Фантастика 2024-78 - Андрей Коткин

Тарван. Они готовы заплатить сборы и ехать в любой момент, чтобы стать первыми, но череда смертей на вашей стороне ставит использование дороги под большим вопросом. Нам нужна уверенность в безопасности дороги, чтобы продолжать переговоры, иначе они станут бессмысленными.

Беспокойство графини было понятно, но…

— Боюсь, таких гарантий вам никто не даст, госпожа графиня. Это всё-таки достаточно длинная дорога, и на ней может случиться что угодно. Могут быть и отравления продуктами, и несчастные случаи, и внезапные болезни, но это может случиться и при любом другом путешествии. Кроме того, на этой дороге у очень многих может возникнуть желание посмотреть — что же находится за пределами разведанных границ, и с такими людьми может случиться что угодно. У нас перевозками занимаются солдаты, и я пока не слышал, что они внезапно заболели или нашли тела других солдат, умерших на дороге. И вы ничего не сказали, что у вас болеют или умирают торговцы. Пока вспышка смертей была только в нашем лагере, но с этим, надеюсь, госпожа Кенри разберётся.

Женщина слушала внимательно, задумалась.

— А как вы смотрите на то, чтобы проводить нашу делегацию и торговцев через земли, а потом и до какого-нибудь вашего крупного города? Если доберёмся живыми, то это будет хорошим доводом продолжать переговоры.

Я даже удивился такому удобному поводу слинять из земель.

— С моей стороны возражений не будет, но я человек подневольный, и вам нужно разговаривать об этом с госпожой Кенри. И у меня будет одно условие — поедут только мой отряд, ваша делегация и ваши торговцы. Наверняка с нами захотят поехать и наши переговорщики, но этого я не хочу. Они могут ехать раньше нас, позже нас, но не с нами.

— Почему?

— Ну… я привык придерживаться своей скорости, езжу не очень быстро, и мне совершенно не хочется ругаться из-за того когда мне вставать, сколько ехать и где останавливаться.

— И моё мнение вас тоже не будет интересовать?

— Как я понял, в первую очередь вас интересует безопасность, а в таком деле торопливость может плохо кончиться. Так что поедем мы не спеша, внимательно поглядывая по сторонам и проверяя каждый подозрительный кустик или камень.

— И сколько мы так будем ехать?

— Ну… — я невольно поднял глаза к небу, прикидывая путь — Примерно десять дней до границы земель с Тарваном. Потом дней семь до ближайшего крупного города. Раньше я ездил через Марнун, но можно выбрать и другой город. Во всяком случае, к Марнуну как раз подходит дорога от границы с Астерией, а дальше будет хорошая дорога до самого Сенатона. Я на своей повозке проезжал это расстояние примерно за три недели, а если брать дилижанс, то можно и за десять дней. Так что вся дорога займёт месяца полтора — два. Но вам ведь надо составить своё представление о стране, а возможных путях для торговцев, так что задержку никто не поставит вам в вину.

— Когда вы сможете выехать?

— Сразу после приказа госпожи Кенри. Вернее, после приказа мы начнём собираться, а на следующий день с утра и поедем.

Женщина кивнула.

— Хорошо, я поговорю с Кенри. Но мне всё равно придётся сообщить о своём отъезде и вашим переговорщикам, и почти наверняка они захотят ехать со мной. Как мне объяснять — почему вы не хотите брать их?

Рука невольно потянулась к затылку.

— Об этом надо посоветоваться с Кенри. Может она захочет, чтобы мы ехали вместе, а может и сама захочет ехать с нами, но своё условие я уже сказал. Если Кенри его не примет, то я просто не поеду.

К моему огромному удивлению, мой план сбежать из земель Кенри очень понравился, и она даже сразу объяснила почему.

— Это же великолепно! Ты собираешь своих людей, посольство Ренарда, их торговцев, то есть всех, кто на дороге уже давно, и уезжаешь. Если вы доберётесь до наших земель, то это будет явным доказательством, что дорога безопасна, и по ней можно ездить, если не лезть куда не надо. Ну а я всех остальных задерживаю дней на пять под предлогом карантина. Если будут ещё смерти, то ещё дней на пять. Кстати, двоих подозрительных уже выявили. Может излишне любопытствующие, излишне общительные, но они теперь под подозрением, и их можно допросить. Я оставлю часть людей в качестве таможенного поста, а с остальными поедем вслед за вами очень-очень медленно. Я уже знаю скорость, с которой ты обычно ездишь, так что постараюсь ехать так, чтобы не догнать тебя. И объяснение будет удобным — осторожничаем, чтобы хотя бы остальных людей довести живыми. И вот тогда те, у кого совесть нечиста, и у кого есть приказ задержать или уничтожить тебя и посольство, начнут нервничать, постараются уехать вперёд, догнать тебя. Я приму меры и всех, кто попытается сбежать, будем уничтожать. И ты имей в виду — если вас всё-таки догонит кто-то из моей колонны, можешь сразу уничтожить его без всякой жалости. Это однозначно враг, и всю ответственность за смерть таких людей я беру на себя.

Следующее. На выходе из земель сейчас должны разместиться примерно пятьсот человек. Они военные, должны подчиниться мне, но я не знаю, какие приказы им мог отдать герцог. Поэтому проезжаешь мимо их лагеря не задерживаясь, а если кто попытается ехать вместе с вами, задержать, то этих тоже уничтожай без всякой жалости. Можешь даже свою комету использовать.

— А не слишком ли кроваво получится?

— Кроваво? — Удивилась Кенри — Кто-то явно захотел закрыть дорогу через земли, и этот кто-то не обращает внимание на смерть людей. Так что вопрос в другом — если доедешь до Сенатона и сохранишь делегацию Ренарда, это докажет, что дорога безопасна. Тогда все смерти можно будет объяснить бандитами, интригами, заговором против короля, но дорога будет, и ей начнут активно пользоваться. Ты ведь не против этого?

Я невольно хмыкнул.

— Не против.

— Значит объедешь лагерь военных, всех, кто захочет помешать тебе под любым предлогом, сразу уничтожаешь. Потом поедешь… -я было открыл рот, но Кенри остановила меня — Не говори, не хочу знать. Езжай любой дорогой, которую посчитаешь безопасной.

— Неужели всё так плохо? –вздохнул я.

— Не знаю, –помрачнела Кенри –но если герцог, доверенное лицо короля, приехавший договариваться о дороге, в открытую требовал от тебя закрыть эту самую дорогу, а его люди начали убивать, чтобы посеять панику, то