Путь Стража - Алвур

На том месте, где мы вчера встретили Геспит, уже ничего не было, даже гномьего трупа. Разве что потёки крови остались на камнях. Мы продолжили свой путь, направляясь в то же ответвление, что и Геспит, намереваясь поискать её там, но, когда мы вновь вышли в пещеру, поиски гномы отошли на второй план, поскольку открывавшееся нам зрелище было…

— Замечательно! — Хмыкнул я.

— Отвратительно! — Поморщился Алистер. Ему вторили оба гнома.

— Бу-э-э-э-э… — А вот девушки отвернулись и не сдержали рвотные позывы. Причём все. Признаться честно, я бы их поддержал тоже…

Мы стояли на небольшом каменном пандусе, идущем вдоль стены пещеры и ведущем вверх и вниз. Вверху, на противоположной стене, кажется, был какой-то проход, но это было не точным утверждением: напрягая зрение, я смог разглядеть там отблески света. Сам зев тоннеля был сокрыт от нас шириной пандуса. А вот внизу, под нами, разворачивалась настоящая оргия, состоящая из порождений тьмы и…

— Это что, матка?

Довольно уродливое создание, но всё же отличается от того, что я когда-то видел. Ближе к Матери — туловище гномы с обезображенным, но всё ещё узнаваемым гномьим лицом, распухало ниже того места, где у нормальных разумных находится грудная клетка, и расходилось в стороны, образуя щупальца. Под щупальцами копошились порождения тьмы, совершая… Характерные поступательно-вращательные движения. Судя по тому, что из-под некоторых щупалец выползали совершенно голые генлоки, размерами намного меньше своих собратьев, покрытые при этом какой-то слизью, которых оттаскивали в стороны чем-то похожим на багры другие генлоки, полностью одетые, там были необходимые отверстия. Мелким генлокам что-то вручали их старшие собратья, кажется, какие-то куски мяса. Но не все успевали до этого момента дожить — кое-где мелкие твари впивались в своих собратьев, разрывая их на части и утоляя голод прямо на месте. В пещере стояла затхлая вонь, её пол был покрыт слизью и кровью, так что наше отвращение было весьма понятно.

— Можно, я залью это место огнём? — Без привычной стихотворной манеры поинтересовалась Морриган.

— Я тебе в этом помогу, — морщась от отвращения, заявила Винн.

Ведьма и волшебница взялись за руки, демонстрируя удивительное единодушие, после чего стали плести заклинание. Я же обратил своё внимание на пандус — он был довольно грубый, но всё же несколько потёртый ногами — кажется, по нему часто поднимались наверх. Возможно, что и вниз спускались, но явно не гномы… Присоединяться к заклинанию я не стал — оно и так выходило мощным, а привлекать внимание тварей раньше времени своей магией я не хотел. Наконец, заклинание было закончено, и, с устремленных вниз посохов, рванулся целый поток белого огня: кажется, наши магички слегка разозлились, раз вбухали в заклинание столько сил. Только сейчас некоторые генлоки задрали головы вверх, но это было последнее, что они смогли сделать — белое пламя просто испепелило тех, кого коснулось первым. Поднялся вой, а матка, раскрыв свою пасть, издала и вовсе жуткий рёв. Её щупальца потянулись вверх, открывая вид на…

— Бу-э-э-э-э-э-э…

Мда. Лучше бы это развидеть. Щупальца матки были не столь подвержены магии Винн и Морриган, потому пришлось вмешиваться мне, возводя на их пути барьеры. Длинны щупалец хватало на то, чтобы достать до края пандуса напрямик, но матке приходилось их то изгибать, то отдёргивать от струй пламени — длительное воздействие заклинания всё же причиняло ей боль. Генлоков уже внизу не осталось — вместо них красовались кучки пепла, с торчащими кое-где костями, и Винн с Морриган перенесли своё внимание на матку. Рёв усилился, а щупальца прекратили юлить и начали просто бить во все стороны. Сил у чудовища было не меряно — барьеры трескались от столкновения со щупальцами, заставляя меня удивлённо вскидывать бровь. Нет, я не напитывал их маной под завязку, но всё же… Внушительно. Движения щупалец становились всё более дёрганными, напоминая уже конвульсии, часть из них опала на пол пещеры, а рёв вскоре перешёл в хрип и, постепенно, вовсе затих. Когда все щупальца уже лежали на земле, и прекратились даже малейшие конвульсии, Винн с Морриган прекратили удерживать своё заклинание:

— Надеюсь, эта тварь не оживёт…

— Да там нечему оживать, — хмыкнул я, рассматривая обугленные останки с отсутствующей верхней частью тела. Щупальца обгорели поменьше, но и они выглядели весьма хреново. А ещё в воздухе теперь пахло жжёным мясом.

— Давайте… Давайте пойдём отсюда…

— Они берутся из нас… — Голос Геспит, раздавшийся с пандуса на противоположной стороне пещеры, заставил всех вздрогнуть и напрячься. Заражённая гномка стояла на самом краю, смотря на нас своими жутковатыми глазами. — Потому они ненавидят нас… Потому они не могут без нас… Потому они забирают нас… Потому они сытно кормят нас… Но настоящим чудовищем… Становятся не против воли, а по собственной воле. Бранка… Любовь моя… Камень наказал меня, друг мой по сну. Я умираю от чего-то худшего, чем смерть. Предательство.

— Геспит! Бранка…

Но гнома не слушала Огрена. Не закрывая глаза и не издавая больше ни единого звука, она шагнула вперёд. Наверное, я мог бы сделать что-то иное в этой ситуации… Только не стал. Это был её выбор. Я же просто ей чуть-чуть помог, вырастив одинокий каменный шип в том самом месте, на которое приземлилось через секунду тело Геспит. Немного постояв, и убедившись, что бедолага действительно мертва, я пошёл дальше, направляясь вверх по пандусу.

— Эй, Страж! Бранка не могла же стать такой же! Она же…

— Узнаем дальше. Но не думаю, что твоя жена превратилась в… Матку, — слово «чудовище» застыло в воздухе, оставаясь недосказанным. Однако же, у меня никаких сомнений в том, кто именно виноват в бедах как минимум двух женщин уже не оставалось. А вот сомнения в том, что этот «кто-то» так уж сильно мне нужен живым наоборот — появились.

Наверху действительно оказался ещё один проход, который привёл нас в узкую и высокую пещеру. Через метров двадцать правая стена этой пещеры заканчивалась, открывая нам вид на реку магмы, текущей далеко внизу. Здесь было уже даже светло… По сравнению с прочими Глубинными тропами. Тропа, идущая над рекой магмы, резко изгибалась, скрываясь за поворотом налево. Когда мы дошли до него и смогли за него заглянуть, то нам открылся вид на разбитый лагерь гномов… Давно разбитый. И разбитый во всех смыслах: многие