Коттабыч и нашествие бесов - Алёна Васильева

— Давай так, — решилась я, — пойдём со мной, типа ты мне помогаешь вещи нести. И скажем библиотекарю, что ты тоже ищешь комнату. Я просто не знаю, нормально он воспримет твоё появление или нет, сама его сегодня в первый раз в жизни увидела. А если он ответит, что тебе тоже есть место, свои пожитки перетащишь завтра.

— Здорово! — Марыся просияла. — А твои вещи я и правда помогу нести.

— Да там нести-то, — махнула рукой я. — Только котика. Да его лоток, пожалуй, тоже прихвачу. И миски.

— А вот это? — хитро улыбнулась подруга по побегу, доставая из-под стола здоровенный куль.

— Что там? — удивилась я.

— Да гостинцы твои сегодняшние, я и не смотрела толком, торопилась, — девушка встряхнула увесистый свёрток. — То, что ты сегодня честно заработала.

— А как же Акимовна? — я даже расстроилась, — Она всё-таки обиделась и не стала ничего брать?

— Да вот ещё! — зло расхохоталась Марыся. — Она бы ещё как взяла, причем всё, да потом бы сетовала, что мало. Но я, видишь ли, подслушала ваш разговор, уж не обессудь. А я тётку знаю-то получше. Пришлось после твоего ухода уже мне с ней пообщаться и объяснить, где и в чём она неправа.

Я невольно заозиралась, высматривая брызги крови или орудия убийства.

— И… как прошел разговор? — очень хотелось услышать, что обошлось без рукоприкладства.

— Ну, я буду очень рада, если удастся перебраться отсюда хоть куда-нибудь уже сегодня, — не стала врать девушка.

Мы невесело посмеялись, собрали мои вещи и, крадучись, вышли в сгустившиеся сумерки. Слабо светилось окошко Акимовны, ночной воздух обжигал раскрасневшиеся лица, но тряслись мы обе скорее не от холода, а от собственной смелости и предвкушения новой, самостоятельной, жизни.

Подходящего поводка для кота мне раздобыть так и не удалось, но Марыся притащила из комнаты длинное узкое кружево, которое она сплела из толстых ниток болотного цвета, просто из любопытства — как такое будет смотреться. Выглядело странновато, но я решила, что с платьем из грубой льняной ткани того же оттенка такое было бы вполне уместно. Мастерица со мной согласилась. Вместе мы соорудили подобие шлейки с ремешком. Кот был далеко не в восторге, но, когда его вынесли на улицу, быстро притих, с опаской озираясь по сторонам.

На узких улочках тускло горели редкие фонари. Припозднившиеся прохожие засматривались на зверя и кивали нам, здороваясь. Волнение перед грядущими переменами вытеснило усталость, и мы оживленно переговаривались о нравах бабушек и их устаревших взглядах на жизнь. До библиотеки дотопали легко и незаметно.

Глава 12

Перед дверью маячил высокий темноволосый мужчина с тремя тубами подмышкой. Он был прилично одет и явно чувствовал себя уверенно, привычно дожидаясь, когда неспешный смотритель приковыляет к двери.

«Интересно, это как раз упыряка, или нет?» — подумала я, стараясь не пялиться на незнакомца слишком уж пристально. Никаких негативных ассоциаций мужчина пока не вызывал. В моем мире он легко сошел бы за какого-нибудь офисного работника с большими перспективами и полупустым карманом, а коллеги бы наверняка подтрунивали над ним из-за длинного, как говорят — «орлиного», носа.

— Какой эффектный мужчина! — шепнула мне Марыся и стрельнула глазками в сторону позднего искателя знаний.

— Ты чего, правда сюда перебираешься женихов искать? — пробурчала я и в первый раз подумала о том, что из-за разницы в возрасте у нас с подругой могут возникнуть проблемы в плане взаимопонимания.

Та насупилась, но ответить не успела. За дверью как раз зашуршали, открывая.

— О, да у меня сегодня просто день приёмов! — восхитился Фелбс, оглядывая всю нашу компанию.

— Я на минуточку, мастер Мордред, даже заходить не буду, — тихо сказал высокий посетитель. — Кажется нашёл то, что вы искали. Но, честно говоря, абсолютной уверенности нет. Вот, держите, — и он протянул тубы деду.

«Мордред». Странно, мне смотритель назвался Фелбсом. Хотя может быть это у него такой прикол — всем говорить разное имя? Или вообще он не совсем в своём уме, вот и присваивает себе имена героев старых историй. Наверно кто-то из бывших жителей моего мира рассказал или даже записал легенду о короле Артуре. А что, неплохой приработок — пересказывать чужие истории. Странно только, что дед не выбрал более положительного персонажа.

Тем временем мужчина, притащивший свитки, бесшумно растворился в сумерках, и старик обратил взгляд на нас.

— Пришла всё-таки, — покивал он. — И котика принесла. Это хорошо. А кто твоя подруга?

— Это Марыся. Она помогла мне донести вещи. Она тоже подыскивает комнату, и мы хотели спросить… м-м… не знаете ли вы чего-то поблизости.

— Я думаю, что на самом деле вы хотели спросить, нельзя ли вам поселиться тут вместе, — усмехнулся библиотекарь. — Мой ответ — живите. В библиотеке предполагалось проводить занятия, там можно поселить целую ораву учеников, но нынче вы будете единственными постоялицами. А в городе начнут говорить, хе-хе-хе-хе, что Фелбс на старости лет завёл себе гарем, — посмеиваясь старик двинулся вглубь башни.

Мы с Марысей радостно переглянулись и пошли следом. Только в полной темноте я обратила внимание, что над головой смотрителя плывет серебристый яркий огонек, большим сектором освещающий путь перед стариком. В нашу сторону он почему-то не светил, хотя физической преграды для лучей не было.

— Мастер Фелбс, а почему тот человек назвал вас Мордредом? — спросила я. Дурацкое обращение, пафосное, но может быть — так положено?

— Просто Фелбс, безо всякого там «мастера», — произнес дед, останавливаясь на лестнице и, похоже, радуясь передышке. Он повернулся ко мне, а луч волшебного прожектора неприятно резанул глаза. — Ой, извини, — смотритель щёлкнул пальцами, и свет стал блёклым, еле заметным.

— Дело в том, — продолжил он, — что тот, с позволения сказать «человек», знал меня еще задолго до того, как я осел тут и стал называться Фелбсом.

— Вы намекаете, что он совсем не человек? — заинтересовалась Марыся, хотя на мой взгляд история старика казалась куда более занимательной.

— Я не намекаю, я прямо говорю, — отрезал старик и зашаркал дальше. Девушка только плечами пожала, а я решила отложить расспросы на потом. Очень хотелось есть, пить и спать. Желательно одновременно. Еще неплохо было бы залезть в тёплую ванну, но с этим тут наверняка напряжёнка.

* * *

В огромном центральном зале царил мрак. Не совсем непроглядный, но какой-то стылый и неприветливый. Казалось, что тени между шкафами шевелятся, и в них таится