Восхождение Морна. Том 2 - Сергей Леонидович Орлов

Марек работал рядом, и его печать на плече разгорелась бронзовым светом. Магия усиления — каждый его удар отбрасывал противников на несколько шагов, а один раз я видел, как он разрубил чужой клинок вместе с рукой, которая его держала.

Феликс держался позади, как договаривались. Огонь срывался с его ладоней короткими точными выбросами: вспыхнула чья-то куртка, ослеплённый мужик заорал и схватился за лицо, другой отпрыгнул от огненного шара и напоролся на меч Марека. Братец работал чисто, без лишних эмоций, и я даже немного удивился. Ожидал, что он начнёт выделываться или полезет в ближний бой доказывать, какой он крутой. Не полез. Может, и правда не идиот.

Сизый держался рядом со мной, как я и велел. Булава свистела в воздухе, и голубь не фехтовал — он месил. Ломал руки, рёбра, черепа. Лицо забрызгано кровью, перья слиплись от чужой и своей, но в глазах не было ничего, кроме холодной сосредоточенности. Три года он ждал этого момента, и теперь выдавал всё накопленное.

— Маг! — крикнула Мира откуда-то справа.

Я повернул голову и увидел мужика у дальней стены. Высокий, жилистый, с татуировкой, которая светилась коричневым от локтя до плеча. Земляная магия. Он ударил ладонью в пол, и каменные шипы полезли из-под досок прямо на нас.

Дерьмо.

Я рванулся вбок, Сизый прыгнул в другую сторону, и шипы прошли между нами, разодрав половицы в щепки. Один из наших противников не успел убраться и получил каменный кол в бедро. Заорал так, что у меня заложило уши.

Мира добралась до мага раньше, чем тот успел повторить фокус. Она выскочила из тени за его спиной, и когти вошли ему в шею сбоку. Маг дёрнулся и упал, а земляные шипы рассыпались в пыль.

Один готов, подумал я. Сколько ещё?

Ответ пришёл почти сразу. Второй маг выскочил из боковой двери, и от него пахнуло холодом даже на расстоянии. Ледяная магия. Татуировка на его руке светилась белым с голубым отливом, и воздух вокруг него покрылся изморозью.

Феликс среагировал мгновенно. Огненный шар полетел в ледяного мага, тот ответил волной холода, и посреди амбара образовалось облако пара. Горячее и холодное столкнулись, нейтрализовали друг друга, и оба мага начали кружить, обмениваясь ударами. Феликс пятился, не давая противнику сократить дистанцию, и огонь с его ладоней становился всё ярче.

Справляется, отметил я краем сознания и вернулся к своим проблемам, потому что проблем хватало.

Передо мной оказались двое. Один с мечом, другой с дубиной. Тот, что с мечом, хромал на правую ногу — старая травма или свежая, не важно. Туда и бить.

Я сделал ложный выпад влево, заставив того, что с дубиной, дёрнуться на перехват, и тут же ушёл вправо, под хромого. Меч скользнул мимо моего плеча, а мой клинок вошёл ему в колено больной ноги. Хромой взвыл и рухнул, а я уже разворачивался к его напарнику. Тот замахнулся дубиной, но слишком широко, слишком медленно. Я поднырнул под удар и ткнул его в подмышку, туда, где кольчуга не защищала.

Дубина выпала из ослабевших пальцев, и мужик посмотрел на меня с удивлением. Будто не мог понять, как это семнадцатилетний пацан только что его убил. Я не стал объяснять, просто вытащил меч и пошёл дальше.

Марек рычал где-то слева, и по звукам было понятно, что у него всё в порядке. Звон стали, хруст костей, чьи-то крики. Обычный рабочий процесс для капитана гвардии.

Мира появилась у меня за спиной так внезапно, что я чуть не ударил её рефлекторно.

— Третий маг, — сказала она. — Усиление. Пошёл на твоего капитана.

Я глянул в ту сторону и увидел.

Здоровый мужик, на голову выше Марека и вдвое шире в плечах. Татуировка светилась бронзовым, почти как у капитана, и он шёл прямо на него, расталкивая своих же людей. Маг против мага, усиление против усиления.

Марек встретил его на полпути. Мечи столкнулись с таким звоном, что зазвенело в ушах, и оба качнулись от удара. Противник был сильнее, это было видно сразу. Моложе, свежее, с бо́льшим резервом. Но Марек был опытнее. Он не пытался переломить противника грубой силой, вместо этого уходил, кружил, заставлял того тратить энергию на промахи.

Помочь ему я не мог — вокруг ещё оставались враги, и Сизый уже отбивался сразу от троих. Я рванул к нему, срубил одного со спины и встал рядом, плечом к плечу.

— Справа, — бросил голубь.

Я ударил вправо, не глядя, и попал во что-то мягкое. Крик, падение тела. Сизый добил кого-то слева, и на секунду вокруг нас образовалась пустота.

Феликс закончил с ледяным магом. Я не видел как именно, но когда обернулся, братец стоял над телом и тяжело дышал. Рукав камзола обгорел, на щеке была копоть, но он был цел. Ледяной маг лежал у его ног с дырой в груди, прожжённой насквозь.

Молодец, подумал я. Не ожидал.

Марек всё ещё кружил со своим противником. Они обменялись ещё несколькими ударами, и я видел, как капитан устаёт. Печать на его плече мерцала, теряя яркость — резерв заканчивался. Ещё минута, и он окажется без магии против мага на пике силы.

Мира метнулась к ним, но её перехватили двое, выскочивших из-за ящиков. Она закружилась между ними, и я знал, что через пару секунд они будут мертвы, но этих секунд у Марека не было.

Противник почувствовал слабость и ринулся вперёд, вкладывая всю силу в удар. Меч пошёл сверху вниз, и Марек поставил блок, но его отбросило назад, ноги заскользили по залитому кровью полу.

Сейчас добьёт, подумал я.

Но Марек не был капитаном гвардии двадцать лет за красивые глаза. Вместо того чтобы отступать дальше, он упал на спину, пропуская следующий удар над собой, и рубанул противника по ногам. Клинок врезался в колено, и здоровяк рухнул как подкошенный. Марек перекатился, вскочил и добил его, пока тот пытался подняться.

Вокруг становилось тише. Крики стихали, звон стали слышался всё реже. Я огляделся и понял, что живых врагов почти не осталось. Несколько человек ещё ползли к выходам, пытаясь сбежать, но Мира догоняла их одного за другим, и каждый раз за ней оставался очередной труп.

— Феликс, дверь! — крикнул я.

Братец понял с полуслова. Огненная стена выросла в дверном проёме, отрезая путь к отступлению. Двое, которые почти добрались до выхода, шарахнулись назад и напоролись на Сизого. Булава хрустнула дважды, и всё закончилось.

Я