Новые опасные видения - Харлан Эллисон

А иногда на борту гравитации нет. И койки все равно работают.

Гордон Лестер Уоллес сохранил три V-лычки и топ-рокер, когда оставил «береговую службу» и вернулся на борт «Джеймса О. Истленда» с отделением коспехоты, но лишился должности: командиры не требовались, так что он оказался замкомандира во взводе лейтенанта Джимми Рейни, под началом сержанта Бо Фэллона. Не самое плохое отделение или взвод, да и о чем разговор – текучка у армейцев такая высокая, что велик шанс со дня на день дождаться вакансии для опытного командира.

Не то чтобы ГЛУ желал Бо смерти. Чорт, да хватит и маленького увечья – главное, чтоб не оч маленького. Бо выйдет из строя, Горд снова станет командиром, а когда Бо вернется из лазарета, уже он останется не у дел! Так оно и бывает.

И вот Горд висел в мешке (чепец накрепко повязан на подбородке), видел миленькие сны о какой-нить прыткой нов-алабамской крошке (мож, мисс Милзад Маркэм, а вообще, мож и нет) в нескольких часах ходу от коспорта Форт-Сили-Мэй, уже пожравши, пришедши, снарягу закинувши, оружие сдавши, доложивши старшему офицеру, командиру Бо, в корабельный реестр, капеллану, квартирмейстеру, ротному писарю & необходимому минимуму остальных, шумно продрыхши к раздражению тех, кто встает пораньше (?), как тут жилотсек, где он находился, наполнился глазовыжигательным светом, и бедный старый Горд вздрогнул, трижды проморгался, чтоб свет прекратился, но он не то что не прекратился, а ищо начался и скажем так звук & пробурился ему в уши такой низкий, что чувствовался скорее в зубах (чортовы задние коренные, по ним давно зубной плачет, но в наши дни нов-аламским коспехам чутка не хватало дантистов) вибрировал весь чортов череп & до самой чортовой макушки и трясло всего, пока не казалось, будто чортов звук льется из ушей, а не в них, и Горд мотал башкой, как стрекоза скользит бочком где-нить под солнышком, и даже в затянутом крошечном чепце умудрился подскочить да треснуться о какую-то подпорку, подбалку или подлянку бам черепушку коцнул зубами клацнул жмуренные глаза отважно распахнул навстречу хренову ультрасинему свету побудки и чет пробубнил неразборчиво в том духе, что могли б будить отделение коспехоты на борту растреклятого «Джеймса О. Истленда» и понежней, когда по стандартному корабельному времени пора харчевать.

После харча – зарядка на бортовом плацу, и командир отделения генерал-полковник «Огнезад» Брондзот обратился с речью.

– Южики – начал генерал-полковник «Огнезад» Брондзот (по имени его в нов-алабамских войсках никто не звал, можно поставить на это свою ж*пу)– южики (малец повторяется) – лучшее подразделение во всей нов-алабамской космопехоты.

Грянул ликующий хор с припоминанием исуса и святого георгия.

– А нов-алабамские коспехи – лучшие силы во всех плане нах тарных воору сука женных силах. – Он сплюнул на палубу. Лихой дядька, ток в путь!

(Продолжительные и бурные аплодисменты.)

– А нов-алабамские планетарные воору сука женные силы – повышая голос – эт лучшие войска на всех чистых южанских белых планетах под Богом & Сыном Иво Исусом Георгием Христом!

– Да! – отвечали все, громко & воодушевленно.

– А чистые южанские белые планеты – уже орет во всю луженую глотку старина Огнезад, щелкая своими казенными коспехскими подтяжками да вертя головой да глазами – эцсамые крутые, злые, яйцастые, «в рожу плюнут да в зубы двинут» – мужики во всей шобее галактике! – Он аш скакал с красной рожей да воплями.

Как и все коспехи.

Горд – он чуть-чуть не обоссался от такого спича. Старина Огнезад – вот это предводитель, эт те не сопли переливать из пустого в порожнее, как у Милберна Митчема, или Юджина Янгермана, или кого угодно из бабских пилитиков. Горд хотел слышать еще.

И Огнезад такой: – Есть и флотские – и помолчал в ожидании реакции, умея играть на публику, даже если она из солдат – есть и флотские, отдадим должное, они кумекают в технике – сказал он, потом снова помолчал, пока по рядам пронесся смешок (пршпрщения).

– Старик адмирал Янси Мурмен – он мне этим утром грит, бут флотские засекли сигналы в своих хрустальных шариках. Мы-то знаем, что там за сигналы. Я вам как есть скажу,– он заговорщицки наклоняется вперед,– седни у нас общая мобилизация и сбор флота; мы планируем – тактощ, мы планируем то самое, к чему самому сток готовились да на что надеялись сток лет: мы сядем на треклятой Нов-Гаити да поставим этих нигра-пападоков на их место раз и навсегда!–

Тутуш коспехи – можете поставить свою *опу – ликовали да улюлюкали да обнимались (порой чуть чутчей да сильней, чем можно ожидать от морпехов, но че поделать, они далече от Лето). Но генерал-полковнику «Огнезаду» Брондзоту было че ищо полить в огонь:

– Но вот другие сигналы, что нашли ребятки Янси – тут он дает проникнуться важностью эцсамого «другие» – эти другие сигналы счас подальше и прут прямиком вперед, и, есьток старик Янси не сел в лужу, он считает, эт чортов нов-гаитянский космофлот! Выт у меня смекаете, что это значит. – Он замолчал и снова огляделся.

– Выт знаете, что это значит! Мы не можем просрать сливки нашей армии на их вонючую планетку, что не стоит ни выеденного гроша да ни ломаного яйца, да тем сам позволить их чортовым кроварным войскам свободно прошмыгнуть к нашему священному дому! Никак нет! Скок дышит Огнезад Брондзот, сток ни один кроварный черный нигра-недолюдь не тронет грязной лапой невинную беззащитную золотисто-кудрявую южанскую крошку. Вы со мной? –

О, играл на публике как по нотам. Онип так и орали, коль он бы не поднял руку.

– Оукей, мужики – подытожил Огнезад – мы летим на сбор, как и планировалось, а потом – прямиком к коварным черным пападокам да выбьем всю дурь из их летающих жестянок, что они зовут космофлотом. Не успеет зайти солнце – (вы канэш понимаете, это он мета сука форически, какое там солнце в большой сияющей бездне) – как старик Гуди Мазакки пожалеет, что не стал официантом или кем там подобает быть нигре, а строил из ся адмирала.

Он закончил речь & ушел & выходили офицеры помладше & толкали речи & выходили всечортовычины до самых младших & толкали речи & наконец-таки вышел унтер & послал всех собирать вещмещички & скафандры & тренироваться & созвал отряды налетчиков & абордажников & проследил, что оружие у них под рукой & боеприпасы на месте & хоть щас в космос & всех обошел капеллан & помолился & пожал ниже пояса & наконец опять все харчевались & прикорнули, а то как начнется битва, уж не знаешь, будет ли оказия.

К концу дня (по стандартному корабельному времени, в космосе-то не разберешь, кромь