Фантастика 2026-12 - Виктория Юрьевна Побединская

В конце концов, мы вернулись к Творцам, которые все еще продолжали свои изыскания, окружив себя легким голубоватым свечением приборов.

— Ну? — спросил я, подходя ближе. — Есть идеи?

Лериан оторвался от небольшой чаши, в которой переливалась капля черной субстанции. Он покачал головой, но в его глазах читалось не разочарование, а неподдельное восхищение.

— Нет. Но это… невероятно! Я никогда не встречал ничего подобного!

В таком темпе мы могли бы застрять здесь надолго, а время неумолимо поджимало. Мой взгляд скользнул к проходу в стене напротив рва. Я вглядывался в каждую деталь: трещину, камень, пытаясь ухватить хоть что-то. И вдруг мои глаза зацепились за нечто, казалось бы, незначительное. Но именно это «незначительное» стало единственным нарушением в этом мертвом, каменном пейзаже.

На той стороне рва, прямо у прохода, у подножия стены, рос куст. Небольшой, чахлый, с блеклыми, пыльными листьями, но он был жив. За всё время в Терминусе это было первое живое растение, которое мы встретили.

А что, если…

Я подошел к Лериану, который снова уткнулся в приборы, и положил руку ему на плечо.

— Лериан, у тебя есть семена?

Он поднял на меня непонимающий взгляд.

— Семена? Зачем?

Я лишь пожал плечами, стараясь сохранить спокойствие, хотя внутри уже бушевала догадка.

— Просто дай парочку. У меня есть идея.

Лериан, не переставая смотреть на меня как на слегка тронутого, полез в один из многочисленных карманов своего одеяния и через мгновение протянул мне несколько мелких зерен, похожих на семена какого-то злака.

— Это от энергетического мха. Растет почти везде, невероятно живуч. Но что ты…

Я не стал его слушать. Взяв одно семечко, подошел к самому краю рва, опустился на колено и пальцем вырыл в сухой, пыльной земле небольшую лунку. Аккуратно положив туда семя, я присыпал его. Закрыв глаза, нащупал внутри знакомый поток «Живой Энергии», сконцентрировал его в ладони, ощущая тепло и пульсацию жизни, и активировал «Импульс Жизни».

Из моей руки, словно живая нить, в землю устремилась тонкая, но мощная струя энергия. Мгновенно, словно по волшебству, почва вздыбилась, и с тихим шелестом из нее пробился изумрудный побег. Стебель стремительно набирал силу, покрываясь нежными листьями, пуская боковые отростки. Всего за несколько секунд передо мной уже колыхался небольшой, но крепкий кустик.

Я мысленно направил его рост к краю рва. Побеги, словно гибкие щупальца, потянулись к черной субстанции.

Все замерли, затаив дыхание. Ксела подошла ближе, Лериан и Гаррет наблюдали, не отрывая глаз.

Вот первый зеленый усик коснулся поверхности черной, «кислотной» субстанции. И… ничего. Полное, абсолютное отсутствие реакции.

Субстанция не зашипела, не потемнела, не попыталась поглотить растение. Побег просто лег на ее поверхность, как на твердую землю, и продолжил расти дальше, уже по самой субстанции, устремляясь к противоположному берегу.

— Не может быть. — прошептал Гаррет, его голос дрожал от смеси благоговения и восторга.

— Избирательность… — добавил Лериан, и в его глазах зажглась искра понимания. — Субстанция реагирует лишь на «мертвую», инертную материю! На то, что лишено чистой, целенаправленной жизненной силы! Растение, выращенное с помощью «Живой Энергии», для неё — лишь часть пейзажа!

Я прервал действие умения. Растение, лишившись подпитки, мгновенно завяло, его побеги поникли и почернели, но решение было найдено.

Тогда за дело взялся Лериан. В его глазах зажегся огонь изобретателя, получившего в руки невиданную игрушку. Он взял новое семя и повторил мой трюк, но с поистине творческим размахом. Из его рук хлынул не ручеек, а настоящий поток энергии. Семя взорвалось ростом, и из земли вырвалась мощная, гибкая лиана толщиной с руку. Она метнулась вперед, словно зеленая змея, перекинулась через ров, и ее конец с глухим хлопком упал прямо перед зияющим проходом в стене. Ствол мгновенно укрепился, выпуская боковые побеги, которые оплели каменные выступы, создав надежную, живую опору. За считанные минуты перед нами вырос прочный, упругий мост из переплетенных растительных волокон, покрытый крупными листьями, превратившими его поверхность в нескользящую тропу.

— Прошу. — с легким, театральным поклоном произнес Лериан, указывая на свое творение. Его усталое лицо озарила редкая, почти мальчишеская улыбка.

Мы переглянулись. Ксела первая, без тени сомнения, ступила на зеленый мост. Он слегка прогнулся под ее весом, но держал уверенно. Легкой походкой она быстро пересекла ров и оказалась на той стороне, обернувшись к нам. Мы последовали за ней. Идти по живому, дышащему мосту над бездной черной кислоты было сюрреалистичным и жутковатым, но, к счастью, надежным опытом.

Ступив на каменную плиту перед пятыми воротами, я обернулся. Лериан ослабил концентрацию, и мост, мгновенно иссохнув, пожух и рассыпался в труху. Черная субстанция рва внизу беззвучно поглотила его, не оставив и следа от нашего пути.

Пятые ворота, или то, что от них осталось, мы миновали без происшествий. Следующие несколько часов пути принесли странные изменения: кости, доспехи, оружие — все исчезло, словно штурмующие сюда либо не добрались, либо их просто не пустили. Вместо этого мы находили обломки неведомых механизмов, оплавленные кристаллы и куски стекла, застывшего в причудливых формах. Это были следы самих Творцов, возможно, оставшиеся от их последнего сражения.

Тишина становилась еще более гнетущей. Даже наши шаги, отдававшиеся эхом от близких, высоких стен, казались кощунственно громкими.

Наконец, впереди показались последние ворота, ведущие в самое сердце цитадели. Они были огромными, превосходящими все, что мы видели до этого, и, к нашему удивлению… оказались целыми. Массивные створки из темного, отливающего металлом дерева были плотно закрыты.

Но по мере нашего приближения детали стали проступать. В центре ворот, на уровне человеческого роста, зияла грубая, рваная дыра. Словно некая гигантская, нечеловеческая сила вырвала кусок массивного полотна, оставив проход, едва достаточный, чтобы протиснуться взрослому человеку. Обугленные края дыры оплавились внутрь, словно от чудовищного температурного воздействия.

Мы переглянулись. Никто не произнес ни слова. Ксела первой протиснулась в черную щель. Я последовал за ней, чувствуя, как обгоревшие края цеплялись за ткань одежды. Лериан и Гаррет прошли следом.

То, что открылось нашим глазам, на секунду заставило забыть и об усталости, и об опасности, и о тысячелетней трагедии. Мы стояли в центре крепости Терминуса.

Перед нами расстилалось огромное пространство, организованное с поразительной, почти математической точностью. Широкие, прямые улицы, словно лучи, расходились от центральной площади, вымощенные гладким, светлым камнем, который, несмотря на прошедшие века, почти не пострадал. По обеим сторонам возвышались здания — не грубые казармы или склады, а изящные строения с арками, колоннадами и сложными фасадами,