Погоня за судьбой - Ди

Я хотела, чтобы он испугался — испугался смерти… но он не боялся. А мне нужно было хоть куда-нибудь выстрелить.

Резко обернувшись, я навскидку прицелилась в чучело рипера, и один за другим сгустки плазмы с хлопками посыпались в несчастную зелёную тушу. По комнате полетели куски чешуи и ошмётки деревянной облицовки, вспыхнула занавеска на окне. Дверь распахнулась, на пороге показались пара вертухаев с пистолетами наготове, и тут же взяли меня на мушку.

Альберт вскинул руку и скомандовал:

— Не стрелять! Лучше сгоняйте за огнетушителем, да побыстрее! А она — пусть себе идёт куда хочет.

Опустившись в кресло, он исподлобья процедил:

— Девять часов и пятьдесят пять минут.

Я развернулась и стремительно покинула помещение, напоследок грохнув дверью так, что задребезжали стёкла. И шаги мои звучали в пустоте — в тишине изгнания. Там, за этой дверью, осталась вся моя прежняя жизнь — кривая, кровавая и… чужая…

Глава XIV. Срок годности

… Оседлав «Хускварну», я производила последнюю проверку снаряжения. Все застёжки были туго подогнаны, бронежилет сковывал грудь. В подсумник были уложены несколько магазинов и пара гранат. В двух кобурах под мышками — компактные пистолеты-пулемёты с глушителями, а на поясе — моя верная катана с двадцатью девятью насечками. Хорошо, что я оставила её там, на месте ночлега — возьми я её с собой на заброшенную взлётку, вероятнее всего, пришлось бы попрощаться со стальным напарником навсегда. Как с Элли Стилл…

Нагнувшись, я закатала штанину, нащупала углубление и надавила на него пальцем, как учил меня Рамон. Из паза показалась небольшая капсула, и я осторожно, чтобы не пролить ни капли, выдавила туда заготовленную ампулу. Защёлкнув резервуар, заправила штанину в армейский полусапог и выпрямилась.

— До цели одна минута, — протрещал в наушнике дядя Ваня. — Лиза, готовься на выход. Твой клиент вышел из машины и поднимается на крыльцо.

— Я готова, как никогда. — Надвинув на лицо чёрную маску хищного насекомого, я взялась за штурвал гравицикла.

Летающий конь взбрыкнул и оторвался от ребристой поверхности переходного шлюза. Взглянув на приборную панель, я мысленно выругалась — индикатор заряда аккумулятора помаргивал жёлтым, и по прогнозам бортового компьютера энергии хватит километров на триста. «Дурёха, так и забыла зарядить машинку… Ладно. Заряда немного, но мне хватит с лихвой».

— До цели — двадцать секунд, — объявил дядя Ваня. — Надюша, открывай шлюз.

— Есть открыть шлюз, — невозмутимо отчеканил женский голос.

Цилиндрическая камера поползла на разворот. «Виатор» едва заметно потряхивало в воздушных ямах — расправив атмосферные крылья, он проплывал над городом внутри плотного слоя облаков на скорости двести пятьдесят километров в час. Сдвигавшиеся перед глазами патрубки, кабели и технические узлы сменились широкой каймой изоляционного покрытия, и через секунду в шлюз ворвался задорный ветер с водяными брызгами.

Снаружи, от кормы корабля отделялся какой-то нереальный шлейф пустоты среди серой кипящей мглы — маршевый двигатель, работавший на минимальной мощности, прожигал в облачном фронте полосу, которая затягивалась метрах в двухстах передо мной, будто невидимая сила развернула во времени бесконечно рвущееся толстое ватное одеяло. Оно стягивалось срастающимися волокнами и вновь плотно смыкалось в непроглядную серую стену.

— Мы над целью, — прорвался сквозь шум ветра механический голос дяди Вани. — До отключения охранных систем здания — минута. До отключения энергии — три. Отсчёт пошёл. Давай, Лиза! Ни пуха, ни пера!

— К чёрту вас всех! — Я потянула акселератор на себя, ховербайк ринулся вперёд и через секунду нырнул в серую заверть.

Уши заложило, и вместе с невесомостью свободного падения меня вихрем подхватило чувство свободы. Верхом на стальном коне я рассекала мглу и, словно ребёнок, визжала от нежданной радости — тем беззвучный криком, каким кричала когда-то, качаясь на качелях или катаясь с ледяной горки. На минуту девочка Лиза вернулась из небытия, чтобы оседлать ураган. По телу сквозь боевой комбинезон стегали капли воды, разбегались суетливыми кляксами по обзорному стеклу маски…

Высота — один и три… Один и один… Ноль-девять… Ноль-семь… Вывалившись из завесы облаков, я окунулась в плотные потоки воды прямо над столицей. Город вальяжно развалился внизу, равнодушной стальной кляксой выдавливая леса и болота вокруг себя. Где-то далеко — отсюда было не видать — высокая стена окаймляла Айзенштадт, превращая его в неприступную крепость, которую мне никогда не удалось бы взять самостоятельно.

Движки натужно загудели, меня вжало в сиденье, и гравицикл, обуздав гравитацию, по спирали устремился вниз, к гигантскому прямоугольнику Дома Правительства Каптейна. Ветер заиграл «Хускварной», будто котёнок, дорвавшийся наконец до вожделенного клубка. Гравицикл толкало и бросало в стороны, но я крепко держала штурвал, выписывая окружность за окружностью. Наконец хищный зверь нырнул вниз, спрыгнул на крышу огромного бетонного ящика, по инерции докатился до ближайшей коробки с технической дверцей и сел на брюхо.

Вперёд! Спуск на служебную лестницу преграждала символическая дверь. Выхватив оружие, я короткой очередью разворотила замок и вышибла створку ногой. Лучший, излюбленный мною способ проникновения в здание — через служебный вход на крыше…

Связи с кораблём больше не было, поэтому я полагалась на план, в самом эпицентре которого сейчас находилась. Через пятьдесят секунд в здании выключится освещение. Моя цель была на четвёртом этаже, в своём кабинете. Вероятно, министр финансов Комендатуры сейчас разбирал за столом бумаги, принесённые услужливым секретарём-референтом. Начинался рабочий день — последний день в жизни министра.

Приложив мысленное усилие, я всем телом почувствовала, как в горячую кровь поступает «Персистенс» — боевой стимулятор, — насыщая кровоток чистой энергией, словно ракетным топливом, готовым к воспламенению. Волна дрожи пробежала от макушки вниз, до того, что осталось от бёдер, кристальная ясность сознания вычерчивала вокруг все линии видимых объектов — лестницы, стен, датчиков дыма на потолке. В текстурах я уже видела мельчайшие подробности, трещинки, шероховатости. Разум мягко ухватил время за незримую руку и потянул его назад — оно замедляло ход, ускоряя моё тело…

Выхватив второй пистолет-пулемёт с глушителем, я перемахивала через три ступени кряду. Четыре пролёта служебной лестницы остались позади, я оказалась перед выходом на этаж, и в эту же секунду погас свет. Сейчас Ваня ставил программный блокиратор доступа к городской энергосети и старательно зачищал следы своего вторжения, а «Виатор», описывая над городом широкую дугу, готовился уйти далеко на север, в необитаемую зону, чтобы переждать намечавшийся хаос.

Я включила прибор ночного видения и сделала глубокий вдох.

«А теперь — входим на этаж».

Свист кинетических усилителей, мощный пинок с оттяжкой — и дверь распахивается внутрь. В двух метрах от меня