Фантастика 2026-184 - Игорь Алмазов

крысы. А главное — на его руках были надеты два массивных костяных браслета. Некросканер выдал четкие параметры: каждый из артефактов фонил концентрированной некротикой и содержал по пятьсот морт. Отличный, жирный банк энергии. Надо бы забрать эти браслеты себе. Такие игрушки на дороге не валяются, да и в хозяйстве всегда пригодятся.

— Ты этого не получишь! — в ярости выкрикнул магистр, заметив меня в дверях, и начал вскидывать руки для удара.

Слишком медленно.

Стекло за его спиной разлетелось вдребезги. Вуди влетел через окно стремительным костяным снарядом — только серый шлейф мелькнул — и со всего размаху точечно ударил клювом по левому браслету. Сам плотный источник энергии дятел пробить не стал, зато ювелирным щелчком сломал само костяное крепление замка. Сломанный браслет сорвался с руки магистра, с глухим стуком упал на паркет и покатился прямо ко мне, оставляя за собой слабый энергетический след.

Я подобрал его с пола, взвесил на ладони — тяжелый, зараза, — и кивнул птице: — Молодца. Пернатая диверсия работает как часы.

— Нет! — истошно заорал магистр, багровея от злости.

Поняв, что терять ему больше нечего, он тут же активировал второй костяной браслет. Оставшиеся пятьсот морт крутанулись серым вихрем, и его тело мгновенно покрылось мощным, шипастым костяным доспехом. Пластины нарастали прямо из воздуха, скрепляясь друг с другом с тошным хрустом. На плечах выросли массивные наплечники, а лицо скрылось за глухим забралом в виде оскаленного черепа. Превратившись в огромного, под два метра ростом, бронированного бойца, магистр утробно взревел и тяжелым тараном бросился на меня.

Но я уже успел нацепить добытый браслет на левую руку. Принимать удар этой костяной туши в тесном пространстве залы я не собирался.

— Вуди, эвакуация!

Костяной дятел камнем упал сверху, я ухватился за его лапы, и мощным рывком он вытащил меня через разбитое окно наружу. Гравитация сработала штатно, и я полетел вниз, стараясь сгруппироваться перед ударом о землю. Магистр, уже обросший костяным панцирем от активированного браслета и полностью ослепленный яростью, не раздумывая, прыгнул следом, с мясом выдрав оконную раму остатками бронированных плеч. Куски дерева и битого стекла посыпались следом за нами.

Еще в полете я засек, как из тени фундамента серой молнией рванул Барсик. Огромный лев с ходу набросился на приземлившуюся костяную глыбу, подмяв магистра под себя. Мощные клыки с противным скрежетом сомкнулись на плече врага, но костяной доспех магистра выдержал этот страшный удар, отделавшись лишь сетью мелких царапин. Тогда Барсик пустил в ход задние лапы с выпущенными когтями, пытаясь вспороть стыки пластин на животе, словно консервную банку. Некромант яростно отмахнулся, тяжелым бронированным кулаком отшвырнув льва в сторону.

В этот же момент сверху раздался сдавленный вой. Из того же разбитого окна второго этажа прямо на голову поднимающемуся магистру рухнули два моих волка-мертвяка. Видимо, в запале драки в коридоре они просто вывалились в пролом. Туши тяжело врезались в костяной шлем врага, сбивая его обратно на колени и на секунду лишая ориентации. Волки тут же вцепились в забрало, бешено работая челюстями.

Настала моя очередь. Я жестко приземлился на обе ноги и активировал свой новый браслет, открывая шлюзы для пятисот единиц свежей энергии.

— Посмотрим, чья сборка крепче.

Чакры артефакта мгновенно пришли в движение. Материализовался костяной доспех. Я почувствовал, как чужая, морозная мощь обволакивает меня, формируя защитный контур.

Я прыгнул на магистра до того, как он успел полностью восстановить равновесие и скинуть с себя грызущихся волков. В правой руке я уже сжимал обнаженный клинок рода Гордов. Меч радостно откликнулся на влитые в него морты, лезвие налилось тусклым фиолетовым свечением.

Магистр с ревом отшвырнул волков, разорвав одного из них пополам, и вскинул руку, чтобы блокировать мой выпад. Мой клинок со звоном обрушился на его наруч. Искры брызнули во все стороны. Сталь Гордов не подвела — она прорубила первую пластину, оставив глубокую борозду и заставив врага пошатнуться.

Первым же сокрушительным ударом костяного кулака свободной левой руки я вмял его нагрудную пластину внутрь, заставляя структуру чужого доспеха пойти глубокими трещинами. Магистр хрипнул, попытался выбросить встречный свистящий хук, целясь мне в голову, но мой собственный костяной доспех без труда принял удар — меня лишь слегка качнуло. Но я уже вошел в тактический раж. Второй короткий удар рукоятью меча в челюсть расколол его шлем, открывая уязвимую шею. А третьим, нанесенным сверху вниз со всей доступной теперь дурью, я окончательно разнес его хваленую броню на мелкие осколки, вогнав клинок прямо под ключицу.

Доспех магистра развеялся серой пылью, а сам он кулем повалился на истоптанную траву двора, затихнув навсегда. Аура на некросканере потухла. Остался лишь пустой, выпотрошенный сосуд.

Я деактивировал свой доспех, слушая, как кости послушно втягиваются обратно в браслет. Подошел ближе, брезгливо повернул носком сапога останки поверженного противника и недовольно произнес:

— Надеюсь, у него в закромах остались ещё браслеты. А то выйдет, что зря мы всю эту суету затеяли.

* * *

Ферма Горда, Большое Луговье

Кира с легкой улыбкой наблюдала, как Фрол с остервенением уплетает яичницу с толстыми шкварками. Бывший послушник Ордена Нежизни работал ложкой с такой скоростью, словно боялся, что еда в любой момент может ожить и сбежать с тарелки, или что сейчас в кухню войдет суровый настоятель и отберет порцию за какие-нибудь прегрешения. Кира улыбнулась шире, с удивлением осознавая, что воспринимает эту мысль даже с веселостью. До того как Артур явился на свою ферму, Кире на пару с Педро было здесь невыносимо скучно. Дни тянулись однообразно: уборка, готовка, подсчет скудных запасов и вечный страх перед дикой нежитью. А теперь каждый день — сплошные события: то огромного льва приведет господин Артур, то адепта из жуткого Ордена велит заставить чистить курятники. Жить стало хлопотно, но невероятно интересно.

Покончив с завтраком, парень аккуратно, почти с благоговением вытер рот рукавом, бросил тоскливый взгляд на пустую сковородку, словно раздумывая, не вымакать ли остатки хлебом, и восхищённо произнёс: — Как же вы вкусно готовите, госпожа Кира! Я никогда в жизни ничего подобного не ел. Нас в Ордене почти не кормили. Говорили, что голод очищает дух от скверны плотских желаний и приближает к пониманию смерти.

— Ой, прекрати, — смутилась Кира, забирая пустую тарелку и отправляя её в бадью для мытья. Девушке была приятна такая искренняя похвала, пусть и от этого забитого некроманта-недоучки, который поначалу шарахался от каждого шороха. — Обычная яичница. Главное — жарить на хорошем сале, а не на тех опилках, что вам там давали. Кушай на