Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 12 ФИНАЛ - Оливер Ло

чистыми от поиска, подобного моему. Любой чувствительный к скверне путник, войдя в город, расслаблялся, решив, что угрозы нет. Идеальная маскировка, при которой демоническое присутствие концентрировалось в нескольких ключевых узлах, а остальной город жил обычной жизнью, ничего не подозревая.

— Цель визита? — стражник передо мной, коренастый мужчина лет сорока с аккуратно подстриженной бородой, смотрел прямо и деловито.

— Ищем работу, — я кивнул на наши дорожные мешки. — Прибыли с запада, слышали, что тут хватает заказов для умелых рук.

— Ремесло?

— Наёмники, — ответил я ровно. — Охрана караванов, зачистка территорий, сопровождение. Всего понемногу, за что платят хорошо и соответственно угрозе.

Стражник окинул нас взглядом, задержавшись на ножнах мечей, и перевёл глаза на Тень, который сидел рядом со мной, склонив набок все три головы в подобие спокойного ожидания. Центральная морда чуть приоткрыла пасть, выпуская язык, и пёс стал похож на огромную, слегка утомлённую собаку, прикидывался домашним, чертяка.

— Зверь ваш?

— Мой. Ручной, обученный, команды выполняет.

Стражник хмыкнул, сделал пометку в журнале, и его напарник бегло осмотрел содержимое наших мешков, не обнаружив ожидаемо ничего подозрительного, помимо стандартного набора путешественников: сменная одежда, сухпаёк, медикаменты, точильные камни, верёвка.

— Добро пожаловать в Таэлор, — стражник махнул рукой, пропуская нас вперёд. — Он же Узел Стальных Ветров. Гостевые лицензии на ношение оружия действуют семь дней. Продление в городской управе, второй квартал от центральной площади. Грабежи, убийства и применение боевой магии в черте города караются казнью. Приятного пребывания.

Мы прошли под тяжёлой аркой внутренних ворот и вступили в город.

Таэлор оправдывал звание столицы региона. Широкая центральная улица, вымощенная серым гранитом, тянулась от ворот к видневшейся вдалеке площади. По обеим сторонам стояли каменные здания в два-три этажа с застеклёнными окнами и вывесками, перечислявшими ремёсла и товары. Лавки ткачей соседствовали с мастерскими оружейников, пекарни чередовались с аптекарскими лавками, и между ними попадались конторы менял с маленькими, зарешёченными окошками.

Улицы содержались в порядке. Водосточные канавы по краям мостовой исправно отводили воду, мусор убирали регулярно, а фасады зданий подновляли свежей штукатуркой. Прохожие двигались неспешно, занятые повседневными делами: женщины с корзинами направлялись на рынок, мужчины тащили тюки к складам, подмастерья сновали между мастерскими, выполняя поручения хозяев. Лица спокойные, упитанные, без той затравленной настороженности, которую я привык видеть в деревнях, отравленных демоническим влиянием.

Леон вертел головой, впитывая детали, и когда мы миновали ювелирную лавку, в витрине которой поблёскивали изделия с вкраплениями мелких артефактных камней, заметил вполголоса:

— Богатый город.

— Богатый и сытый, — подтвердил я. — В подобном мире это и настораживает.

Мы прошлись по главным улицам, срезая маршрут через переулки и проходные дворы, запоминая планировку. Город строился кольцами: внешнее, жилое, примыкало к стенам. Среднее, торговое, занимали лавки, мастерские и склады. Внутреннее, административное, группировалось вокруг центральной площади, где стояла резиденция Владетеля — массивное строение из тёмного, почти чёрного камня, окружённое собственной внутренней стеной высотой в три человеческих роста.

У ворот резиденции дежурили гвардейцы в латах с гербом, стилизованным вихрем внутри щита, сжимая тяжёлые алебарды и поблёскивая магическими наручами на запястьях. Элитная охрана, на голову превосходящая рядовых стражников на внешних воротах.

Я отметил расположение казарм городской стражи, зданий гильдий, складских районов и портового квартала, спускавшегося к реке в юго-восточной части города. Каждый крупный перекрёсток контролировался парным патрулём, а магические фонари на столбах поддерживались в рабочем состоянии, и даже в узких переулках оставалось достаточно света.

Кто бы ни управлял этим городом, он знал своё дело, или хотел, чтобы так казалось.

Трактир я выбрал на стыке торгового и жилого колец, в квартале, населённом ремесленниками среднего достатка. Двухэтажное здание из серого камня с деревянной пристройкой, вывеской «Три Пера» и небольшим внутренним двором, где стояла коновязь и корыто для водопоя.

Заведение занимало золотую середину: достаточно приличное, чтобы не ночевать на клопиных матрасах, и достаточно скромное, чтобы не привлекать внимания богатой клиентурой. В таких местах останавливались торговцы средней руки, странствующие ремесленники, курьеры торговых гильдий, все те, кому нужна чистая постель и горячая еда без лишних вопросов.

Трактирщик, сухопарый мужчина с длинным носом и цепким взглядом торговца, привычного считать каждую монету, встретил нас за стойкой, вытирая кружку полотенцем.

— Комната на двоих, несколько дней, — сказал я, выкладывая на стойку серебро. — Оплата вперёд. Зверь со мной, чистоплотный и спокойный, если не провоцировать.

Трактирщик посмотрел на Тень, который ввалился в дверной проём, протиснув все три головы по очереди и незаметно заполнив собой половину прихожей. Мужчина моргнул, прикинул размер оставленной суммы и, видимо, решил, что серебро перевешивает опасения.

— Вторая комната слева по коридору, наверху, — он сгрёб монеты со стойки. — Завтрак входит в стоимость. Ужин за отдельную плату. Если зверь нагадит, доплачиваете за уборку.

— Договорились.

Комната оказалась чистой и простой: две койки у противоположных стен, стол, стул, ставни на окне, выходящем во двор, и медный умывальник в углу. Я бросил мешок на ближнюю койку, проверил запоры на окне, осмотрел стены, пол, потолок. Стандартная процедура, въевшаяся в привычку за столетия ночёвок в незнакомых местах. Скрытых ниш, подслушивающих артефактов и ловушек я ожидал, но ничего подобного не обнаружил.

Тень забрался в угол между койкой и стеной, свернулся клубком, насколько позволяли его размеры, и все три головы одновременно опустились на передние лапы. Центральные янтарные глаза закрылись первыми, боковые продержались ещё секунд десять и тоже сомкнулись. Пёс заслужил отдых. Недели непрерывных переходов по территории, кишащей магическими аномалиями и мутировавшей фауной, измотали даже его.

Леон сел на край койки, расстёгивая ремни перевязи Ледяного Жала, и аккуратно положил катану рядом.

— Что дальше? — спросил он.

— Дальше мы приводим себя в порядок, — я провёл ладонью по подбородку, заросшему жёсткой щетиной. — В этом виде мы годимся разве что для пугания ворон на огородах.

Первый день в столице ушёл на восстановление. Мы нашли портного в соседнем квартале, заказав простую, добротную одежду из плотного льна и мягкой кожи: рубахи, куртки, штаны, сапоги на толстой подошве. Одежда, которая позволяла сойти за наёмников с хорошим послужным списком, зарабатывающих прилично, но не кичащихся этим. Портной, привычный к подобным заказам, подогнал всё за пару часов, пока мы ждали в его мастерской, листая старые каталоги фасонов.

Цирюльника Леон нашёл через два дома от портного. Низенький старик с трясущимися руками, которые, впрочем, замирали намертво, стоило ему взяться за бритву. Я избавился от недельной щетины, привёл