Последняя дочь. Книга первая. - Катерина Райдер

Так почему же сейчас я никак не могла отвести от него глаз?..

Тем временем Блэк медленно, но неотвратимо приближался, и с каждым шагом его губы растягивались в такую знакомую и ненавистную мне улыбку.

Ненавистную же?..

Он с вызовом поднял голову, откинув назад чёлку, и провёл ладонью по волосам, убирая их с лица, открывая глаза, в глубине которых пылал демонический огонь.

Адам явно что-то задумал!

Внезапно, словно пробудившись ото сна, я вздрогнула и сквозь шум собственного дыхания, ясно различила своё имя.

– Земля вызывает, Кейт! Эй! Ты слышишь, Кейт?! – пыталась дозваться меня Бриан.

Я посмотрела на неё скорее инстинктивно, но тут же перевела взгляд обратно на Блэка. Сью заметила это, обернулась и громко всхлипнула – Адам уже стоял прямо позади неё.

– А твоя подружка сообразительная, – самодовольно усмехнулся он. – У меня действительно были причины так поступить.

– Что ты здесь делаешь? – спросила я весьма резко, стараясь скрыть волнение за грубостью.

Сюзанна, затаив дыхание, отступила к машине. Её лицо покраснело от смущения. Возможно, знай я, что она наболтала тут секунду назад, тоже бы сгорала от стыда…

– Поговорим? – неожиданно став предельно серьёзным, спросил Адам.

Я шумно выдохнула и покачала головой, не в ответ, скорее от растерянности. Блэк смотрел на меня так, будто мог прочесть каждую мою мысль, в то время как я сама была не в состоянии вычленить ни одной разумной идеи из беспорядочного потока сознания, однако изо всех сил старалась сохранять невозмутимый вид.

– А тебе есть, что добавить к сказанному вчера? – наконец заговорила я, на что рокер выразительно закатил глаза, словно намекая: «Это вполне ожидаемо».

– Снова отвечаешь вопросом на вопрос, – насмешливо констатировал он.

– И ты знаешь, почему.

– А если не знаю?

– То я совсем не удивлюсь. Ведь ты всегда слышишь только то, что тебе хочется.

Адам снова улыбнулся, но на этот раз задумчиво и даже немного грустно. В моей памяти мгновенно возник образ «хорошего парня», который был рядом в трудную минуту: надёжный, заботливый и сопереживающий. Однако, как только Блэк заговорил, в своей привычной манере, видение тотчас рассеялось, уступая место неприятной реальности.

– А я-то думал, глухая стена между нами пала прошлой ночью, – ухмыльнулся он, насмешливо вскинув бровь.

Я разочарованно вздохнула. Обидно то, что вчера и мне казалось, будто наши отношения с Адамом вышли на новый уровень. Я увидела его лучшую сторону – действительно прекрасную! Но, судя по всему, то была лишь игра, очередное развлечение самовлюблённого кретина или, возможно, его временное помешательство. Не знаю… В любом случае, что бы он ни задумал, я не собиралась участвовать в этих сомнительных развлечениях!

– Спрошу ещё раз: зачем ты здесь? – сухо повторила я.

– Она всегда такая бука или только со мной? – ухмыльнулся рокер, обращаясь к Сью.

Подруга, встретив мой протестующий взгляд, сжала губы в молчании. Она была не из робкого десятка, но осознавала, что сейчас лучше не вмешиваться.

– Если у тебя всё, мы уходим, – произнесла я холодно и, не дожидаясь ответа, развернулась к Блэку спиной, готовая немедленно удалиться, но не успела ступить и шагу, как он поймал меня за руку, заставляя обернуться.

– Да погоди ты… – требовательно окликнул рокер.

Я нехотя на него посмотрела через плечо. Обычно тёмно-синие глаза сейчас казались почти прозрачными, словно небеса, прояснившиеся после грозы, а губы медленно растянулись в настолько тёплой улыбке, что моё сердце предательски дрогнуло!

Стараясь сохранить спокойствие, я кивнула, давая Адаму возможность высказаться. Но он молчал, и не просто тянул время, а, казалось, не мог подобрать слов. И тут музыкант снял со своего плеча чёрный тканевый рюкзак – совершенно обычный, ничем не примечательный, такой же, как у многих, в том числе и у меня. Или…

– Ты забыла в моём доме, – почти шёпотом произнёс Адам, протягивая сумку.

Я растерянно взглянула на неё. Действительно, это был мой рюкзак и брелок в виде лепестка клевера на месте.

– Ты мог оставить его в «Роджере» – так же тихо ответила я.

– Мог, – согласился Блэк, – но не захотел…

Голос Адама внезапно стал ниже, а пальцы, державшие моё запястье, сдавили его сильнее. В груди снова возникло это странное, ноющее чувство, мешающее дышать ровно.

– Я должен был увидеть тебя и убедиться, что ты в порядке… – добавил он.

Я подняла на парня взгляд, цепенея от прекрасной синевы его глаз. Он вновь улыбнулся, совсем слегка, но и этого хватило, чтобы моё дыхание окончательно сбилось.

Да что со мной не так?!

– Не возьмёшь? – спросил он несколько секунд спустя, а может и минут, я уже ни в чём не была уверена…

– Угу, спасибо, – невнятно пробубнила я и взялась за лямку рюкзака, но Адам отпустил его не сразу.

– Больше не броди по ночам в одиночку, Феникс, – вкрадчиво произнёс он и лишь после этого ушёл не оглядываясь.

Я застыла на месте, как вкопанная, провожая его взглядом. Сердце бешено колотилось в груди, а каждый вздох оставлял на языке привкус горечи. Но почему? Я сожалела? О чём именно?..

Сью, осторожно коснувшись моего плеча, с явным волнением, задала вопрос, который и без неё вращался в моей голове по кругу: «Что это было»?

– Без понятия… – пожала плечами, посмотрев на подругу.

От разговора нас отвлек шелест голосов, доносившийся со стороны школы. Мы одновременно обернулись. Браин сконфуженно нахмурилась. На крыльце здания стояло около десятка старшеклассниц, и большинство из них смотрели на меня в точности как Келли Ларсен, с явным желанием убить.

– Интересно, быстро ли по школе расползутся слухи? – шепнула я Сью.

– Боюсь, уже… – тихонько ответила она, взяла меня под руку и повела к заднему входу, чтобы нам не пришлось пробиваться через толпу возмущённых девиц.

Впрочем, к концу учебного дня ажиотаж вокруг появления Адама почти полностью сошёл на нет. Большинство одноклассников решили, будто Блэк приезжал, чтобы обсудить со мной пятничный концерт, не более. Меня удивляла логика местных девчонок. Они были готовы поверить в любую нелепицу, только бы их краш оставался нетронутым и, как следствие, свободным. И неважно, что я всего лишь официантка на полставки, не имеющая никакого отношения к организации мероприятий в «Роджере».

На ферму я вернулась около четырёх часов. После занятий мы с Браин зашли в кофейню, где выпили по стакану карамельного латте вприкуску с круассанами, немного поболтали на отвлечённые темы и обсудили предстоящие полугодовые тесты, отчаянно делая вид, что наша жизнь не изменилась. Нам обеим это было нужно.

Дома я постаралась вернуться к привычной рутине, гоня прочь мысли