"Фантастика 2026-186". Компиляция. Книги 1-25 - Айлин Лин

– Я его себе в супруги не выбирал, – сказал Лал.

– Тем не менее, то, что вы сейчас нам предлагаете, называется предательством. Какую цель, кроме как возглавить мое войско, вы преследуете, явившись сюда?

Лал высокомерно усмехнулся и стал расстегивать высокий воротник таргского военного кафтана и рубашку. Князь смотрел с видом человека, которого ничто на свете уже не может удивить. У Амрая слегка приоткрылся рот, но лишь на секунду. Потом, когда им стало понятно, что Лал хочет показать, Амрай сухо сглотнул и отвел взгляд.

– Бить женщину в любом случае недопустимо, – сказал он.

Государь Аджаннар очень боялся перестать уважать самого себя, подняв на Лала руку и наставив тому синяков – что ж, вот он и перестал. Лал добился того, что олицетворение справедливости, император Тарген Тау Тарсис окончательно взбесился. Вышел из себя. После того, как, государь взял Лала за шею, хорошенько потряс, оторвал от земли и, процедив сквозь зубы: “Кто я тебе? Да никто!” – вышвырнул его из своего шатра, отметины на шее и плечах Лала остались очень примечательные. Даже со следами ногтей и запекшейся кровью в одном месте. “Убирайся!” – крикнул государь ему вслед.

И Лал убрался. Взял первую попавшуюся лошадь и ускакал по свеженаведенному мосту на другую сторону Ияша. С таргской стороны задержать его не посмели, поразевали рты и дали уехать. Убить с саврской – не смогли.

– Я не женщина, – хрипло сказал Лал Амраю. – Я полковник армии Верхнего Мира Тай.

Генерал наклонился к князю и минуты две излагал тому в ухо какие-то свои мысли. Видимо, шептаться подобным образом здесь было принято.

– Месть? – спросил Лала с улыбкой внутренний князь.

– Реванш, – отвечал Лал. – Мне есть, за что с ним поквитаться.

– Я не решаю такие вопросы единолично, но я бы попробовал вот что…

* * *

Если бы не любопытство, Фай нипочем бы на подобный шаг не решился. Если бы не это чертово любопытство, и еще необходимость исполнять перед Сеймуром Саном свое обещание. “Я должен это сделать, – говорил он Сану, убеждая, в первую очередь, себя. – Я пойду на что угодно, лишь бы сдержать свое слово”.

Весь предыдущий опыт Фая говорил, что избежать сюрпризов при ведении дел на пару с господином Дином невозможно. Тем не менее, он летел с ним на берег Ияша и не собирался ограничивать себя тем, что только доставит Первого министра туда и оттуда. Много дней Фай уже кормил всех верхних в лице Сана завтраками насчет точной информации о полковнике Лаллеме. Теперь узнать о том, что же произошло между Лалом и таргским государем, было нужно ему самому – он просто не смог бы без этого спокойно спать, есть, и что-либо делать. Насколько, конечно же, его подвешенное между небом и землей состояние вообще можно было охарактеризовать как “спокойно”.

Капитан Сеймур Сан отчего-то был твердо уверен, что Лал Доброго Хозяина однажды убьет. Рассчитается с ним за все несчастья Верхнего Мира Тай, настоящие и мнимые. А вот Фай его убежденность с некоторых пор не разделял.

Так уж сложилось, что Фай очень долго не воспринимал Лала живым человеком. Для него это всегда была схема. Командир враждебного лагеря. Другой, чужой, плохой, злой. Карикатурное олицетворение врага, противника и недоброжелателя. В последние дни отношение Фая слегка сместилось в сторону понимания и сочувствия. Особенно ярко Фай сопереживал в тот момент, когда снова лопался незаживающий шов на правой ладони. Но это были временные наития, они лечились обычным носовым платком. От образа врага Фаю избавиться было непросто. Зато Фай считал, что хорошо знает государя, а чего не знает, может спросить у Дина. И вот тут все оказалось наоборот. Может, сыграла роль последовательность знакомства с ипостасями Доброго Хозяина. Ведь в первую очередь Фай увидел очень приятного в общении, спокойного, разумного и хорошо воспитанного человека космической поликультуры, и лишь затем фигуру под серебряной маской Справедливости, гнев которой был местного варварского разлива и обращен по адресу – к нему, Фаю.

Два часа наедине с Дином во время полета – это было бы испытание. По крайней мере, Фай поначалу так решил. Поэтому с Дином решил отправить Сеймура Сана, благо автопилот знал курс. Но потом подумал, что оставить Сана с Дином наедине хочет еще меньше. Поэтому Фай, нервно дергая себя за волосы, и, вместе с тем, оглядываясь, не видит ли кто такое глупое поведение на фоне летающего корыта, минут пять шагал туда-сюда вдоль флаера, пока Дин не появился из кустов. Импровизированное летное поле, как обычно, находилось в одном из заброшенных парков Приречья, диковинные названия которых Фай так и не выучил. Фай оглянулся в последний раз и полез на пилотское место в кабину.

– Ты уверен? – только и спросил его Сеймур Сан, провожавший до места посадки Первого министра.

– Ничего, справлюсь, – отвечал Фай, почти спокойно, к собственному удивлению, действительно справляясь с собой. – Выбрать незаметное место для посадки там сложнее, чем мы предполагали, поэтому лучше я, чем ты. У меня уже есть… опыт.

– У тебя руки дрожат, – заметил Сеймур Сан.

– Я немного замерз…

Сан пожал плечами. Он верил, будто Фай знает, что делает. В отличие от Фая, который деловито хмурился, но наверняка знал только то, что научился превосходно врать. Решение экзистенциальной проблемы – что он хочет и чего не хочет, куда он идет и куда его ведут – зашло в тупик и мучило этим Фая вот уже вторые сутки.

Свою новую встречу с Дином он представлял себе примерно так:

«Здравствуй, радость моя, – скажет Дин. – Как ты?»

«Я зол на тебя, – ответит Фай. – Будь любезен, не раздражай меня лишними разговорами».

«Совсем ничего не хочешь мне сказать?» – спросит Дин.

Фай нервно передернет плечами: «Я должен признаться тебе в любви? Извини, нет».

«Я не хотел тебя обидеть. Ты выглядел очень несчастным».

«Самое гадкое, что можно было сделать – это переспать со мной из жалости, а потом мне же рассказать об этом!»

«Фай, ты ведешь себя как дурак».

«А ты себя – как кобель»…

Дин снова преподнес Фаю сюрприз.

– Каждый человек находится там, куда он шел, – произнес вместо приветствия Дин, едва только флаер, расчесав траву и оборвав листья с деревьев