Для тебя бессмертный - Сим Симович

Хруст потонул в шуме дождя.

Стрелок обмяк. Виктор аккуратно положил его на балку. Взял его арбалет.

Второй стрелок, сидевший на соседней балке, что-то почувствовал. Обернулся.

Вспышка молнии высветила картину: его напарник лежит, а над ним возвышается темная, мокрая фигура с горящими глазами.

Наемник открыл рот, чтобы закричать.

Выстрел. В упор.

Болт вошел в открытый рот, пробил затылок и вышел наружу, унеся с собой крик. Тело покачнулось и рухнуло вниз, прямо в центр зала, к ногам пехотинцев.

ШЛЕП.

Труп упал в костер, разбрасывая угли и искры.

— Сверху! — взвизгнул алхимик.

Поздно.

Виктор спрыгнул.

Полет занял долю секунды. Приземление — тяжелое, жесткое, прямо на плечи одного из алебардистов.

Человек под ним просто сложился. Позвоночник рассыпался в труху. Виктор даже не замедлился. Перекат.

Встать.

Теперь он был внутри. Среди них. В тесном пространстве, заставленном ящиками, бочками и людьми.

— Убить его! — заорал Ринальдо, выхватывая меч.

Четверо оставшихся пехотинцев бросились вперед, выставив алебарды.

Слишком длинное оружие для такой тесноты.

Шаг навстречу. Нырок под лезвие.

Удар кулаком в колено ближайшего врага. Сустав выгнулся в обратную сторону с омерзительным треском. Вой боли.

Перехватить древко его алебарды. Использовать как рычаг. Толкнуть на соседа.

Строй рассыпался.

Теперь это была не битва. Это была работа мясника.

Виктор двигался экономно. Никаких красивых стоек. Только эффективность.

Удар локтем в висок. Хруст.

Удар сапогом в пах. Стон.

Захват за горло, сжатие, хрип, тишина.

Один из наемников, огромный детина со шрамом, сумел нанести удар мечом. Клинок разрубил мокрый плащ, вошел в плечо Виктора, лязгнув о кость.

Наемник ухмыльнулся. Попал.

Виктор даже не поморщился. Он посмотрел на рану, потом на наемника.

— Моя очередь.

Рука Виктора перехватила лезвие меча (собственная кровь послужила смазкой). Рывок на себя. Наемник, не ожидавший такой силы, полетел вперед.

Встречный удар головой. Лоб в лицо.

Нос наемника вошел внутрь черепа. Он упал, дергаясь в конвульсиях.

Алхимик Джованни, видя, как его охрану разбирают на запчасти, схватил со стола большую пузатую колбу.

— Гори в аду! — визгнул он и швырнул сосуд.

Виктор среагировал мгновенно. Он подхватил падающего (еще живого) наемника со сломанным носом и выставил его как щит.

Колба разбилась о спину солдата.

«Дыхание Дракона».

Жидкость вспыхнула мгновенно, несмотря на сырость. Зеленое, химическое пламя охватило несчастного. Он закричал — страшно, пронзительно. Запахло паленой плотью.

Виктор швырнул горящее тело в сторону алхимика.

Джованни попытался отскочить, но поскользнулся на грязи. Живой факел упал на него, поджигая его плащ, его бороду, его сумку с порошками.

— А-а-а!

Алхимик превратился в огненный шар. Он катался по полу, визжа, взрываясь мелкими хлопками (лопались склянки на поясе).

Остался один. Капитан Ринальдо.

Он стоял у дальней стены, прижавшись спиной к камням. Его меч дрожал. Его глаза были расширены до предела. Он видел, как за минуту его лучший отряд превратился в груду ломаного мяса. А посреди этого ада стоял человек, выдергивающий меч из собственного плеча, как занозу.

Рана на плече Виктора уже не кровила. Края плоти стягивались.

Виктор шагнул к капитану. Медленно. Перешагивая через трупы.

— Стой! — голос Ринальдо сорвался на фальцет. — Я сдамся! Я все скажу! Кто заказал! Сколько заплатили!

— Я знаю, кто. И знаю, сколько.

Виктор выбил меч из руки капитана небрежным взмахом. Схватил его за грудки, поднял и впечатал в стену. Ноги Ринальдо повисли в воздухе.

— Ты… ты не убьешь меня? — в глазах наемника блеснула надежда. — Я нужен тебе живым? Как свидетель?

Виктор приблизил лицо. Его глаза были холодными, как ледники Норвегии.

— Свидетели поют песни. А мне нужна тишина. Но мне нужен и гонец.

— Что?..

— Ты пойдешь в Рим, Ринальдо. Ты войдешь в Ватикан. Ты найдешь кардинала Орсини.

— Я… я скажу ему…

— Ты ничего ему не скажешь.

Виктор достал кинжал. Тот самый, мифриловый стилет Валерия, взятый как трофей.

— Ты ему покажешь.

Ринальдо понял. Он открыл рот, чтобы закричать, но жесткая рука сжала его челюсть.

Лезвие блеснуло в свете догорающего алхимика.

Движения были быстрыми, хирургически точными.

Взмах. Кровь. Отрезанный язык шлепнулся в грязь.

— Мммм!

Еще движение. Острие к глазам.

— Не закрывай глаза, Ринальдо. Смотри. Это последнее, что ты увидишь. Мое лицо. Запомни его. И неси этот образ в темноте.

Укол. Один. Второй.

Темнота накрыла капитана навсегда.

Виктор разжал руку. Слепой, немой, захлебывающийся кровью человек сполз по стене, сворачиваясь в клубок. Он был жив. И он будет жить долго. Достаточно долго, чтобы добраться до Рима и стать живым воплощением ужаса.

Виктор вытер стилет о плащ капитана.

Вокруг станции бушевала гроза. Дождь заливал огонь на теле алхимика, превращая его в шипящий пар. Смывал кровь с камней.

Все кончено. Засада уничтожена.

Виктор вышел из руин на дорогу.

Вода приятно холодила кожу. Рана на плече почти затянулась, оставив лишь ноющую тупую боль.

Впереди, во тьме, угадывались огни Вечного Города. Рим. Гнездо гадюки.