Лишенные богов - Лиза Андерсон

– Но почему? Ты ведь даже школу не окончил! – в отчаянии выдохнула Вик. – Ты хоть на секунду задумывался, чего мне стоила твоя учеба?

Она годами выжигала себя дотла, лишь бы его жизнь была легче ее собственной. Вгрызалась в каждую лишнюю смену, стирала руки в кровь, чтобы он мог заниматься спортом. Не спала ночами, помогая ему готовиться к урокам, на которые сама никогда не ходила. И теперь он был готов швырнуть все это ей в лицо.

– Чушь собачья, – огрызнулся Генри. – В масштабах мира это вообще не важно. Ты что, хочешь, чтобы я до конца дней прозябал на какой-нибудь грошовой работе?

Он пренебрежительно отмахнулся, словно проблемы реальной жизни не касались тех, кому посчастливилось стать частью Ордена.

– Придя сюда, мы будто пролезли без очереди, – заявил он с горящими глазами. – Орден подчиняет себе саму реальность, мы можем делать все, что пожелаем! Выходцы из Ордена становятся президентами, сенаторами, великими людьми…

– Угу, и спорю на что угодно, каждый из них сначала получил чертов диплом, – отрезала она, не сводя с него тяжелого взгляда.

– Я бы просто зря тратил время за партой, протирая штаны на уроках математики! – выкрикнул он. – А здесь я на своем месте и действительно могу на что-то повлиять. Я чувствую, что рожден для этой роли!

Вик смотрела на него, раздавленная и ошеломленная тем, какой оборот принял их разговор. Генри был непоколебим. Он говорил с фанатичной убежденностью подростка, который уже вообразил себя центром мироздания, и никакая логика не смогла бы пробить эту броню.

– И что делать мне? – тихо спросила Вик. – Пока ты «играешь свою роль»? Где в этой твоей великой судьбе место для меня?

Если ее место больше не рядом с братом, то где оно вообще?

– Мне нужно пройтись, – бросила Вик. Генри смотрел на нее со смесью жалости и пугающей неуверенности, и этот взгляд был невыносим.

Она резко распахнула дверь и шагнула в темный зев коридора. Плевать на время, плевать на предупреждения о том, что ночью бродить по замку опасно.

– Вик, подожди!.. – донеслось в спину, но дверь за ней уже захлопнулась.

Гнев и растерянность выжигали ее изнутри. Вик металась по каменным лабиринтам, задыхаясь от тошнотворного чувства беспомощности. Как все могло так быстро рухнуть? Брат был ее единственной константой, смыслом ее жизни, а теперь он ускользал, растворяясь в чужих амбициях. Вик задыхалась в этой изоляции, от вечного «все в порядке», которым он отгораживался от ее тревоги.

Что она на самом деле делает в этом замке? Неужели она здесь лишь для того, чтобы вечно быть тенью Генри? Или, сама того не ведая, она искала здесь нечто иное? Шанс наконец сбросить опостылевшие доспехи, заявить о собственных желаниях и впервые в жизни стать самой собой, а не играть роль вечного, бессменного щита.

Вик едва осознавала реальность сквозь пелену бушующей ярости, которая гнала ее вперед. Ноги сами привели ее в восьмиугольную оружейную, где в полумраке холодно поблескивала сталь. Убегая, она оставила свой украденный кинжал в апартаментах и теперь почти физически ощущала его отсутствие. Пальцы непроизвольно сжимались, желая коснуться чего-то смертоносного. Потребность в схватке пульсировала в жилах так остро, как никогда за последние годы.

Сначала Вик сняла со стойки короткий меч и с силой рассекла им воздух. А затем подняла клинок над головой, оценивая его идеальный баланс, и снова нанесла удар, представляя перед собой воображаемого противника. Разворот на пятке, стремительный выпад… и вдруг краем глаза она заметила, как в углу что-то шевельнулось. Вик инстинктивно развернула острие в сторону движения. В памяти мгновенно всплыла тень, которую она видела прошлой ночью. Та самая разумная, текучая тьма, ползущая к замку.

Приготовившись к настоящему бою, она крепче перехватила рукоять, но вдруг узнала замерший в тени силуэт и опустила клинок. Главный Страж прислонился к противоположной стене, безмолвно наблюдая за ней из темноты.

– Ты напугал меня до смерти, – выдохнула Вик, а затем вернула меч на стойку, стараясь игнорировать мелкую дрожь в пальцах.

– Ты умеешь им пользоваться. – Это не было вопросом.

– Да.

Вик скрестила руки на груди, пытаясь защититься от его изучающего взгляда. В густом полумраке его мощный силуэт казался высеченным из самого обсидиана, а глаза светились в сумраке, словно у зверя, вышедшего на ночную охоту.

«Человеческие глаза не светятся в темноте», – твердил ей рассудок, но серебристо-лазурные точки в глубине его зрачков говорили об обратном.

– Откуда? – почти шепотом спросил Ксан.

Его голос отозвался вибрацией прямо в ее груди, заставив сердце биться чаще.

– Даже не помню, – призналась Вик. После разговора с Генри в ней проснулось что-то дикое, первобытное, и страх перед великаном испарился. – После смерти матери я освоила все, что могло убивать.

Она не призналась лишь в том, что ее тяга к оружию была рождена из чистого, первобытного страха. Вик слишком хорошо помнила преследующие ее шаги и влажные шлепки чего-то невидимого во тьме.

– К чему столько тренировок, если не собиралась пускать оружие в ход?

– Мне это нравилось, – она лишь пожала плечами.

Ксан долго молчал, и Вик кожей чувствовала тяжесть его взгляда.

– Ты расстроена, – наконец произнес он.

Его проницательность жалила больнее меча, и закатив глаза, Вик почувствовала, как к щекам прилила кровь. Но она знала – он заметил это даже в темноте.

– Поссорилась с братом.

– И пришла сюда выпустить пар?

– Может, в окружении оружия я просто чувствую себя дома, – бросила она, и в этой шутке правды было больше, чем ей хотелось бы.

Ксан бесшумно вышел из тени, его черный тренировочный костюм сливался с ночным мраком. Вик инстинктивно отпрянула, но тут же заставила себя замереть: она не позволит страху взять верх. Он остановился в считаных сантиметрах. Его близость была осязаемой, тяжелой. Вик сделала судорожный вдох, пытаясь унять сердце, которое, казалось, грохотало на всю оружейную, и осознала, что не может отвести глаз от его массивной шеи и рельефа мышц, проступавших сквозь ткань. Глубокий вдох, и его аромат ударил в горло, словно сжавшийся кулак: смесь пота, мыла и чего-то запредельного, чему у Вик не было названия.

Ксан потянулся за ее спину и снял со стойки такой же короткий меч.

– Иди за мной, – бросил он, уже отворачиваясь.

Вик тряхнула головой, приходя в себя.

Что с ней, черт возьми, происходит? Неужели она действительно вдыхала его запах, как завороженная?

– Возьми клинок, – Ксан кивнул на ряд мечей. – Он тебе понадобится.

«Сосредоточься», – мысленно приказала себе Вик. Перед ней стоял опасный могущественный человек, и он сам потребовал, чтобы