Семья Лучано - Наиль Эдуардович Выборнов

Ну и теперь самое главное. То, ради чего все это вообще затевается.

— Четвертое, — сказал я. — Вы все дали клятву, не выдавать тайн Семьи, и это не пустые слова. Мы все соблюдаем омерту, обет молчания. Если вас арестуют, вы молчите. Если допрашивают, вы молчите. Если вам предлагают сделку с прокурором — вы молчите. В случае чего, мы каждому из вас оплатим адвоката, и он скажет, что говорить. Не надо ничего выдумывать, говорите то, что говорит адвокат. В противном случае — молчите. Или говорите, что ничего не знаете. Это ясно?

Парни закивали.

— Пятое, — сказал я. — Молчание распространяется не только на полицию. Жизнь, которую вы только что начали, тайная. Ваши жены, дети, матери — они все не должны знать, чем вы занимаетесь. Не рассказывайте им, не вздумайте хвастаться, и уж тем более не приплетайте их в наши дела. Ваша женщина знает, что вы зарабатываете деньги, и этого ей должно быть достаточно. Если она спрашивает, вы говорите, что занимаетесь бизнесом. Со временем у каждого из вас будет доля в том или ином легальном бизнесе. И это не только для вашей безопасности, но и для их. Меньше знаешь — крепче спишь.

На самом деле все немного не так. Умные женщины рано или поздно догадываются, что наши доходы не очень-то и легальны. Но умные знают, что надо молчать. А глупые не догадаются, и им и не надо. Они могут разговориться.

— И шестое, — сказал я. — Самое главное — это уважение. Вы уважаете своего капо, как своего отца. Вы уважаете других членов Семьи, как братьев. Вы не спите с их женами, не залезаете в их бизнес, и не крадете у них. И никакого самосуда. Если у вас конфликт с другим членом Семьи, вы идете к капо, а он идет ко мне. И мы вместе все решаем, кто прав, кто нет. Виноватый будет наказан, правый получит компенсацию. Мы не дикари, мы — организация, у нас есть правила.

В общем-то, эти правила уже действовали, ничего нового я не придумывал. Если бы можно было, я бы вообще брошюру написал, чтобы по ней сверяться можно было. Но увы, нельзя. Зато они могут вот так вот распространяться, из уст в уста, как устный, мать его, фольклор.

— И последнее, — я обвел взглядом остальных. — Я — ваш дон. Мое слово — закон. Но это не значит, что я собираюсь тиранить вас или как-то притеснять. Я здесь для того, чтобы принимать решения. Решения полезные — чтобы вы зарабатывали деньги, и жили хорошо. Если вы все делаете свою работу хорошо, мы все богатеем. Все просто.

Я замолчал. В зале было тихо, только свечи потрескивали. Как будто они слушали меня, даже не дыша.

— Вопросы есть? — спросил я.

Тишина. А потом вдруг Винни поднял руку. Я посмотрел на него.

— Босс, — сказал он. — Можно один вопрос?

— Давай, — кивнул я.

— Что с Паппалардо?

Я посмотрел на него. Вопрос на самом деле был правильным, потому что для многих из новых членов нашей Семьи Паппалардо все еще был авторитетом. Капо и младший босс. Они должны были знать, что с ним будет.

— Паппалардо — больше не член нашей Семьи, — сказал я. — Он предал доверие, которое ему оказали, и он за это ответит. Но это мое дело, не ваше. Вам достаточно знать одно: если кто-то из вас увидит его или услышит, где он прячется, немедленно сообщите своему капо. Не пытайтесь выслужиться, не пытайтесь с ним разобраться сами. Это приказ.

Винни кивнул.

— Еще вопросы? — спросил я.

Больше вопросов не было, все молчали.

— Хорошо, — сказал я. — Наполняйте бокалы еще раз. Выпьем за Семью, и самое главное — за наше будущее. И за деньги, которые мы заработаем. Салюте!

Теперь бокалы наполняли уже сами. Мы встали кругом, чокнулись и выпили. Я посмотрел на парней, после чего улыбнулся, стараясь, чтобы улыбка выглядела честно и открыто, и сказал:

— Ну что. Теперь давайте праздновать.

Мы двинулись в основной зал, в котором было уже достаточно много народа — собралась вся Семья. Их всех я знал и помнил, благодаря памяти самого Чарли Лучано. Поймал, кстати, взгляд Катании, но он тут же отвел его. У нас был конфликт, конфликт решен, и он не сможет ничего высказывать боссу.

Новичков поприветствовали шумом, все стали подниматься из-за столов, обниматься. Дальше пойдет просто веселье. Парни тут же разделились, они ведь и до этого работали в командах определенных солдат, и теперь вошли под крыло определенных капо. Я двинулся за один из столов, из тех, что стояли в центре, сел.

Терранова убежал на кухню, послышались голоса, а потом он вернулся. И официанты понесли еду, просто огромное количество. Паста, морепродукты, еще и пицца, которая еще не стала такой распространенной, как в мое время. Но еды было много.

Я кивнул одному из них, и он поставил передо мной на стол пиццу с морепродуктами. Я взял вилку и нож — сейчас так положено. Пиццу никто не ест руками, она пока не стала массовым фастфудом. Более того, ее и подают ненарезанной.

А она еще и горячая очень, так что руками ее не возьмешь. Да и заляпать костюм мне не хотелось.

Костелло и Бруни сели рядом со мной. Я кивнул Винни, и он тоже присоединился.

— Босс, в чьей команде я буду? — спросил он.

Я посмотрел на Сэла, подумал немного и сказал:

— В команде Сэла. Долю будешь отдавать ему. Но работать больше будешь на меня. Но не волнуйся, возможностей заработать деньги у тебя будет предостаточно.

Я осмотрелся вокруг. Люди ели, разговаривали, новички расслабились. И это хорошо, потому что дальше все будет не так просто, у нас еще много работы. А уж конкретно у меня ее столько, что и не сказать.

Глава 9

Праздник набирал обороты. Официанты носили еду, вино и виски лились рекой, люди разговаривали, смеялись. Зал гудел, как улей, и мне тут нравилось. Уютно было, иначе не скажешь. Похоже, что все расслабились после войны и считали, что жизнь налаживается.

Я сидел за центральным столом.