Мастер Трав. Том 7 - Ваня Мордорский

могу помогать. Но против него я никто, против Хельма я никто. Даже тебе я не смогу навредить. Поэтому после того, как он мной заинтересовался, я понял, что тут для меня слишком опасно. Да и не только тут. Если он захочет меня украсть, я не уверен, что кто-либо из вас сможет ему помешать. Никто из нас не знает всех его сил. Мы знаем и видели только то, что он сам нам показал.

Воцарилось молчание.

— Так действительно будет лучше, — неожиданно тихо согласилась Морна.

Рыхлый перевел на нее удивленный взгляд.

— Морна, ты тоже так думаешь? Я думал наоборот, рядом с тобой, мной, Гнусом и другими ему тут безопаснее. Опасен только путь до деревни. А там его сопровождает Грэм.

— А что «Морна», — она пожала плечами. — Элиас прав. Тут становится слишком опасно. Целитель его пометил, Хельм тоже от него что-то хочет, Шипящий… у них с Грэмом плохие отношения, поэтому… сам понимаешь.

Я благодарно кивнул ей. Не ожидал, если честно, что именно Морна меня поддержит первой. Думал, наоборот, упрется — слишком уж она привыкла, что я под рукой. В этом плане Грэм, конечно, был прав.

— Тут должно хватить дня на три, — продолжил я, глядя Рыхлому в глаза. — Если будете давать Клыку по бутылочке утром и вечером. И если Лорику вдруг станет резко хуже — не жди, не тяни, дай ему сразу, не жалей — я сварю ещё как только смогу. Просто… передадим где-нибудь не в деревне. Придешь к поселку.

Рыхлый кивнул.

— А сейчас я поделюсьс тобой живой, я немного накопил, пока был дома.

Я поднялся, шагнул к Рыхлому и опустил ладонь ему на плечо. Сквозь грубую ткань одежды чувствовалось, какой он сухой и жилистый, впрочем, тут, в деревне и с такими условиями жизни не растолстеешь. В гнилодарца потек ручеек живы. Не тонкая струйка, как утром я давал Морне, а нормальный ручеек. Сейчас я не экономил. Запас за дорогу я создал хороший, и весь его нужно было перелить, чтобы у Рыхлого хватило сил на ближайшие сеансы уже после того, как я уйду.

Рыхлый сначала вздрогнул, — он еще не привык к моей живе так же, как Грэм или Лира, — а потом расслабился. Я почувствовал, как у него внутри начинает заполняться его собственный «сосуд»: сначала медленно, а потом увереннее. Он сам подсказал, когда хватит: коротко поднял руку.

— Все-все, останавливаюсь, — выдохнул я и отнял ладонь. — Дальше вы сами, я сделал всё, что мог. Эликсиры есть, пиявки, привыкшие к черной живе, тоже есть. Клык уже говорит, и значит вся деревня — то есть те, кому надо, — сможет узнать правду.

Если им конечно эта правда нужна, — подумалось мне.

— А ребенка… я думаю, вы найдете. И когда найдете, скорее всего с ним придется делать то же самое, что и с Клыком. Ну и, конечно же, не поубивайте тут никого.

Последнее было обращено к знахарке.

Морна неожиданно фыркнула и даже коротко рассмеялась.

— Мы тут будто только и делаем, что друг друга убиваем.

— Не друг друга, но парочку Старейшин… можете.

— Потому что кое-кто судя по всем заслуживает этого, — уже мрачнее ответила Морна, имея в виду Хельма.

Да уж, вот кто показал себя не с лучшей стороны. Странно, что он так раскрылся, это значит одно из двух, либо он дурак (а он не дурак) либо он ни Морну ни Рыхлого ни Гнуса особо не боится. И это странно.

Я посмотрел на них. Конечно я знал то, чего не знали они — про то, что Джарл уже организовал засаду и уже ждет и Целителя, и Шипящего. И это вопрос времени, когда он их поймает. Хотя, конечно, для меня это ситуацию безопаснее не делало. Но говорить об этом я не мог — это не мой секрет, а Грэма. А еще стоит напомнить Грэму, что кроме целителя и Шипящего есть кое-кто, кого можно поймать с меньшими усилиями. Хельм. Если он выходит из деревни то поймать его охотникам проще простого. А вот если он ее не покидает, тогда да… это становится трудным.

Я повернулся к Морне.

— Морна, у меня есть одна просьба на сегодня. Лира в состоянии провести сеанс? Грэму нужно лечение, без него никак.

Морна подумала пару секунд, потом кивнула.

— Сможет. Она в отличие от Майи хорошо себя ощущает тут.

Когда Морна произнесла имя Майи, то вся вдруг застыла, а лицо у нее буквально окаменело.

Я тут же понял, о чем она подумала. Как и Рыхлый. До этого мы говорили о каких-то абстрактных детях из деревни, но что если он добрался и до детей Морны или до Лорика?

Рыхлый увидел ее обеспокоенное лицо и заговорил, успокаивая ее:

— Нет, Морна, я думаю твои дети в порядке. Я давно за ними присматриваю, ты это знаешь. Целитель на них не воздействовал. В деревне хватает других детей, за которыми никто особо не смотрит. Как и хватает родителей, которые сами просили его «помочь», умоляли, тащили детишек к нему за руку. А ты не просила. Ни разу. Ты вообще и близко его к своим детям не подпускала.

— Но Майя ходит по деревне… и Лира тоже часто играет с другими….только Малик сидит в землянке…

— Думаю, такой процесс очень долгий. Клык же говорил, что их даже возле корней не сразу подчинили. Это происходит не сразу, так что тем, кто тут, в деревне, не о чем беспокоиться.

— Ладно… может ты и прав. — с сомнением произнесла знахарка.

— Я могу послушать. Я чувствую эту черную дрянь, — обратился я к Морне, — Если хочешь, я проверю всех троих… если это тебя успокоит, конечно.

Морна вздрогнула, потом тихо, почти шёпотом:

— Проверь.

— Хорошо, — кивнул я Морне, а сам тем временем встал, и подошел к Лорику. Раз уж такое дело… нам самим неплохо бы знать, что Лорику никто ничего не подсадил.

Мальчик сидел в углу, не сводя с меня серьезного взгляда. Он понимал, что говорят о важных вещах, вот только не понимал их сути.

— Лорика тоже, на всякий случай, — пояснил я Рыхлому, опускаясь рядом с мальчиком на корточки. — Чтобы и тебе было спокойно.

Я положил Лорику ладонь на плечо, тот вздрогнул, но не отстранился. Лишь посмотрел на меня снизу вверх с тем самым серьезным выражением, с каким нас слушал.

«Анализ».

Виски пронзило болью, и перед глазами появилась информация.

Про духовный корень, и про то, сколько осталось Лорику жить. Сказать, что были серьезные подвижки к выздоровлению,