Фантастика 2025-198 - Игорь Семенов

— Я… я буду служить вам, всё отработаю, — лихорадочно прошептала она, сглатывая слёзы. — Только спасите мою дочь!

Признаться, даже моё чёрное и чёрствое сердце дрогнуло, робко шепча, что я всё же могу выкроить немного времени на то, чтобы потратить его на горести смертной.

— Ладно, хватит плакать. Ты и так уже выплакала годовую норму. Веди меня к своей дочери. Посмотрю, что можно сделать. Только быстрее. У меня дел невпроворот, — пробурчал я, пытаясь казаться хмурым и мрачным, хотя, конечно, это довольно трудно сделать, стоя в одних трусах.

— Благодарю! Благодарю! — жарко выпалила она и попыталась расцеловать мои руки.

Пришлось отпрыгнуть от неё и поспешно натянуть брюки. А женщина уже вскочила на ноги и горячечно махнула мне.

Я пошёл за ней по хитросплетению узких проулков, арочных проходов и дворов-колодцев.

В один из последних она меня и привела. В совсем крошечный, окружённый четырьмя узкими трёхэтажными деревянными домами, шириной в пять мутных окон. Тут на бельевых верёвках сушились простыни и чьи-то кальсоны, а возле истёртых деревянных ступеней стояла размокшая картонная коробка с пустыми бутылками из-под дешёвой водки.

Женщина прошмыгнула мимо неё и открыла обшарпанную дверь подъезда. Внутри пахло отсыревшей побелкой, вонью из подвала и наваристыми щами. Я даже сумел определить, что их варили за дверью со ржавым номером «1».

Мы со смертной быстро прошли мимо этой квартиры, поднялись на второй этаж и остановились на лестничной клетке с разбитым кафелем.

— Сейчас, сейчас, — лихорадочно пробормотала женщина, трясущимися от волнения руками вытащив из кармана связку ключей.

Она выбрала один и попыталась вставить его в замочную скважину коричневой дерматиновой двери с торчащим из дыр жёлтым поролоном. Однако её пальцы тряслись так, что ключ тыкался куда угодно, но только не в щель замка. От тревоги за дочь женщину колотило крупной дрожью. Казалось, что она даже инстинктивно прислушивается, пытаясь через дверь уловить дыхание своего ребёнка.

— Дай, — протянул я руку к ключам, зажатым в её пальцах.

Женщина с мимолётной благодарной улыбкой сунула их мне и вздрогнула, когда с грохотом открылась дверь соседней квартиры.

— А чего это у нас тут? — дохнул на нас перегаром крепкий высокий детина в тельняшке с жёлтыми пятнами жира.

Его колючие, поблескивающие от алкоголя глаза въедливо уставились на нас, а рука с дымящейся сигаретой огладила посеребрённый седой щетиной массивный раздвоенный подбородок.

— Добрый день, Сергей Николаевич, — поспешно бросила ему женщина, рефлекторно в испуге отшатнувшись от него, как от дикого животного, выскочившего из клетки.

— А кто это с тобой? — недовольно процедил сосед, оценивающе глядя на меня. И видел он загорелого небритого юнца со шрамами на лице и в чужой одежде, а не аристократа, поскольку у меня даже на пальце не сверкал дворянский перстень. — А-а-а… понял. Всё-таки решилась? Сообразила, как можно денег заработать? Так чего ты рожу воротила, когда я тебе предлагал, а?

Он яростно глянул на неё, стиснув челюсти так, что желваки вспухли под рябой кожей.

— Вы неправильно подумали! Этот маг просто вылечит мою дочь! — выдала девица, кивнув на меня, пока я открывал дверь.

— Ага, ври больше! — насмешливо ухмыльнулся мужик, показав жёлтые от никотина зубы. — Так я тебе и поверил. Придёт в эту дыру маг, как же! Да ещё забесплатно! Гы-гы! Это твой клиент, но я буду первым.

Он вдруг схватил женщину за тонкое запястье волосатой лапищей и потянул её в свою конуру, из которой воняло табаком, сивухой и горелым хлебом.

— Отпусти! — взвизгнула смертная.

— Чего ты ерепенишься⁈ Заплачу я тебе! Я что, твою мать, хуже этого прыща в куртке⁈ — прорычал он, брызжа слюной. — А ты, малец, вали отсюда, найди другую проститутку!

— Зоопарк какой-то, — в сердцах вздохнул я, открыв дверь и повернувшись к мужику, чьи короткие волосы на голове топорщились, как щетина боевого ежа.

— Только не убивайте его! — взмолилась женщина, бросив на меня отчаянный взгляд.

— Так неинтересно, — проворчал я, закатав рукава.

— Да я сам откручу его тупую башку! — взревел мужик и попытался ударить меня свободной рукой, пока другой тащил к порогу смертную, упирающуюся изо всех сил.

Мне не составило труда уклониться от кривого хука мужика, после чего я всадил кулак в его печень. Тот охнул и выпучил зенки, отпустив женщину. Она сразу же скрылась в своей квартире, спеша проверить состояние дочери.

А я познакомил смертного со своей пяткой. Она влетела в его колено, заставив то хрустнуть. Нога завывшего от боли мужик подломилась, и он упал на одно колено, а затем и вовсе растянулся на спине, когда я врезал ему в подбородок, практически наяву услышав гром аплодисментов, которыми наградили меня все жители этого дома. Наверняка этот хрен уже всех тут замучил.

Однако стоит отдать ему должное, мужик оказался довольно крепким. Он не потерял сознания. А прерывисто хрипел, глядя на меня мутными глазами.

— Ну как? Появилось желание уважать женщин и жить со всеми в мире? — насмешливо спросил я, подойдя к квартире смертной.

— Да я… я просто пьян! — взбешённо прохрипел тот и приподнялся, наградив меня злопамятным, многообещающим взглядом. — Но как только протрезвею, найду тебя, тварь, и вырву кадык через жопу!

— Уверен? — ехидно усмехнулся я и продемонстрировал ему руку, окутанную зелёным магическим туманом «взрыва энергии».

Мужик замер, перестав дышать. Его глаза округлились, зрачки расширились, а от рябых щёк отхлынула вся кровь. Он мигом протрезвел, даже стал трезвее, чем когда родился. А запаниковавший мозг подбросил ему древнюю, как сам мир, идею…

Смертный с неожиданным проворством вскочил на ноги и рванул вглубь своего логова. Там раздался звук бьющегося стекла и уже из двора донёсся болезненный стон.

— Кардинально, — хмыкнул я, смекнув, что мужик выпрыгнул из окна и подвернул ногу.

Но несмотря на травму, он всё равно, наверняка хромая, удирает отсюда подальше.

— Маг! Маг! — раздался из квартиры отчаянный женский вопль, пропитанный невероятной тревогой.

Я шустро вошёл внутрь и рванул через короткий коридор к открытой межкомнатной двери, попутно оценив небогатое, но чистенькое убранство. Даже на полинявших половиках не было ни соринки, а дыры на стареньких обоях пытались умело скрыть заплатками похожего цвета. На подоконнике же стояли полевые цветы, а мебель украшали безделушки, сделанные своими руками.

Квартира дышала уютом, а вот небольшой уголок в единственной