Фантастика 2026-134 - Мария Заболотская

Казалось поначалу, что нет пределов этому процессу совершенствования, однако он оказался ограничен. Ограничен самим Аланом, глубиной его восприятия и тем, насколько хорошо он сможет сонастроить тот паззл, что сделали из него несколько слоев мутаций. Кривых, корявых, не всегда удачных, и все же, давших нечеловеческую силу и ловкость.

И магию...

Гибрид человека и магического зверя.

Алан знал, что если доживет до того того момента, когда сведет их идеально, то сможет иметь детей даже не превращаясь в человека. Знал, что станет чудовищно силен, и сможет удерживать голыми руками ту же виверну, и свернуть ей шею, как курице. Знал, но заглядывать столь далеко пока бессмысленно, потому что он только-только начал этот путь, и до его конца очень далеко.

Даже то, чего он добился прямо сейчас, дало ему невероятное могущество. Алан смог ударом ладони снести дерево в полусотне метров от него, вырвав его из земли. И деревце-то не тоненькое! Пока оно летело, он успел продырявить его в десятке мест, пробив насквозь ударами пальцев, так и не двинувшись с места. Конечно, это не уровень могущества действительно сильных магов, но приближается к нему у магов средних. Только без магии!

Решив, что большего пока не добиться, Алан спустился в лабораторию, и дольше месяца оттуда не вылезал вообще, создавая себе новый доспех, мечи и прочую экипировку. Теперь, когда его магия стала сильнее, и еще более разряжена, что подняло контроль, он вложил все, что умел в это занятие.

Доспех, получившийся в итоге почти не отличался от доспеха Школы Волка чисто внешне. Кроме разве что черненой кольчуги, прикрытых подвижными "ребрами" боков и боевых браслетов на руках. Перчатки он сделал из тончайшей кожи, словно их вообще нет на его руках. Он мог ощущать даже мельчайшие движения меча в руке, и это было великолепно.

Экипировавшись, Алан уволил Мирту, и при этом дозволил ей и дальше жить в поместье. Оставил денег на житье, и покинул это место, разрешив вход и выход только себе и Мирте. Маленький кусочек рая, вечного лета, остался далеко за спиной, а купленный конь трехлетка понес ведьмака на большак.

1244 год. Где-то на севере Темерии.

Алан отпрыгнул назад, встав на твердую почву, и моментально опустил руку в болотную воду, складывая привычный Знак Кальд. Вода тут же схватилась ледком, который менее чем через секунду заковал мелководье на всю глубину, вместе с половиной тела твари.

- Охреневшие тут кикиморы, слов нет. И не смей в меня плеваться! - Рыкнул ведьмак, тряхнув мечом, и отменяя магический щит-зонтик, сгенерированный рунами на лезвии. Яд упал на лед, и стал его медленно проедать насквозь. Алан мелькнул, и голова твари отделилась от тела.

- Вот так. А то визжит, как недорезанная свинья.

Убрав лед, он вытащил кикимору на сушу телекинезом, и разделал сразу пятью летающими ножами. Вырвав из ее тела все полезные ингредиенты, Алан цепанул голову крюком, и прицепив ее к боку коня, поехал сдавать заказ. Кикиморы, вообще-то полезны, как и другие монстры, регулируя демографическую ситуацию, потому как перенаселение никому не нужно. Придется осушать болота, создавать искусственное орошение и много всего прочего, чтобы прокормить большее количество людей, а это дорого и никому не нужно. Монстров, на самом деле, не так уж много осталось, и пусть не все, но они бывают полезны в политическом смысле. Но конкретно эта кикимора "прокололась" и сожрала родного и любимого брата солтыса. Увы. По итогу кикиморе секир башка, а одному красноголовому ведьмаку - почет, уважение, и деньжат перепадет.

Закрыв заказ, Алан зашел выпить в таверну, и присел за столик в дальнем углу. Выглянул в окошко, и поморщился. Снег с дождем. Скоро зима.

Вообще-то у него был выбор, как провести зиму. Либо поехать в Вызиму, к вдовствующей, но молодой графине Вильска. То, что она траванула престарелого муженька - факт, и Алан справедливо опасался, что его постигнет та же судьба. Либо же, рвануть в Каэр Морхен. Давно там не был, лет так тридцать, если не больше. Даже тридцать два, вообще-то.

- Давненько, однако, - шепнул себе под нос молодой человек, лет двадцати на вид, с красными, как медь на солнце, волосами. Желтые кошачьи глаза пробежались по залу таверны, отмечая все, вплоть до малейшего движения посетителей, включая шевеления губ, которые подсознание моментально преобразует в неслышную другим речь. - Пожалуй, надо бы наведаться домой. Определенно.

Алан допил дрянной эль, и вышел. Через несколько минут после того, как он покинул деревню, или скорей маленький городок, в тени осеннего леса не осталось ни следа коня и всадника. Портал перенес его в Реданию. Там он воспользовался стационарным порталом, сеть которых создал давным-давно, и за сутки добрался до прохода в долину Каэр Морхена. Въехал внутрь, спустился с горы, и подъехал к замку.

За тридцать лет он почти не обветшал, да и звуки со двора не изменились. Кто-то сражался на мечах в медленном темпе, без применения Знаков или "проникающих ударов", просто тренировочный бой. Алан остановился у закрытых ворот, и не слезая с коня, пнул по ним, да так, что те задрожали с ясно слышимым гулом.

- Сука, ну кто там ломится?! - Послышался знакомый голос. Алан усмехнулся. Надо же, выжил паскудник. А ведь далеко не сильнейший из последнего выпуска. Скорее третий или четвертый снизу списка. Не самый талантливый, а всеж-таки выжил. Алан вспомнил того мелкого матершинника, вечно злого и глядящего на всех вокруг волчонком. - Ты кто, блядь, такой? - Раздалось сверху, с приступки над вратами.

- Ламберт, еще раз сматеришься, и я заставлю тебя бегать по Мучильне от рассвета до заката! - Рявкнул ему в отвел Алан.

С той стороны ворот что-то явно упало, перекатилось и матюгнулось, но тихонько.

- Ламберт, ты чего это такой неуклюжий? - Раздался растеряный басок.

- Щас и ты неуклюжим станешь, верзила. Открывай, давай, ворота, живее!

Ведьмаки открыли ворота, подняли решетку, и Алан въехал внутрь.

- Ну, привет, ученички, - хищно усмехнулся ведьмак, и Ламберт с Эскелем вдруг как-то разом икнули. Рассмеявшись, все трое обнялись, и потопали в сторону конюшни. Алан - обиходить коня, а ребята за компанию, спрашивая за жизнь. Впрочем, вскоре они вернулись к тренировке, тогда как красноголовый продолжил заниматься конем. Лишь задав ему овса, он