Новый каменный век. Том 3 - Лев Белин

Он приблизился вплотную и, не мудрствуя, вонзил копье в ногу зверя.

Задние копыта взметнулись — страшный удар пришелся Шанду в грудь, отбросив его на несколько метров.

— ХА-АА! — глухо вырвался весь воздух, что был у него в легких.

Белк кинулся снова. В руке блеснул нож — он вонзил его в бок зверя и дернул, распарывая шкуру, мясо, все подряд. И сразу отскочил, уходя от ответного удара.

«Его вообще возможно убить⁈» — подумал я.

Но рука уже сама, на автомате, закладывала новый дротик, заносила атлатль для броска. И я метнул.

Дротик впился в заднюю ногу, туда, где уже торчал Шандов.

И только тогда — только тогда!

Зверь рухнул.

Огромная туша тяжело осела на задние ноги, попыталась подняться и не смогла. Завалилась на бок, взрывая землю копытами.

Мы навалились на него все вместе!

Я не помню, что было дальше. Безумие, адреналин, крики, кровь — все смешалось в один бесконечный миг ярости и ужаса. Мы били его ножами, дротиками, камнями, руками — пока он не перестал дышать, пока глаза его не остекленели, пока тело не обмякло навсегда.

А потом я сидел, прислонившись спиной к дереву, и тяжело дышал.

Руки дрожали, в глазах темнело, во рту был вкус крови и желчи. Передо мной, в пяти шагах, лежала туша гигантского оленя.

Мертвого.

Наконец-то мертвого.

— Я все еще жив… — выдохнул я.

Глава 9

— Как он? — спросил Белк, подходя к нам с Канком.

Юнец сидел передо мной, скинув все шкуры. А я осматривал и обрабатывал его раны на спине. Ему досталось сильнее остальных, рога буквально насадили его и разорвали шкуру и кожу. Но мышцы вроде были почти не повреждены. Можно сказать, что ему повезло, одежды сберегли — всё же пробить несколько слоёв шкур не так просто. Но оленю удалось. Было несколько неглубоких рваных ран, но если удастся избежать заражения — то всё заживёт достаточно быстро. А я уж прослежу.

— Нормально. Поспит на животе недельку-другую, да придёт в себя, — ответил я, промывая раны тем самым отваром, что нам в путь дала Уна. Вот и его бонус: кроме спасения от жажды, он был мягким антисептиком.

— Ай-яй… — вздрогнул Канк. — Как мы его! Вот стая рада будет! — даже корчась от боли, улыбался Канк.

— Да, с такой добычей даже Вака слова не скажет.

Ну не знаю… Вака такой Вака, что может и это как-нибудь перевернуть. Но глядя на громадную тушу, я не представлял, что такое он может сказать, чтобы скомпрометировать нашу охоту. К тому же у нас бонусом птица и зайцы.

А ещё, немного отойдя от шока и адреналина, я осознал, как глупа была наша атака на этого зверя. Если бы встретил снова, то ни за что бы не решился. Нам повезло, что мой дротик пробил лёгкие. Но и сейчас ещё не всё было ясно. По сути, только я не получил травм, так как приблизился только когда зверь пал. А вот остальные отхватили знатно. Неизвестно, как удар копытами отразится на Шанде, да и то, что устроил со зверем Белк. Хотя за этого громилу я беспокоился не так сильно. Но всё равно обязательно осмотрю его.

«В следующий раз, если будет грозить встреча с таким зверем, нужно быть готовым. — думал я, копаясь в архивах памяти. — Можно использовать стратегии охоты на лося с Дальнего Востока. Нанайцы, эвенки и удэгейцы уже всё придумали за меня. Лось в тех краях как раз мог достигать тех же семи сотен килограмм. И они проводили успешные охоты без таких рисков. Да и яд… яд нужен. Недаром они активно им пользовались».

Как я помнил, самой эффективной была облавная охота. Использовался рельеф, хитрость и грубая сила группы. Не то чтобы совсем не использовали те же догматы в данном случае, но делали это на уровень хуже. Куда результативнее, если группа загонщиков с шумом и факелами гнала стадо или зверя в сторону засады. На тонкий лёд, в глубокий снег или к оврагам и ямам. Тогда зверя можно просто забить. Есть и другой способ, когда недоступен рельеф. Рогатины. Трёхметровые копья, упирающиеся в землю навстречу атакующему или раненому зверю. Сила удара будет такой, что скорее всего сможет пронзить его насквозь.

— М-да… хорошая мысля приходит опосля, — прошептал я. — Ранд был прав.

— О чём ты? — поинтересовался Белк.

— Он говорил, что зверя нельзя загонять без выхода. Тогда он теряет надежду и начинает биться в последнем рывке. Нам стоило погнать его к реке, а там, как он оказался бы в воде — атаковать.

— Да, так было бы умнее, — кивнул Белк. — Но Великий Рог мёртв. И это мы его убили. Остальное неважно.

— Нет, Белк, как раз-таки важно. Если получать такие травмы на охоте на одиночного зверя, пусть и такого большого, то это становится излишне опасным. Ударь он немного сильнее, — я глянул на Шанда, что лежал, раскинув руки в стороне, — грудная клетка Шанда могла бы просто сломаться, и мы бы уже не помогли. Да и ты сам. Сработай Рог немного иначе, да насадил бы твою голову на рог.

— Я не думаю о том, что было. Духи позволили нам выжить, дали нам великий дар — и я благодарен им.

Вот как. Я не могу с этим согласиться. Необходимо анализировать каждую охоту, чтобы понять свои ошибки и стать лучше на следующей. В тот момент, когда олень был занят Белком, я мог бросить болас да связать его задние лапы. Тогда он не угнался бы за Канком, может, и Шанду не прилетело бы. Да и если бы я лучше обращался с атлатлем. Столько «если», что аж тошно…

Я нанёс мазь на спину да приложил бересту. Такого количества сфагнума у нас просто не было. Затем осмотрел Шанда, тот был в порядке, не считая двух громадных гематом на плече и грудине. И он всё повторял, как в трансе:

— Мы убили его, убили Великие Рога…

— Да, Шанд, убили, — отвечал я.

— Теперь всё изменится.

И по его лицу я не мог понять — рад он или нет. Но скорее всего он просто ещё не осознал произошедшее. Это как успех, внезапно свалившийся на голову после многих лет попыток. И ты вроде понимаешь, что заслужил его, но не веришь, что это произошло. Такое вот странное состояние.

А следом пришла очередь Белка. Как я и думал, с ним всё было нормально: те же гематомы, синяки и