Старый, но крепкий 10 - Макс Крынов

за дело: развёл небольшой, почти бездымный костёр из сухостоя, подвесил над огнем походный котелок, наполовину наполненный чистой водой из ручья, и достал из рюкзака приготовленные заранее ингредиенты (и, конечно, флаконы с собранными ингредиентами).

Процесс требовал полной сосредоточенности. Я начал с основы — бульона из корней сталецвета, который должен был связать все компоненты. Когда вода закипела и в воздухе запахло вареным деревом, я по одному начал добавлять ингредиенты, каждый раз вливая в смесь струю своей Ци.

Затем настал черёд эссенций. Я открыл первый флакон. Светящиеся полоски на дне спокойно мерцали. Я аккуратно взболтал вязкую жидкость с взвесью эссенций и вылил ее в кипящий отвар. Следом отправились купленные в лавке Додонева зелья для укрепления мышц и костей: слабенькие, но задающие тон всему будущему зелью.

Бульон загустел, забулькал, и его цвет сменился с коричневого на серебристый. Эссенции крепости растворялись, вплетаясь в структуру зелья, становясь его частью и непомерно усиливая. Я непрерывно помешивал состав деревянной ложкой, следя, чтобы реакция не пошла вразнос и в правильное время добавил второй и третий бутыльки.

Через час кропотливой работы зелье было готово. Оно остыло до тёплого состояния и теперь выглядело тяжёлой, серебристой жидкостью. Она должна укрепить кости, мышцы, сухожилия Раккара.

Но этого было мало. Дракону нужна была и внешняя защита.

В меньшем котелке я приготовил мазь. Основой послужила истолченная в труху кость духовного зверя с вершины Тянь-Шань, только я добавил в этот состав другие зелья и эссенции из четвертого и пятого флаконов. Здесь процесс был иным — не варка, а томление на очень слабом огне. Я перемешивал состав, пока он не превратился в густую тёмно-серую пасту.

Когда оба состава были готовы, я погасил огонь. К тому моменту на поляну опускались сумерки. Раккар, уже успевший сожрать барсука и какую-то птицу типа глухаря, поднял голову и с любопытством наблюдал за мной.

Осталось самое трудное — споить дракону зелье, которое он точно не захочет пить.

— Ко мне, — скомандовал я. — Давай, дружок. Выбора все равно не будет.

Дракон лениво потянулся, взвесил все «за» и «против» и все же подошёл к кострищу.

Глава 9

Впрочем, так просто напоить дракона не получилось. Уловив аромат, Раккар насторожился и остановился в паре метров от меня; приподнял голову, по-живому наклонил ее набок, будто спрашивая: «Эту гадость — мне? Нет уж, пей сам».

Увы, у меня не было возможности добавить в зелье фарш духовного зверя, или вылить жидкость в шарик из кишки и замаскировать в добротном куске мяса. Все, что у меня было — понимание, что зелье дракон сегодня выпьет.

Я шагнул вперёд, резко и неожиданно. Левой рукой обхватил один из костяных наростов возле носа, задрал вверх, заставляя поднять голову выше. Правая рука с чашей метнулась вверх.

И вылил всё содержимое чаши в щель между его клыками.

— Прости, брат, — пробормотал я, — но выпить надо.

Раккар взревел — коротко, глухо. Сглотнул коротко и непроизвольно. Горло содрогнулось, да и сам дракон дёрнулся, пытаясь опустить голову и выплюнуть противную жижу. Только вот я обеими ладонями зажал ему пасть, сомкнул челюсти, да и голову держал как можно выше.

Началась борьба. Сперва — несерьезная, скорее попытки вырваться, но чем больше проходило времени, тем серьезнее и злее становился дракон.

Сперва Раккар замотал головой из стороны в сторону, пытаясь сбросить меня. Я болтался на его челюсти, обутые в кожаные сапоги ноги возились по прелой прошлогодней листве, чертили глубокие борозды. Руки вибрировали от рыка, заглушённого сомкнутыми челюстями. Глаза дракона наливались яростью и обидой.

Затем шутки кончились. Животное подняло переднюю лапу — огромную, с чёрными, грубыми и толстыми когтями, и попыталось содрать меня с себя. Я же разжал пальцы и отпрыгнул назад, едва избежав удара. Не хотелось проверять, сможет ли дракон располосовать укрепленную кожу.

Раккар тут же широко раскрыл пасть, захаркал, задышал гулко и часто, пытаясь выхаркать зелье, но было поздно. Жадный желудок дракона точно понял, что именно в него попало и не пожелает отпускать вкусняшку.

Дракон закашлялся, из пасти брызнула вспененная слюна. Обернулся ко мне, напряженный, ожидающий новой подлянки, но я поднял руки, показывая, что не нападаю, и заговорил ровно, успокаивающе, ровно так, как и стоит говорить с испуганным зверем.

— Тихо, тихо, Раккар. Спокойно. Ты не понимаешь, но это всё для твоей же пользы.

Но дракон уже не слушал. Он тяжело задышал, глухо охнул — звук был на удивление человеческим. Могучие ноги подкосились, Раккар тяжело завалился набок, задев крылом костёр и опрокинув ветку, на которую я вешал котелок. Зелье начало свою работу — грубую, болезненную перестройку тела изнутри.

Теперь — мазь.

Я взял второй котелок, с бурой, дурно пахнущей смесью, похожей на растопленный деготь.

Когда я направился к Раккару, дракон заворчал предупреждающе — уже не сильно-то он мне и доверял. Ворчание перешло в слабый, хриплый выдох. На большее сил дракона не оставалось.

Начал я с самого уязвимого — с крыльев. Широкие, перепончатые, пронизанные сетью тонких косточек и энергетических каналов крылья стали ахиллесовой пятой его матери, и сейчас я хотел компенсировать их хрупкость. Я зачерпнул густую мазь и начал втирать её в кожаные перепонки, затем в основания мощных костяных «пальцев», формирующих каркас крыла. Мазь была холодной, липкой, но впитывалась быстро. Ткани крыла темнели — теряли едва заметную прозрачность, укреплялись. Новые эссенции ползли по телу, встраивались в организм, взаимодействуя со слабеньким ядром.

И вот тут я столкнулся с неожиданным эффектом своего же дара. Пальцы, втирающие мазь, начали поглощать эссенции. По ладоням пробежало покалывание, кожа на кончиках пальцев будто загрубела на мгновение, а в энергоканалы просочился чужеродный, тяжёлый холод.

— Чёрт, — выругался я сквозь зубы. — Загордился, Китт? Решил, что если уж зелья мне вреда не причинят, то теперь и перчатки ни к чему?

Бонус от «улучшенного поглощения эссенций» обернулся мелкой, но досадной проблемой. Часть драгоценной мази шла не дракону, а «прилипала» ко мне. Но перчаток у меня с собой не было, поэтому пришлось вздохнуть и продолжать. С помощью массажа я определял энергетические узлы, массировал и растирал шкуру дракона, прогибающуюся под усиленными навыком пальцами.

Работа была долгой и методичной, но в конце концов я обмазал все уязвимые места Раккара: живот, шею, внутренние стороны лап, спину, бока, хвост. Под действием мази чешуя Раккара темнела. Каждая чешуйка будто становилась толще, плотнее прилегала к соседней. Уже сейчас дракон стал куда сильнее, но и это была лишь подготовка. Разминка.