Джейн Эйр – охотница на оборотней - Андрей Олегович Белянин

Когда Бет наконец уснула, я вынырнула из-под одеяла и как была – в исподнем и босая, – словно вор, прокралась в комнату Хелен Бернс.

– Я пришла, Хелен, – прошептала я, закрывая дверь.

Она слабо улыбнулась. Забравшись в ее постель, я убедилась, насколько Хелен исхудала: сюда легко можно было бы подложить еще одну девочку, и даже втроем нам не было бы тесно. Стараясь не думать об ужасной капустной руке, я прижалась к подруге теснее. Хелен горела.

– Хелен, у тебя жар. Я позову учительницу или директрису.

– О нет, Джейн! Не надо никого звать! Останься со мной!

Когда спустя несколько часов я проснулась, лежащая рядом со мной Хелен Бернс была мертва.

Глава 6

…Поместье Даремов находилось на самом выезде из Лондона. Я приехала туда незадолго до заката и успела осмотреться.

Крестьяне, сплошь в белых одеждах, ездили на телегах, которые уже невозможно было встретить в городе. По улице ходили гуси и утки, из-за каждого забора лаяли собаки. Однако как только солнце опустилось ниже и покраснело, всех птиц загнали во дворы и поплотнее закрыли окна.

В доме моего заказчика – особняке на три этажа – тоже закрыли все окна к тому моменту, как я постучала в дверь.

К началу поездки Сэм снабдил меня информацией, которая могла быть как полезна мне, так и не иметь ровно никакого значения. Из газет недельной давности нам удалось узнать, кто еще дает рекламу о продаже птицы и яиц. А также мой помощник обошел ближайшие к поместью лавочки, магазинчики, чайные и питейные заведения, выспрашивая местных попрошаек: не сменился ли поставщик? Когда что-то происходит в семье и владениях коммерсанта, пусть даже самого мелкого, не стоит сбрасывать со счетов возможные происки конкурентов.

Однако этот след, вероятно, был ложным. В несколько заведений поступили куры из другого хозяйства. Странное и, на мой скромный взгляд, отталкивающее название «Ножки Буша» отдавало популизмом и дешевой претенциозностью. Вряд ли промышленник с такой грубой рекламой мог провести тонкую игру. Тем не менее «Ножки Буша» стали новой записью в моем разбухающем блокноте.

…Когда дверь передо мной наконец открылась, на пороге показалась худая седовласая экономка с таким подозрительным и пристальным взглядом, что я поежилась.

– Я Джейн Эйр и приехала к мистеру Дарему по его просьбе.

– Вас ожидают.

Просторный холл казался чистым до блеска. Если бы я потрудилась наклониться, то в начищенном паркете можно было бы увидеть свое отражение. Экономка жестом указала мне на лестницу, бывшую столпом дома и его центром; изящное творение красного дерева, она выглядела довольно дорого для общего интерьера.

Должно быть, мистер Дарем потратил немалую часть своих доходов для приобретения такой лестницы. Как знать, возможно, он и в дальнейшем планировал «обогащать» свой дом подобными деталями. На резных перилах было высечено имя владельца. Оно прощупывалось пальцами на первой ступени, далее переходя в искусную вязь с элементами кельтики.

– И зачем только это было нужно! – скорее с утвердительной, чем с вопросительной интонацией сказала поднимающаяся на шаг впереди меня экономка.

– Простите?

– Приглашать вас в дом! – ворчливо пояснила она. – Не подумайте, мисс, я ничего такого не имею в виду! Но вы же гувернантка? По крайней мере, выглядите вы как гувернантка. А кому здесь нужна гувернантка? Чем тут поможет гувернантка? Вот что я имею в виду, мисс.

Посчитав разумным промолчать, я повернула за ней направо, поднявшись на лестничную площадку.

– Не верю я в этих шарлатанов! – продолжила свою короткую исповедь женщина. – Борцы с оборотнями! Борются и борются, ездят и ездят. Вчера вот викарий приезжал, такой приятный молодой человек, служитель Господа, а туда же: вещал про зверя да шестерки какие-то. Я не против викария, имейте в виду! Я против шарлатанов! Вот и вы приехали зачем? Умертвить оборотня! А разве этот юноша оборотень? Он образованный, знает, как считать деньги, имеет мнение и взгляды! Значит, вы не гувернантка, а шарлатанка. А я против шарлатанов, поэтому не одобряю, имейте это в виду, мисс!

Экономка постучала в дверь и тут же открыла ее, жестом приглашая меня внутрь. А скорее позволяя мне войти.

– Эмма, пусть Мэри принесет чай мне и мисс Эйр, – попросил седой мужчина, сидевший за столом.

– Да, сэр, – мрачно ответила женщина, и в следующее мгновение дверь закрылась.

Мистер Дарем был мужчиной в возрасте, крупного сложения, с сильными плечами и мясистым носом. Вероятно, в молодости он был красив и пользовался успехом у женщин. По-прежнему роскошная шевелюра была смазана гелем и щепетильно расчесана. Пиджак – тщательно выглажен. В серых глазах сверкнули искорки интереса и нездорового азарта, когда он рассматривал меня.

– Мисс Эйр, я рад видеть вас в своем доме! – Он жестом предложил мне сесть. – Мы и не думали, что вы так скоро приедете.

– Но я телеграфировала вам о своем приезде, мистер Дарем.

– Неужели? – Он удивленно вскинул густые брови. – Однако мне не приносили никакой телеграммы.

– Должно быть, она затерялась на почте.

– Ох уж эта Почта Британии… – вежливо улыбнулся мой собеседник.

Я солгала. Никакой телеграммы отправлено не было, и тому есть весомые основания. Мне не хотелось, чтобы к моему визиту готовились. Ожидая гостей, даже честные и открытые люди всегда заметают сор под ковер. А мне нужны были детали. Вот, к примеру, экономка. Ее разговор со мной оказался странным, но любопытным. Был бы он таким же откровенным, если бы я отправила телеграмму заранее и все были подготовлены к моему визиту? Кто знает…

В дверь постучали, и молодая горничная внесла поднос с чаем. Хозяин дома расспрашивал меня про дорогу и погоду, много улыбался и даже пытался шутить. Получалось это не всегда удачно, деликатно выражаясь…

– Сэр, я хотела бы перейти к обсуждению дела, по которому приглашена сюда. И мне необходимо осмотреть дом, если позволите.

Мистер Дарем с готовностью поднялся с места.

– Да-да, прошу. – Он подошел к двери и открыл ее.

Я подхватила свой саквояж и вышла на лестницу, следом за хозяином дома.

– Такой славный мальчик! Он ведь мне как сын. Большая разница в возрасте. Увы. Но наш дед, знаете ли, недолго скорбел после кончины первой жены – тут же осчастливил юную красавицу, рыжую хохотушку из Ирландии.

Мы направились по лестнице вниз. В доме было тихо и пусто. Где-то в левом крыле слышался звон посуды: на кухне никогда не прекращается жизнь, и там всегда найдется