Коттабыч и нашествие бесов - Алёна Васильева

красивым! Особенно мне понравились резные деревянные гребни, которые сами по себе являлись украшением. Ими можно было расчесываться или оставлять в волосах как элемент причёски. Прикупив себе один, я заметила, что мой спутник внимательно рассматривает ту же витрину.

— Тебе-то здесь что приглянулось? — попробовала подколоть его я.

— У ма… у Сони такой был. Я его сломал, года два назад. Она так плакала! С тех пор завязывает волосы всякой пакостью — верёвочками, а то и вообще корешками. Смотреть противно! — парень закончил свою фразу громко и даже зло, но мне показалось, что её начало было куда более искренним, и он действительно сожалеет.

— Так купи ей!

— У меня нет денег, — буркнул он.

— Ерунда, — я полезла в кошелек.

— Мне не нужны твои подачки, — ощерился подменыш.

— Слушай, во-первых, это не подачка. Если б не ты, этих денег у меня бы, скорее всего, вовсе не было. А во-вторых, это же моя блажь — сделать из тебя идеального сына! Так что давай, не кочевряжься.

— Какое смешное слово! — прыснул он, сразу позабыв про обиду.

Из магазина мы оба вышли с покупками. Помимо красивого гребня для себя, я купила заколку для Марыси. Она оказалась дороже других, но для таких волос — не жалко. Коса у подруги была не чета моей: пышная, длинная — загляденье! К тому же я очень боялась, что кружевнице не понравится жить в библиотеке, и я снова останусь совсем одна. А тут — вроде как лишний стимул оставаться рядом… Цинично, да.

— Надо ещё мяса купить. Какого-нибудь такого, попроще, — сказала я, когда мы уже решили поворачивать к башне. Деньги были потрачены далеко не все, но я решила отдать остатки подруге, раз уж та решила вести наш быт.

— Не думал, что ты склонна к аскетизму, — удивился Гор.

— Это для котика, — я осеклась, вспомнив про отношение подменыша к моему фамильяру. Тот действительно сразу поскучнел.

— Яду ему купи, — предложил он, — вон как раз и лавка нужная рядом.

— Да, давай зайдем, как раз хотела тебя чем-нибудь таким угостить, — не осталась в долгу я.

За мясом пацан меня всё-таки отвел, хотя и ныл всю дорогу, доставая меня так, как умеют только гадкие подменыши из Волшебной страны. Я на собственном опыте осознала, что мифы и легенды очень сильно преуменьшают масштаб трагедии.

Глава 14

В маленькой южной деревеньке Горбунки наступил поздний вечер. Окна домов мягко и тепло светились в густых синих сумерках. Вокруг ламп звенела последняя летняя мошкара, всё никак не желавшая поверить, что грядут настоящие холода.

В большом, но захламлённом чуть ли не до потолка, доме колдуна за столом сидели двое и хмуро таращились друг на друга.

— Так ты всё-таки отказываешься признаваться, откуда взялась тут сегодня утром? — Маг с досадой взъерошил короткие русые волосы. В свете лампы блеснули унизывающие его пальцы перстни.

— Ты мне уже в третий, да нет — в четвёртый раз, задаёшь этот вопрос, — вспылила назвавшая себя Катрой. — И я тебе снова отвечаю — понятия не имею! Я своё имя-то с трудом вспомнила.

— Но считать, я вижу, умеешь, — довольный своей наблюдательностью заключил хозяин дома. — И писать — наверняка тоже.

— Наверняка, — девушка пожала плечами.

В светлом простом платье, которое не без торга и препирательств добыл для гостьи колдун, та выглядела бы обыкновенной селянкой. Но огромные тёмно-синие глаза заставляли усомниться — человек ли она вообще. Да и волосы — густые, иссиня-чёрные, сейчас заплетённые в толстую косу, выглядели слишком роскошными и ухоженными для простолюдинки.

Чуть ли не половину прошедшего дня Катра приводила себя в порядок, истратив на это немало горячей воды и мыла, но теперь о её неудачном приземлении напоминало только напрочь испорченное бархатное платье, до сих пор отмокавшее в высокой бадье.

«Приземлении».

— Я летела, — задумчиво пробормотала она.

— На метле? — оживился чародей.

— Слушай… как тебя там?

— «Господин волшебник».

— Так вот, господин дознаватель, на чём ты пытаешься меня поймать? А главное — зачем?

— Вообще-то моя работа — защищать жителей этого селения от всяких неприятностей, — тот откинулся на спинку стула, заложил руки за голову, потянулся. — А ты как раз очень похожа на неприятность.

Потенциальная проблема возмущенно фыркнула. Она уже успела детально рассмотреть себя в высоком, почти в рост, зеркале, которое вообще-то не полагалось бы иметь дома нормальному одинокому мужику, и сочла собственную внешность достаточно привлекательной. Не угрожающей — это точно.

— Ты сам вообще не вписываешься в здешнюю обстановку, — решила перейти в наступление Катра. — Все эти побрякушки, зеркало, наряды. Чего ты тут забыл?

— «Господин волшебник», — наставительно поднял палец хозяин дома. — И вообще, я что-то не помню, чтобы позволял обращаться к себе настолько панибратски.

Вопреки канве беседы, мужчина не выглядел ни настороженным, ни раздраженным. Ехидный прищур, ленивая ухмылка… Да ему же просто скучно!

— И вообще, — тот подался вперёд, облокотился на стол, постаравшись придать себе строгий вид, — Ты еле вспомнила своё имя, а теперь сходу решаешь, куда я вписываюсь, а куда нет? Что-то не сходится.

Девушка смутилась. Подобные вещи действительно казались ей очевидными, а вот над историей собственной жизни будто пелена нависла.

— Извини, — покаялась она.

— Так будешь признаваться?

— В чём?

— Ну, в чём-нибудь, — маг устало потёр лицо руками. Поднялся и разлил по опустевшим чашкам отвар ромашки.

— Не буду, — помотала головой Катра.

— И что мне с тобой делать?

Та пожала плечами:

— Ну, хоть представься в ответ.

— Вдруг ты нечисть?

— Проверял ведь уже!

Бессмысленная перепалка длилась уже который час. Память упорно не подбрасывала гостье чародея ничего, в чём можно было бы торжественно признаться, а тот периодически подсовывал ей то серебряную ложку, то пучок полыни, то ещё какую-то ерунду, которую лучше было и не рассматривать вовсе. Безрезультатно.

— Сейт, — наконец сдался хозяин дома.

— Приятно познакомиться.

— Тьфу! — Тот махнул рукой и заходил по комнате туда-сюда.

— Чего ты маешься? — искренне заинтересовалась Катра.

— Не вписываюсь! — внезапно рявкнул тот. И уже мягче продолжил:

— Даже не представляешь, насколько мне тут осточертело! Вот была бы ты какой-нибудь особенной нечистью или хотя бы сильной ведьмой, которая явилась в деревню, чтобы всем навредить, можно было бы отвезти тебя в город. Сдать тамошним магам. А может быть — даже остаться, если позволят.

— А зачем ты оттуда уехал? Явно ведь не деревенский.

— Меня… ну… так сказать, отправили. Благо творить. Горбунки — важный посёлок, тут нужно за порядком следить.

— Сам-то себе веришь? Важный. Сколько тут дворов? Восемь? Десять?

— Да не в том дело! — чародей остановился. — Но вот так, без повода,