Магия рун - Алекс Рудин

Затем мне подали густой суп из протёртых овощей со сливочным маслом, лесными грибами и хрустящими гренками. На второе — шашлык из ягнёнка, замаринованного в медовом соусе. К мясу принесли зелень с местных огородов, а запивать эту вкуснятину полагалось лёгким виноградным вином.

— Вино из личных запасов Великого Визиря Лачанги, — многозначительно объявил официант.

А затем на столе появилась свежайшая рыбная кулебяка, в которой я узнал творение Прасковьи Ивановны.

— Так Леонид Францевич всё же вызнал рецепт кулебяки у моей кухарки, — рассмеялся я. — Тогда я за него спокоен, без посетителей его трактир точно не останется.

— Кулебяка пользуется у наших гостей большим успехом, — подтвердил официант.

Я решил непременно рассказать об этом Прасковье Ивановне, пусть порадуется.

Когда я наелся так, что больше не мог вместить в себя ни кусочка, официант поставил на стол воздушное розовое суфле, украшенное ягодами и сахарной пудрой и крепкий кофе с густыми сливками.

Такой же десерт подали остальным гостям. Посетители встретили его одобрительным гулом.

Наконец широкие двери кухни торжественно распахнулись. В зале появился главный создатель сегодняшнего кулинарного чуда. Белый фартук и высокий поварской колпак изменили его до неузнаваемости.

Гости аплодировали, не жалея ладоней, и я хлопал вместе со всеми. На круглом лице Леонида Францевича играла гордая улыбка. Это был настоящий триумф, и эксперт Тайной службы полностью его заслужил.

— Браво! — крикнул кто-то из гостей за дальним столиком.

Остальные подхватили:

— Браво, господин повар!

А я подумал, что уговорить Леонида Францевича вернуться в Столицу будет невероятно трудно.

Леонид Францевич величественно раскланялся, а затем снова скрылся в кухне. Появился через несколько минут в обычной одежде и подсел ко мне за столик.

Цепкий взгляд эксперта скользнул по пустым тарелкам.

— Вам понравился обед? — добродушно улыбнулся Щедрин.

— Он был великолепен, — честно ответил я. — Леонид Францевич, вы нашли своё настоящее призвание.

— Так и есть, — довольно кивнул некромант. — Не стану врать, это получилось случайно. Я давно хотел открыть свой собственный трактир, а тут подвернулся такой замечательный случай. Вышла только одна загвоздка — я никак не мог найти хорошего повара, вот и пришлось самому становиться к плите.

— И выяснилось, что вы не только любите хорошо поесть, но и отлично готовите, — улыбнулся я. — А почему вы мне ничего не рассказали?

— Я собирался пригласить вас в гости, — рассмеялся Щедрин. — А вы сами появились. Опять ваша знаменитая интуиция?

— Наверное, — согласился я.

Высокая волна с шумом разбилась о камни у самых ступеней террасы. Вместе с порывом ветра до нас долетели солёные брызги. «Ворон» всё ещё стоял у причала, и я ощутил мгновенное желание подняться на борт и снова отправиться в плавание.

Леонид Францевич взмахом руки подозвал официанта:

— Принесите мне глинтвейн, — сказал он. — Александр Васильевич, хотите горячего глинтвейна? Этим рецептом со мной поделился пленный английский маг во время Балканской кампании.

— Звучит заманчиво, но я выпью ещё кофе, — отказался я.

— Одну минуту, господа, — кивнул официант и убежал.

Леонид Францевич повернулся ко мне:

— Что ж, Александр Васильевич, расскажите — как дела в Столице. Вы ведь не просто так появились на острове?

Глава 10

Я рассказал Леониду Францевичу про убийство владельца рунной лавки. Не забыл упомянуть о всех странных происшествиях последних дней.

— Эта зараза распространилась по всей Столице, — сказал я, имея в виду руны. — Проникла даже в Императорскую академию. А мы всё ещё не можем выяснить, откуда взялись руны. Всё, что у нас есть — несколько версий.

Леонид Францевич делал вид, что внимательно слушает меня. Он даже снял с головы свой роскошный колпак и положил его на стол. Эксперт кивал в нужных местах моего рассказа и задавал уточняющие вопросы, но я чувствовал, что наш разговор ему не слишком интересен.

Наконец Леонид Францевич сказал:

— Вы непременно во всём разберётесь, Александр Васильевич. Я не сомневаюсь в вашем упорстве и талантах.

В этом «вы» был ясный ответ на вопрос, который я ещё не успел задать.

Леонид Францевич не собирался возвращаться со мной в Столицу. По крайней мере, до окончания отпуска.

Стоило мне замолчать, как он сразу же перевёл разговор на кулинарную тему.

— Послезавтра мне в трактир должны доставить мясо дикого кабана. Я договорился об этом с императорскими егерями. Представляете, что это будет за объедение? Мясо довольно жёсткое, но я потушу его на медленном огне с душистыми травами, так что оно будет таять на языке. Непременно загляните попробовать, я пришлю вам зов. Имейте в виду, такая удача выпадает не часто.

— Сколько лет вы не были в отпуске? — прямо спросил я.

— Уже и не помню, — признался Щедрин. — Кажется, в последний раз я отдыхал, когда возвращался в Столицу после победного завершения балканской кампании. Тогда мой армейский приятель уговорил меня заглянуть ненадолго в его имение, и там я прогостил полгода. А потом была Столица, назначение в Тайную службу, и пошло-поехало!

— В таком случае не буду мешать вашему отдыху, — улыбнулся я. — Скажу честно, я надеялся на вашу помощь, но мы постараемся справиться сами. В общем, ничего страшного. Новый эксперт очень старательна, и умеет работать с уликами. Конечно, у неё дар целителя, а не некроманта, но у каждого свои особенности.

— Что за новый эксперт? — удивился Леонид Францевич.

— Так вы ничего не знаете? — улыбнулся я. — Никита Михайлович предполагал, что ваш отпуск затянется, и вызвал вам на замену эксперта из Вологодского управления. Её зовут Ирина Витальевна Суворова. Характер у неё непростой, но к делу она относится профессионально.

— Действительно хорошо работает? — заинтересовался Леонид Францевич.

— Она осматривала рунную лавку и тело её владельца. И сразу же заметила подозрительные обстоятельства.

— Надо же, — покачал головой Леонид Францевич.

Я ожидал, что в нём заговорит профессиональная ревность, но эксперт о чём-то задумался. А я пока подозвал официанта и попросил принести мне ещё кофе.

— Вы упомянули, что у неё непростой характер, — сказал Леонид Францевич. — Что вы имели в виду?

— Ирине Витальевне всё время кажется, что её экзаменуют, — улыбнулся