ЭнергоМорф I. Неофит Ци. - Максим Балашов

избранный всегда очень чётко это ощущает. Но так как твоё последнее время было предельно насыщено всякого рода негативом и жалким существованием, ты всё это благополучно просрал… вернее, проссал, — Вед снова разразился своим обидным, громким смехом.

— А что же ты меня не предупредил, древний ирод? — вырвалось у Сергея с внезапной злостью, пересилившей страх. — Мог же сказать при прошлой встрече, что мне угрожает смертельная опасность! Я бы может, как-нибудь подготовился… — Не успев договорить, Сергей тут же почувствовал знакомый болезненный укол в области затылка, от которого потемнело в глазах.

— Я тебя уже предупреждал насчёт оскорблений и перебиваний, — ледяным тоном произнёс Вед. — Но, пожалуй, отвечу на твой идиотский вопрос. Потому что я очень рассчитывал, что тебя по-быстрому и бесшумно замочат где-нибудь в подворотне ещё до начала турнира, и мне дадут нового, более перспективного претендента, желательно с таким же набором навыков. Если говорить проще, то ты — кусок дерьма, из которого мне теперь придётся лепить конфетку. А заниматься этой грязной работой мне абсолютно некогда и неохота. Насчёт «подготовился»… Аха-ха-ха! — его смех прозвучал язвительно. — Что бы ты сделал? Марафон пробежал на полсотни километров? Или записался бы на каратэ за два дня до конца света? Получив такую информацию, ты скорее всего просто вскрыл бы себе вены в том самом сортире. И знаешь что? Всё в принципе шло по моему плану — ты уже почти благополучно скопытился, но, видимо, у самого Равновесия на твою жалкую персону другие, куда более забавные планы.

После сказанных слов Вед на несколько секунд погрузился в раздумья, его взгляд стал отстранённым, будто он листал невидимые страницы истории, а затем снова обратился к Сергею:

— На вашу, скажем так, головокружительную неудачу, мир, с которым вам предстоит сражаться, выиграл чертовски много подобных турниров. Их героев готовят, как отборный скот, с самого младенчества в специальных храмах, посвящённых местным божествам. Там они проходят жестокую инициацию, после чего лишь лучшие из лучших могут быть призваны сражаться и умирать за свою драгоценную империю. А ваш же мирок… — он язвительно усмехнулся, — все более-менее значимые божества покинули давным-давно, после того как двадцать пять тысяч лет назад, после сокрушительного проигрыша, здесь было вырезано девяносто девять процентов населения и выкачано всё, что представляло хоть какую-то ценность. Основной пантеон просто махнул рукой, посчитав, что нечего делать на конченой, бесперспективной планете. Но люди, надо отдать должное, живучи, как тараканы, и плодовиты, как кролики. Вы потихоньку отстроились и расплодились заново. На защите мира осталась лишь горстка самых упрямых и могущественных сущностей. Я тебе больше скажу — они даже умудрились несколько раз выиграть, отсрочив окончательную гибель вашей цивилизации. А после того как вновь расплодившееся человечество возгордилось и променяло истинных богов на придуманных, удобных идолов, чтобы новые ушлые правители могли легче управлять стадом, последние великие покинули ваш мир, предоставив ему догнивать в одиночестве. И вот, по иронии судьбы, вы снова включены в турнир, как «потенциально подходящий» по формальным критериям мир. На вашу беду, на планете никто героев целенаправленно не готовил, и выбирались они в абсолютно случайном порядке. Вы, трое несчастных, получили лишь одну-единственную привилегию — попасть ко мне, своему наставнику, и получить от меня какой-никакой полезный навык, который, возможно, поможет вам не сдохнуть в первой же минуте спарринга.

— Но я не получал никаких навыков! — отчаянно воскликнул Сергей. — И правила у этого вонючего турнира, на мой взгляд, ну совсем нечестные! Вот прям носом чую, как от них несёт перегаром и дерьмом! — он не смог сдержать протеста.

— Ещё как получал, бездарь, только твоё тупое сознание пока это не осознаёт! — огрызнулся Вед. — Да начнём хотя бы с того, как ты ловко, с одного взгляда, запомнил текст того договора и смог его проанализировать. И да, твои догадки были верны — за это отвечает твой новый навык, «Обучаемость», и это лишь её начальная, примитивная стадия. Дальше — больше: ты сможешь производить сложнейшие расчёты в уме, анализировать десятки переменных одновременно и приходить к верным выводам быстрее, чем твой жалкий мозг успеет моргнуть. А самое главное, раз увидев или услышав что-либо — будь то сложнейшая формула или боевое движение — ты сможешь воспроизвести это с идеальной точностью. Правда, все эти крутые фишки напрочь убиваются твоим врождённым кретинизмом и природной тупостью. С физическими навыками, конечно, сложнее — тут нужно прокачивать саму душу, чтобы она научилась виртуозно оперировать своим телом, но это, в общем-то, пустяки. И ты опять меня перебил, пёс невоспитанный, и не дал рассказать до конца о правилах этого «вонючего» турнира!

Он сделал паузу, собираясь с мыслями, и продолжил уже более размеренно:

— Итак, после первых поединков неофитов, на одном из которых твоё бренное тело в данный момент и застряло, состоятся ещё по две такие же встречи. Затем — по три дуэли между подмастерьями. По прошествии восемнадцати месяцев стороны меняются ролями, и тогда уже вы, как испытующие, будете штурмовать представителей Мелмака. Далее — перерыв, который продлится три года. После — раз в полгода пройдут по два поединка между мастерами, с каждой стороны будет отобрано по паре бойцов, снова смена сторон, перерыв два года. И в самом конце — поединки между магистрами и грандмагистрами, раз в год, по одному представителю от каждого мира. Как правило, эти бои самые серьёзные и зрелищные, и проходят они уже между разумными существами более высокого порядка, так что они не смертельные — лишь приносят очки командам. Нерационально так просто разбрасываться столь ценными индивидами. Герою стоит только дорасти до звания магистра, и он перестаёт быть пушечным мясом.

Вдруг Вед замолчал, и на его лице появилась ядовитая, знающая ухмылка.

— А знаешь, что в этой всей истории самое интересное?

Сергей молча, с растущим ужасом, отрицательно покачал головой.

— Когда побеждает испытуемый, — продолжил Вед, и в его голосе зазвучали зловещие нотки, — он получает право ещё двое суток находиться на территории врага. А вы для него — определённо враги. И он волен делать там всё, что ему вздумается. Исторически так сложилось, что поединки назначаются в местах с наибольшей концентрацией отрицательных эмоций — на территориях воюющих, голодающих или вымирающих от болезней государств. Последний вариант — самый лакомый кусок для победителя, ведь в зоне боевых действий ещё может прилететь случайный снаряд. Как думаешь, что обычно происходит в