Дипломная работа. Книга 2 - Василий Кораблев

с приветствиями: чаяниями твоими и заботами, оказался я и мой, твой второй внучок Дениска в городе Верхотурье. Нам тут очень понравилось. Местные — необычайно гостеприимный народ и стоило нам только сюда приехать, как нам сразу показали самых красивых женщин города, а потом поселили нас в пятизвёздочном отеле. К сожалению, у нас при себе не было ни денег, ни документов, а потому из отдельного номера нас скоренько подселили к другому туристу, но мы не в обиде. Очень хороший сосед, зовут Рожа, подрабатывает гомеопатией на дому. Кормят нас очень вкусно: три раза в день. И замечу, это всё местная, можно сказать, национальная кухня. Очень рекомендую и тебе такую попробовать. Например, батоги. Или вот, розги мочёные в уксусе, спорим, ты таких никогда не пробовал. Местный шеф-повар Щука Иванович — необычайный профессионал своего дела, а его помощники Глузд и Ерёма — тоже большие выдумщики в плане подачи и сервировки различных блюд. Так что мы тут нисколечко не голодаем...»

Валера задумчиво почесал нос и сделал на листке бумаги очередную пометку. Интересную он штуковину в повозке нашёл. Две тонкие досочки, а внутри несколько листов бумаги, закреплённые в специальном зажиме. И для гусиного пера есть выемка, и для чернильницы ямка, а ещё деревянный винт. Как он понял, туда чернильница отдельно вкручивается. Занятный планшет. Ещё бы карандаши кто придумал, а то ведь чернилами попиши-попробуй, враз весь листок измараешь. Вот он и наловчился писать в уме, а сам ковырял деревянной палочкой ямку с засохшей краской и точки ставил. Лучше бы, конечно, крестики, с эпитафиями, да разве услышит его Достоевский? Обзывайся и ругайся сколько влезет — всё без толку. Они же спят. К чему он это подумал? Лошадь всхрапнула?

Он приподнял голову и посмотрел на спящего напарника. Вот кому хорошо. Набегался и спит. Пузом сундуки с мешками прижал, сверху подложил сена, и всё ему нипочём.

— До озера доедем и будем там врачеваться, — услышал он голос Рожи. — А коли спать не желаешь, подсаживайся ко мне, всё веселее будет.

Валера послушно переполз к вознице. Хорошую повозку они украли. Вроде бы и телега, а сделана немножко иначе: борта глубокие, доски толстые, а внутри отделения, навроде скрытых шкафов, и каждая дверца заперта на отдельный замок. При этом лошадей целых три, а для возницы своя скамеечка, обитая чем-то мягким. Он пересел вперёд и из любопытства пощупал обивку. Войлок, кажется. Ну всё же лучше, чем голой жопой сидеть, а то дороги в этой местности — как при Ельцине.

— Му-му, — кивнул он на круп ближайшей лошади.

— Верно, — согласился колдун. — Выскребем, вычистим лошадушек наших, а на первом же яме обменяем их на более подходящих.

— Ме?

— Так они же воеводские. Ты к жопе-то присмотрись повнимательней. Видишь, круглое? Это не шрам, а сие есть знак государевой важности.

Рожа показал пальцем. Валера поглядел и согласно мемекнул.

Весь остаток ночи и утро они старались ехать без остановок. Сначала через высохшие от зноя поля, вместе с другими погорельцами, успевшими избегнуть пожара, а потом Денис нашёл в повозке мешок с провизией, и колдун предложил свернуть в сторону леса. Вовремя он это предложил. Через полчаса у несчастного проглота так разболелся живот, что пришлось остановиться и терпеливо ждать, пока он не прекратит плакать в ближайших кустах.

Валера то и дело с досадой оглядывался на спящего.

А куда деваться? Языков-то у них нет. Чем отравился — покажи пальцем. Му-му? Яблоком, что ли? Рыбой? Говори, тварь немая!

Так и получилось, что Денис поел, а он нет. А вследствие хронического голода спать совершенно не хотелось. От скуки он пошевелил ногами и выпнул из-под скамеечки небольшую холщовую котомку. Развязав шнурок, стягивающий горлышко, обнаружил внутри несколько свежих лепёшек. Выглядели они настолько вкусно, что он тут же решил попробовать.

— Не вздумай, — предупредил его Рожа. — Это для лошадей.

— Ме-му? — не поверил ему голодный.

— Когда долго в дороге, коняшки, бывает, кушают всякую дрянь. Падаль, птичьи кости, бузину разную. А от этого бока раздувает, да и вообще: болеют они. А это вроде лекарства. Вижу, знатно спекли, да только и лошадки думают точно так же. Нет, если ты желаешь, как Дениска, «выпью» в кустах покричать, то я тебя не неволю. Всё нужно попробовать в своей жизни...

Валера скривился и убрал еду обратно в суму, дабы не вводить себя в искушение.

— И правильно, — улыбаясь беззубо, похвалил его злой колдун. — Рыбёшки наловим, корешков накопаем, яиц птичьих насобираем, вот нам и будет Царска уха.

— М-ме, — презрительно фыркнул Валера.

— А кто тебе сказал, что у меня лаврушки нет? Есть. Как и перец горошком. Ты бы ещё про соль спросил, недотумка. Нешто ты думаешь, я бы послал тебя за солёным камнем, который в лесу лоси лижут? Мы же не дикари.

— Ме.

— С хлебом нынче везде проблемы, но мы люди не гордые, сухари погрызём.

— Му?

— А я их схоронил в безопасном месте. Со своими зубами, под замок, знаешь ли, не садятся. Вон у тебя — сколько не хватает? Трёх? А ты и месяца там не побыл. Вот тебе и му-му.

Валера замолчал. Правильно всё Рожа сказал: зубов не хватало, как, впрочем, и языка. По первости их крепко били катовы подмастерья, пока они не наладили давать им отпор. И ведь по челюстям всё целились, гады помойные. Но ничего, Бог не Тимошка — видит немножко. Утешало только одно: это было не его настоящее тело. На родном теле родинки на левой руке, если правильно посмотреть, напоминали арабскую семёрку. И их было ровно семь. А тут — ничего подобного. И ростом он стал поменьше. На десять сантиметров его убавили, но были и хорошие новости: пару сантиметров ему добавили в другом месте. А ещё глаза. Глаза стали жёлтыми, как у кошки. И у Дениски — всё то же самое, только глаза у него жёлтые с чернотой. Если всё посчитывать как следует, то получалось, что либо они действительно спят, а голод и физические увечья — это сплошная видимость, либо они оказались в прошлом, но при этом в чужих телах. Тем более что появились они в Верхотурье не как роботы-терминаторы голышом, а вполне себе в одежде. В рубахах и подштанниках. Может, там на чердаке и другая какая одежда была, но кто про то