Пятое время года - Анюта Соколова

следом. Через четверть часа я признала, что булка с маслом и сыром, которую запиваешь горячим сладким чаем, – пища Богов. Никакие рестораны и черепашьи супы в подмётки ей не годятся. И можно не строить из себя светскую даму, смело откусывать неприлично большие куски, подбирать крошки и облизывать масленые пальцы, потому что стесняться Рена – всё равно что стесняться саму себя. Дождь барабанил по подоконнику, по стеклу стекали ручьи, уюта добавляла керосиновая лампа с абажуром из матового стекла, за которой Рен сбегал в свою квартиру.

– Десять вечера, – он зевнул. – Надо ложиться спать. Завтра мне рано вставать, начальник управления собирает всех на совещание. Часа два пустопорожней болтовни и набивших оскомину поучений. Зимние праздники – самое напряжённое время, возрастает количество пьяных драк, горожане в подпитии засыпают прямо на улице и замерзают, наша задача – предупреждать несчастные случаи, и всё в таком духе.

– Станешь начальником – будешь руководить, как считаешь нужным, – пошутила я.

– Стану, – подтвердил Рен. – У меня есть цель, Дея.

Он опять зевнул, прикрыв рот ладонью, и поднялся.

– Всё, я пошёл, иначе усну прямо тут.

– Подожди, – остановила я его.

Почти не спотыкаясь, сходила в спальню и протянула Рену запасной ключ от квартиры:

– Возьми. Я в обмороки не падаю, но на всякий случай. Ты правильно сказал: так спокойнее.

Голубые глаза потемнели:

– Не боишься, что прокрадусь ночью?

– Крадись, – засмеялась я. – Придушу подушкой.

Хлопнула дверь. Без Рена кухня сразу опустела. Боги, что происходит?! Не хочу, отчаянно не хочу снова попасть в зависимость от кого-то! Ждать встречи, тосковать каждый миг, когда он не рядом, жить от улыбки до улыбки… Всё это уже было, и чем кончилось?! Разочарованием и предательством. Без сил я упала на кровать и уткнулась лицом в ладони. Если Боги кого-то наказывают, то отнюдь не ненавистью. Ненависть что, с ней легко справиться.

Попробуйте бороться, когда один человек становится всем твоим миром.

***

– Я влюбилась! – кричу, вбегая в комнату. – Рен! Рен, ты слышишь меня?

– Слышу, – мой лучший друг удивительно мрачен. – И когда ты успела?

– Ха! Разве для этого нужно время? – я начинаю кружиться. – Рен, он самый красивый, самый добрый, самый благородный человек на свете! Мы танцевали и целовались, и он обещал непременно прийти сегодня!

– Из чего я заключаю, что этот «красивый-добрый-благородный» – Дэмиен Веррен, – Рен откладывает книгу и встаёт. – Дея, он старше тебя на семь лет!

– Всего на семь лет!

– В ваши годы это огромная разница! И как можно влюбиться в человека после двух танцев?

– Двух танцев и прогулки по саду, – уточняю я и упорно не замечаю, как друг сурово хмурится. – Рен, да не будь же ты занудой! Дэми чудесный, и я сразу поняла, что он – тот самый! И он тоже влюбился в меня! Это так здорово! У меня будет шикарная свадьба, и роскошное платье с длиннющим шлейфом, и вот!

Я гордо демонстрирую кольцо с огромным сверкающим камнем:

– Посмотри, какая красота! Настоящий бриллиант! Я помолвлена, Рен!

Он меняется в лице. В глазах странное чувство. Злость? Отчаяние? Боль? Нет, не может быть! Рен мой друг, он должен радоваться за меня!

– Дея, тебе ничего не кажется странным? Человек едет на выпускной бал в школу Прях с помолвочным кольцом в кармане. Потом выбирает лучшую выпускницу, пару раз танцует с ней и тут же делает ей предложение. Сопоставь факты, ты же умница!

На секунду я чувствую себя так, словно в атласных бальных туфельках ухнула прямо в грязную лужу, но потом решительно гоню это ощущение.

– Рен, ты несправедлив. Хочешь сказать, что нельзя полюбить с первого взгляда? Но я же полюбила Дэми! Зачем ты отравляешь мне радость? Ты же мой лучший друг!

Его губы сжимаются в тонкую линию.

– Друг, – хрипло выдавливает Рен, словно это слово раздирает его рот изнутри. – Значит, ты так меня воспринимаешь? Как друга? Да, Дея?

Я окончательно теряюсь. На что Рен намекает?

– Муэрро! – раздаётся за дверью. – Андея Муэрро! К тебе посетитель! Господин Веррен ожидает в холле!

Дэми! Сердце заходится в груди, я опрометью несусь вниз, и мне уже совершенно неважно, какая муха укусила Рена.

Глава 15

Утром я предсказуемо проснулась с тенями под глазами, зато с хорошим самочувствием. Во всяком случае, навести порядок в квартире и разложить вещи я смогла без ежесекундных передышек. Заодно до конца исследовала свои владения и составила список самых необходимых покупок. Ливень перешёл в обычную для Тангера унылую мелкую морось, вылезать никуда не хотелось. Бурые разводы на пальто сошли с третьего намыливания, что меня несказанно обрадовало. Стальной действительно шёл мне гораздо больше чёрного.

Около половины одиннадцатого раздался звонок. За дверью стоял Совье с веточкой остролиста в руке.

– Доброе утро, госпожа Мурье. Это вам. Дух праздника и всё такое.

Я вежливо поблагодарила и пошла за вазой, а когда вернулась, наткнулась на внимательный взгляд.

– Вы слишком бледны для той, что отдыхала весь вечер.

– Разве ваши соглядатаи не доложили вам о вчерашнем происшествии?

– Они не шпионят за вами, а охраняют вас, госпожа Мурье, я не требую от них подробного доклада. А что случилось?

– Мне пришлось посмотреть будущее одного мальчика. Он выбрал неподходящее время года для купания в Тейре.

– Почему я не удивлён? – Совье вздохнул. – Значит, сегодняшнее задание переносится на завтра. Ответьте мне только на один вопрос: это было так необходимо?

– Да. Он единственный сын у родителей… – я оборвала себя и с минуту собиралась с мыслями. – Будь он даже десятым ребёнком в семье, дело не в этом. Считается, что Прях ведут Боги. Будущее нельзя изменить, но, зная будущее, меняются люди.

– И вы всегда будете выбирать между моими поручениями и волей Богов в пользу последних? – Совье прищурил кошачьи глаза.

– Я вас предупреждала. Это основная причина, по которой я год перебивалась частными заказами. И если вы сейчас решите, что вам не нужна такая подчинённая, я готова вернуть аванс вместе с униформой.

– Возвращайте, – его глаза превратились в узкие тёмные щели.

Чек лежал во внутреннем кармане пальто, я достала его и протянула Совье.

– Боги, вы не блефуете, – он отвёл мою руку. – Нет, госпожа Мурье, я не взял бы эти деньги, даже разорвав с вами договор. Не сердитесь за эту проверку. Просто я каждый день сталкиваюсь с тем, что люди говорят высокопарные слова ради самих слов. А уж забирать подарки у женщины – последнее дело, будь то жена, любовница или подчинённая.

– Так униформа или подарок? – усмехнулась