Возвращение Красной Звезды - Алексей Викторович Вязовский

будет, если та же ушлая Нэнси Рейган опередит Розалин с Орлеаном. Кажется, эта же мысль приходит в голову и ей. А нам явно пора закругляться. И так уже лишние десять минут пробыли в Белом Доме. И это нарушение протокола. Вон и помощница с тонким намеком посматривает на часы. Сейчас решу еще один вопрос и в отель.

— Госпожа Розалин, а это правда, что в президентский совет по здоровью входит знаменитая Джеки Соренсен?

— Да… — удивленно смотрит она на меня — а что ты хотел?

— Мечтаю встретиться с ней. Нас очень заинтересовала аэробика, и мы хотели бы пообщаться с ее основателем. Вас не затруднит составить нам протекцию?

— Конечно нет! Аэробика — это прекрасный вид спорта. Я сама позвоню Джеки, и вы сможете увидеться с ней в Нью-Йорке.

От души благодарю Первую леди и извиняюсь, что своей просьбой задержал ее. Начинаем прощаться. Обещаю обязательно заглянуть в антракте в VIP ложу, чтобы узнать понравилось ли Эми наше шоу. Конечно, она уже видела по телевизору мой выезд на мотоцикле и полет над сценой, но вживую это производит совсем другое впечатление, и девочке уже не терпится попасть на наш концерт.

— А еще ты так и не познакомила меня со своим замечательным котом — смеюсь я.

— О, его зовут мистер Мисти Маларки! — оглядывается Эми в поисках питомца. Но умный кот давно уже смылся отсюда, не дожидаясь, пока его начнут снова тискать.

— Тогда в следующий раз? — спрашиваю я

Эми радостно кивает. Ага… как будто кто-нибудь снова пригласит меня сюда! Это теперь случится, если только Магнус чудом победит на выборах. Что вряд ли…

За девочкой приходит чернокожая няня и уводит ее. Розалин тепло прощается с нами в холле и еще раз обещает позвонить Джеки Соренсен и Джейку, чтобы выразить свою поддержку и восхищение его талантом.

— Уфф… — выдыхает Григорий Давыдович, выходя на улицу — даже не верится, что все так хорошо закончилось.

— А вы боялись, что я буду плохо себя вести? — подначиваю я директора — Руки о шторы вытирать и в рукав сморкаться?

— Да, от тебя всего можно ожидать! — смеется он.

— Нет, ты, Виктор правда, молодец! — хвалит меня Дюжев — Держался достойно.

Эх, я бы сейчас с удовольствием прогулялся немного по территории резиденции, но к нам уже подруливает посольский лимузин. О прогулке не может быть и речи. Мы выезжаем за ворота, и нам наперерез бросаются журналисты.

— Виктор, Виктор! Расскажите о вашей встрече с Первой леди!

— Выходим! — нахально командую я своей охране — надо пообщаться с прессой. А с вами Анатолий Михайлович, прощаюсь до завтра. Надеюсь увидеть вас на нашем концерте и VIP вечеринке после него. Там будут интересные люди.

— Не пропущу такой возможности! — обещает атташе — А сейчас хочу лично увидеть, как ты охмуряешь эту журналистскую братию. Интервью твои я, конечно, видел по телевизору, но вживую тоже хочется посмотреть.

Угу… посмотреть ему хочется. Да, просто Дюжев боится, как бы я чего не ляпнул лишнего своим длинным языком. А то ведь за это можно и выговор из Москвы схлопотать.

— Ну, пойдемте… — вздыхаю я — расскажем прессе, как чудесно провели время в гостях у Первой леди…

* * *

В следующий раз наша встреча с Розалин и Эми произошла уже на концерте. В антракте я быстренько принял душ и, попросив чуть задержать второе отделение шоу — буквально минут на пять — отправился в VIP ложу, чтобы в последний раз увидеться с Картерами. Конечно, с большим удовольствием я бы отдохнул и повалялся несколько лишних минут на диване в гримерке, но… Розалин точно не придет фуршет после концерта, а мне очень хотелось узнать, удалось ли ей поговорить сегодня с Джейком.

У входа в VIP ложу стоят несколько парней с каменными лицами — из нашей охраны и из Секретной службы, приехавшие с Первой леди. И те, и другие делают вид, что в упор не замечают друг друга. Смешно… Зато внутри ложи довольно оживленно — мои почетные гости непринужденно общаются друг с другом и посмеиваются, наблюдая за жарким спором сыновей сенатора Байдена — десятилетним Бо и девятилетним Хантером. Судя по всему, спор у них идет о моем новом байке. Симпатичные, кстати, мальчишки и очень похожи на своего отца.

А вот Магнус пришел один — без детей и без своей сушеной воблы. Надо так понимать, что Маргарет не одобряет наше с Уорреном общение, а в подробности этого муж ее не посветил. А может, она просто ревнует своего ненаглядного Уоррена к нашим красавицам — звездочкам.

— Виктор! — мое появление первой замечает Эми и радостно сообщает — А мама разрешила мне повесить твой плакат в спальне, и теперь я каждый вечер буду желать тебе спокойной ночи.

— Спасибо. Но только делать это лучше в обед! –умиляюсь я детской непосредственности

— Почему?

— В Москве 8-ми часовая разница с Вашингтоном. Когда у вас три часа дня, у нас как раз одиннадцать вечера.

— Хорошо, я учту — с самым серьезным видом отвечает мне принцесса.

Дальше начинаются взаимные приветствия, я вежливо благодарю VIP гостей за их комплименты — со стороны детей они уж точно искренние. Впрочем, и взрослые гости выглядят довольными увиденным шоу.

Поскольку со всеми, кроме Розалин, я смогу пообщаться и на фуршете после концерта, присаживаюсь рядом с ней. Умная женщина понимающе улыбается, читая меня, как открытую книгу

— Хочешь спросить про Джейка? Я и сама собиралась тебе завтра позвонить.

— Завтра я уже буду в Бостоне. Там навалятся новые дела, и меня трудно будет застать в отеле.

— Тогда скажу, что очень благодарна тебе за знакомство с Джейком Годеном. Парнишка просто замечательный!

— А я тоже с Джейком разговаривала! — радостно встревает в наш разговор Эми — И он очень обрадовался, что его плакат теперь украшает мою спальню в Белом Доме.

— Это большая честь для него — одобрительно киваю я

— Он так мне и сказал! Жалко только, что я не могу увидеть его, вряд ли он приедет в Вашингтон.

Мы с Розалин переглядываемся, понимая, что видеть Джейка в таком состоянии Эми точно не стоит.

— Ну,…ты ведь всегда можешь позвонить ему, правда, детка? — мягко спросила Розалин и тут же ловко перевела