Земля наша под ногами у них будет гореть!

Он даже пристукнул кулаком по столу.

— Когда выходим? — спросил я без церемоний.

— Ты меня без лишних слов понял, — усмехнулся Николай Семенович. — Понадобится автоматическое оружие. Хочу привлечь тебя к этой операции. А выйти надо через час-другой.

— Я готов.

— Учти: старшим пойдет Самсонов. Тут нужна военная рука. А он строгий.

— Не подведу. Я дисциплину понимаю.

Командир долго