Магия рун - Алекс Рудин

Для разнообразия я не стал его торопить. Если уж он пришёл в этот кабинет, значит, расскажет всё.

— Я уже сказал вам, что знал Аркадия Юсупова с детства, — начал Силантьев. — Поэтому когда он появился у меня на пороге ночью, промокший и голодный, я не мог его выгнать. Я должен был хотя бы выслушать его.

— Он сказал вам, что бежал из ссылки? — спросил я.

— Да, — кивнул Силантьев. — Он сбежал на английском торговом корабле, ему помог кто-то из команды… за деньги, разумеется. Вернее, за золото. В ссылке Аркадий тоже стал целителем, он лечил местных жителей, а они расплачивались с ним золотым песком. Это золото и пригодилось ему для побега. Аркадий мог уплыть в Англию, хорошие целители нужны везде, а он стал хорошим целителем. Но он предпочёл добраться до Столицы.

Мне показалось, или в голосе Силантьева я расслышал гордость за молодого Юсупова?

— Вы одобряете его поступок? — спросил я.

— Одобрял, — ответил целитель. — До поры, до времени.

Зотов нетерпеливо хлопнул ладонью по столу.

— Рассказывайте факты, — напомнил он. — Моральную сторону ваших поступков мы обсудим потом, если будет время.

— Простите, — послушно кивнул Силантьев. — Аркадий пришёл ко мне ночью. Я впустил его в дом и накормил. Он рассказал мне о своём побеге, а я спросил, зачем он вернулся в Столицу.

— Что он вам ответил? — поинтересовался я.

— Он сказал, что хочет заслужить прощение императора. Он открыл новую магию, которая обладает невиданной целительской силой.

— Вы говорите о рунной магии? — нахмурился я.

— Именно. Аркадий рассказал, что нашёл эти руны где-то в сибирской тайге и потратил несколько лет на то, чтобы понять их смысл и назначение. По его словам, он уже вылечил несколько человек и написал о своём открытии в канцелярию Его Величества. Но сибирский губернатор запретил отправлять письмо.

— С чего вдруг? — резко спросил Зотов.

— Аркадий уверен, что у их рода остались недоброжелатели в Столице. Они не хотят позволить роду Юсуповых возродиться.

— И лучшее, что он смог придумать — это сбежать из ссылки и явиться в Столицу лично?

— Я тоже сказал ему, что это неправильно, — согласился Силантьев. — Я посоветовал ему сдаться полиции или Тайной службе. Но он не захотел меня слушать. Он просил, чтобы я помог ему.

— О какой помощи он говорил? — нахмурился Зотов.

— Он собирался вылечить больного, от которого отказались обычные целители. Я должен был помочь ему найти такого больного и стать свидетелем лечения.

— И вы взялись ему помогать? — спросил я.

Силантьев снова сжал набалдашник трости.

— Я не мог отказать Аркадию. Поймите, я ведь знал его с детства. Аркадий не виноват в том, что его отец сошёл с ума. Он пострадал просто из-за своей фамилии, из-за принадлежности к роду Юсуповых. А теперь и Юсуповых не осталось, кроме него.

Целитель тяжело вздохнул.

— Вы приютили Аркадия Юсупова у себя в доме? — прищурился Никита Михайлович.

— Да, — кивнул Силантьев. — Он попросил выделить ему одну комнату под лабораторию. Обещал никуда не выходить из дома, чтобы не навести на меня подозрения.

— Он с кем-нибудь встречался?

— В моём доме — ни с кем, кроме меня.

— А в других местах? — нахмурился Зотов.

— Я к этому и веду, — торопливо кивнул целитель. — Вы позволите мне продолжить?

— Говорите.

Силантьев снова откашлялся, потом нерешительно взглянул в угол, где стояла жаровня.

— Мне бы чашку кофе…

Зотов посмотрел на меня.

— Александр Васильевич, вас не затруднит сварить нам кофе? Лучше вас этого никто не умеет.

— С удовольствием, — усмехнулся я.

Когда я занялся джезвами, Силантьев заговорил свободнее. Было видно, что моё внимание его нервирует, а теперь я повернулся к нему спиной, и он сразу успокоился.

— Если говорить коротко, то Аркадий Юсупов меня обманул, — признался целитель. — Я думал, что он хочет заслужить прощение императора, но он задумал что-то другое. И снова я узнал об этом слишком поздно.

— Что вы имеете в виду? — поинтересовался Зотов. — Рунная магия оказалась обманом?

— Нет, — покачал головой Силантьев. — Не магия, а то, как Аркадий собирался её использовать. Чтобы вы всё поняли, мне придётся объяснить, как работает рунная магия.

— Так объясняйте, — тряхнул головой Никита Михайлович.

Целитель поёрзал на стуле, затем прислонил трость к стене и поднялся.

— Мне удобнее подбирать слова, когда я стою, — признался он.

Я покосился на Силантьева. Легко было представить, как он стоит перед лежащим пациентом и убеждает того следовать предписанному лечению. Грузная фигура целителя в строгом сюртуке внушала доверие.

— Я говорю со слов Аркадия, — начал Силантьев, — но у меня была возможность убедиться, что он не ошибается. Дело в том, что все руны магическим образом связаны между собой. Если говорить совсем коротко, то целитель может нанести руну на своё тело и на тело пациента, и таким образом привязать дар больного к своему магическому дару. При помощи этой магии целитель способен напрямую подпитывать дар пациента, не позволяя ему угаснуть.

Силантьев заложил руки за спину и прошёлся по кабинету.

— Это не совсем точно, — добавил он. — Скорее, целитель через себя связывает дар пациента с магией и позволяет ей лечить больного.

— Понятно, — кивнул Зотов. — Продолжайте.

— Аркадий продемонстрировал мне рунную магию в действии, и я убедился, что она работает, — вздохнул Силантьев.

— Он вылечил больного на ваших глазах?

— Нет, без проверки я не мог доверить ему пациента. Поэтому…

Целитель не договорил и принялся расстёгивать сюртук. Аккуратно повесил его на спинку стула, затем снял рубашку.

На груди Силантьева острым скальпелем был вычерчен знакомый рунный знак.

— Вы отчаянный человек, господин целитель, — удивлённо присвистнул Зотов, разглядывая шрамы. — Доверились беглому ссыльному.

— Я хотел помочь Аркадию, — повторил Силантьев. — А другой возможности убедиться в его правоте у меня не было. Хороший целитель всегда проверяет незнакомое лекарство на себе, прежде чем дать его больному.

Леонид Францевич подошёл ближе.

— Вы позволите взглянуть?

Он вгляделся в шрамы, затем провёл над ними пухлой ладонью и кивнул Зотову:

— Чувствуется магический поток. Этот знак действительно