ЭнергоМорф II. Защитник. Том I - Максим Балашов

дыхание и мир идёт кругом. Он забыл, как дышать. Забыл, что сидит на дороге, что рядом Василий машет перед его лицом рукой. Забыл всё, кроме этой картины — открывшейся, пугающей и до боли ошарашивающей.

Глава 7

Мир вокруг Краса потускнел, будто кто-то повернул регулятор яркости на минимум, а потом выдернул лампочку из розетки. Все растения и земля окрасились в серые, мертвенные цвета — траву словно присыпали пеплом, деревья превратились в скрюченные, обгоревшие свечи. Вода в болоте бурлила, выпуская чёрные пузыри — они лопались с противным чавканьем, оставляя на поверхности маслянистую плёнку. Водоём больше походил на место разлива нефти, чем на обычный топняк, где летом квакают лягушки и цветут кувшинки. Теперь здесь не квакали даже лягушки — слишком умные твари, чтобы оставаться в гиблом месте.

Повернув голову в сторону церкви, Крас увидел ещё более страшную картину. Здание оказалось чёрного цвета — не просто тёмного, а поглощающего свет, будто вырезанного из куска ночного неба. Крест, возвышавшийся на макушке купола, был перевёрнут вверх тормашками, как знак какого-то сатанинского карнавала. Вороны, сидевшие на ветках деревьев — десятки, а может, и сотни чёрных птиц, — сверкали красными глазами. Глазами цвета запёкшейся крови. Все их взоры были направлены на молодого человека. Они как будто ждали свою жертву для поедания после гибели — терпеливо, голодно, не сводя алых зрачков.

Что больше всего обескуражило Сергея, так это существо, стоящее на крыльце церкви. Вместо батюшки — дородного, в золотых ризах и с окладистой бородой — на Краса в упор смотрела жуткая тварь. Смесь обезьяны и волка: мощное коренастое тело, покрытое жёсткой чёрной шерстью, длинные передние лапы с когтями, от которых даже воздух, казалось, отшатывался. Огромная собачья пасть со свисающей по углам слюной скалилась в его сторону, обнажая жёлтые, сточенные клыки. Маленькие рожки — не больше мизинца, но острые, как иглы, — увенчивали макушку головы страшного чёрта. Именно так окрестил его Сергей. А кто это мог быть, кроме дьявольского отродья, с рогами и хвостом? Хвост, кстати, тоже имелся — длинный, голый, с кисточкой на конце, словно у крысы-переростка.

Волосяной покров не скрывала даже ряса — ткань натянулась, грозя лопнуть в любой момент. Да и выглядела она в энергоспектре зрения совсем по-иному. Одеяние больше походило на лохмотья из старого мешка, перепачканного дёгтем и кровью. Кровавые следы проглядывали на рукавах и ладонях беса — свежие, ещё липкие. От странной фигуры тянулись чёрные пульсирующие нити к ядру Краса. С каждым энергетическим скачком Сергей чувствовал удар по своему энергокаркасу — будто кто-то бил кувалдой по позвоночнику, целясь прямо в основание черепа. Но что-то не давало чёрной твари закончить начатое. Какая-то сила, невидимая, но мощная, отбрасывала её попытки, оставляя только лёгкие касания вместо сокрушительных ударов.

Переведя взгляд в противоположную сторону дороги, Сергей увидел обратную картину. Мужской монастырь оказался приятного белого цвета — молочного, с оттенком слоновой кости, — а крест на вершине возвышался правильно, прямой, как устремление души в небо. И от него исходил очень яркий свет — не ослепляющий, не режущий глаза, а мягкий, тёплый, как от маминых рук. Фигура, стоящая на крыльце здания, лучилась кристально чистым и благим сиянием. Это был молодой парень с красивыми чертами лица — точёный нос, волевой подбородок, высокий лоб, — и обворожительной улыбкой, от которой хотелось улыбнуться в ответ. За его плечами красовалась пара небольших крыльев — белых, с золотистым отливом, перо к перу. Летать на опахальчиках явно не получится, слишком маленькие, даже для ребёнка. Но выглядело это впечатляюще. Как иллюстрация к старой библии, только без пафоса и санкций.

Россыпь белых, светящихся праведным огнём шаров тянулась от фигуры ангела к телу Сергея. Они так же пульсировали, повторяя ритм чёрных сгустков — как две танцующие пары, делящие одну сцену. И именно это позволяло Красу оставаться на ногах. Белые шары гасили удары чёрных нитей, превращая смертельные тычки в лёгкие толчки. От светлой фигуры тянуло любовью, лаской, спокойствием и безмятежностью — хотелось закрыть глаза, расслабиться, довериться. Тогда как чёрный бес навевал только чувства опасности, страха и близкой смерти. Липкий ужас, от которого подкашиваются колени и пересыхает во рту.

Крас перевёл взгляд с одного на другого, чувствуя, как где-то между этими двумя полюсами мечется его собственное ядро, пытаясь выбрать — или удержать равновесие.

— Ух ты ж, ёлки-палки, — тихо выдохнул он, не веря своим глазам. — А говорили, чертей не бывает. И ангелов, кстати, тоже. А они вон как устроились — по соседству, через дорогу друг от друга. И никто не знает. Или знают, но молчат.

«Твою мать, да они чё меня, разорвать собрались?» — промелькнуло в голове Краса, породив звериную ярость внутри его души. Какого хрена они себе позволяют? Какие-то церковные прихлебатели, один с крыльями, другой с клыками, тянут его энергетическое ядро в разные стороны, будто канат на соревнованиях по перетягиванию.

— Эй, уроды, я вам что, приз какой-то? — рявкнул парень что есть мочи, голос его прокатился по парковке, спугнув пару ворон с чёрными глазами. — А ну убрали свои пакши! Или сожгу ваши лачуги к е…ням собачим! — Он вскочил на ноги, сжал кулаки и выпучил глаза, пытаясь придать себе максимально угрожающий вид. — Устроили тут тяги-перетяги. Я вам не перетягиваемая игрушка, понятно⁈

Противоборствующие стороны явно были обескуражены услышанным. Ангелок и чёрт — оба, как по команде, — моментально отвернулись от парня и, не сказав ни слова, проследовали внутрь своих обителей. Хлопнули двери — у одного с мелодичным звоном, у другого с глухим, могильным стуком. А Сергей тотчас почувствовал улучшение самочувствия. Тошнота отступила, головокружение рассеялось, температура тела вернулась к норме. Он вздохнул полной грудью — первый раз за последние несколько минут.

Зайдя во внутренний мир и сменив спектр зрения, он понял, что многое изменилось. Пропали фигуры, стоящие на крыльцах храмов, — и чёрт, и ангел испарились, словно их и не было. Исчезли и энергетические нити, тянущиеся к его телу. Ни чёрных пульсирующих стержней, ни белых ласковых шаров. Натренированная энергетическая система души — та самая, что так долго и упорно оттачивалась в храме Шао Лань, — моментально вернула каркасу работоспособность и нормализовала все процессы внутри организма. Будто ничего и не случалось.

Покрутив головой — сначала налево, потом направо, потом по кругу, — Сергей очень заинтересовался тем, что увидел за своей спиной. В том