Джейн Эйр – охотница на оборотней - Андрей Олегович Белянин

Хозяин дома взял из моих рук конверт и вскрыл его ножом для бумаг, извлеченным из бархатного футляра, достал сложенный вчетверо лист бумаги и, слегка щурясь, принялся читать.

Пенсне осталось лежать на столе, но письмо было не очень длинным и написано весьма разборчиво, поэтому мистер Дарем не счел необходимостью пользоваться окулярами.

В сущности, обращение было формальностью. Наниматель не сомневался в подлинности моей личности и не относился ко мне с подозрением, хотя подобная доверчивость и могла показаться странной. Полагаю, он заранее навел обо мне все справки, которые только возможно. Но, учитывая сомнительную личность его племянника, который с минуты на минуту войдет в этот кабинет, мне следовало расставить точки над «i».

Подобные рекомендательные письма получали все девушки из Ловудской школы. В письме излагалось, в числе прочего, что мисс Джейн Эйр состоит на попечении у Аарона Брокколихата и безопасность сей девушки должна блюстись неукоснительно во избежание тяжб с вышеуказанным господином Брокколихатом, личным имуществом которого является та самая мисс Эйр до своего замужества.

Имуществом. Отметьте это. В девятнадцатом столетии в просвещенной Великобритании, где правит королева Виктория, женщина продолжает оставаться имуществом мужчины. Мужчины распоряжаются нами, как им заблагорассудится. Мужчины решают, сколько раз мы понесем дитя, мужчины распоряжаются нашим наследством и самой жизнью нашей. А между тем не всегда способны совладать даже с самими собой.

Тем временем в дверь постучали, и она почти в то же мгновение отворилась: стучащему не требовалось разрешение войти, а стук был лишь вежливой формальностью.

Виктор Дарем ворвался в кабинет, словно ветер, и, поздоровавшись с дядюшкой, принялся говорить так быстро, как говорят обычно увлеченные чем-то люди, прервать которых не представляется возможным, пока они вместе с речью своей не выдавят весь воздух из груди.

– …Видели бы вы ее, дядя! Она так смешалась и покраснела – вне всякого сомнения, ждала меня, хоть и не подавала виду! И пусть она из деревенских, но какие у нее сисяндр…

Мистер Дарем хлопнул ладонью по столу так резко и громко, что я подскочила на стуле от неожиданности. Племянник его тоже вздрогнул и наконец обратил на меня внимание, после чего мы были представлены друг другу.

– Вы приехали одна, мисс Эйр?

– И да и нет, сэр, – ответила я. – Со мной всегда незримо присутствует мой опекун и попечитель.

– Незримо? Как это?

– Очевидно, так же, как зверь в вашей спальне.

Молодой мужчина отскочил на шаг назад, побледнев от испуга и ярости.

– Ваше чувство такта, мягко говоря, не соответствует… – недовольно нахмурившись, начал было старший Дарем, но я пошла дальше и позволила себе перебить его:

– А ваше сильно осложняет и замедляет мою работу. Но мне казалось, что все мы заинтересованы в скорейшем ее выполнении, не так ли?

Дарем старший неохотно кивнул. Его племянник, скрестив руки на груди, молча сверлил меня взглядом.

«О, сэр, вы можете презирать меня, сколько вашей душе угодно, – подумала я, – только не мешайте работать».

Однако юноша сумел взять себя в руки и даже попробовал улыбнуться.

– Какая помощь требуется от меня мисс Эйр? Я ваш покорный слуга.

Мне требовались ответы.

По заверению юного Дарема, волк приходил к нему каждую ночь, однако не нападал и не причинял никакого вреда – только рычал и скалил клыки, с которых падала густая пена. Поутру та самая белая пена обнаруживалась на ковре или паркете в том месте, где во сне Виктора стоял волк. Пену убирала экономка, а после ковер или паркет обрабатывали растворенной известью.

– А почему не святой водой?

– О, в этом нет необходимости, – высокомерно хмыкнул Дарем-старший. – Третьего дня у нас был священник и освятил здесь все! И крестом, и молитвой, и святой водой, и ладаном! Все по высшему разряду, мисс Эйр, можете не сомневаться. Весь дом обошел и весь сад, даже по отдельной моей настоятельной просьбе заглянул в курятник и коровник. Куры всполошились…

– Могу себе представить, – кивнула я.

Должно быть, он заплатил круглую сумму за избавление своего поместья от нечисти. Но…

– Часто ли ваша экономка чистит ковры?

– Конечно нет! Я понимаю ваше удивление, мисс Эйр. Но наша добрая Эмма любит мальчика почти как родного сына. В детстве Виктор часто играл с ее дочерью, они ведь почти одного возраста, и Эмма привязалась к нему.

Я с пониманием кивнула. Женщины часто привязываются к детям, особенно если малыши красивы, а Виктор Дарем, вне всякого сомнения, был очень красив и мил в детстве.

Однако все это в целом казалось несколько странным. Вмешательство экономки, ее дочь, с которой когда-то играл хозяйский племянник, странные махинации по отъему имущества в Девоншире…

И главное, что не было никакой уверенности, что я решу проблему нашествия оборотня на поместье за одну ночь. Хоть и настало время полной луны, но переменчивое небо Британии могло скрывать ее за облаками до самого рассвета.

Тем не менее я поблагодарила семейство Даремов за предоставленную информацию, хотя она и была недостаточной, и направилась в отведенную мне комнату. Экономка Эмма уже стояла в конце коридора, нетерпеливо ожидая меня у дверей.

– Эмма? У вас есть ко мне вопросы?

– Что вам наговорил мистер Дарем про мальчика?

– Только то, что он дружил с вашей дочерью. Это правда?

Возможно, мне показалось, но у женщины нервно дернулась щека.

– Это было так давно, мисс, что об этом не стоит и вспоминать! Моя дочь давно не живет здесь, по состоянию здоровья она переехала к морю.

– Вы хотели бы узнать что-то еще?

– Вообще-то, я должна справиться: не желаете ли вы чаю? Пьете ли вы чай с молоком или с медом? А может, предпочитаете с травами?

– Эмма, перед сном я предпочитаю стакан воды. И насколько успела запомнить, графин с водой уже стоит в моей комнате.

– В таком случае доброй ночи, мисс, – сказала экономка и, круто развернувшись, пошла по направлению к лестнице.

Ее пожелания исполнились в полной мере. Ночь была доброй. Пару часов просидев над своими записями при свече, я как можно тише открыла окно и, выбравшись во двор, спустя треть часа была на крыше, а еще через несколько минут добралась до спальни молодого Дарема, расположившись прямо над ней. Согласна, это не слишком прилично, но что делать?

Мне пришлось сменить сапоги на тихие теннисные туфли. В случае, если придется столкнуться со зверем, это обстоятельство серьезно осложнит мне жизнь. Однако, без разрешения разгуливая по чужой крыше, предпочтительно оставаться бесшумной. Хотя бы из вежливости.

Я обвязала талию веревкой, подоткнув под нее подол фальш-юбки, положила «кошку»