Последняя дочь. Книга первая. - Катерина Райдер

В свете тусклой луны, в одиночестве, под величественными ветвями дуба, он казался таким прекрасным, словно герой грустного, но захватывающего фильма, от которого невозможно было оторваться, потому что очень хотелось узнать, чем закончится история.

Так кто же ты, Адам, – герой или злодей? Я до сих пор не могла отыскать ответа на сей вопрос. Но знала наверняка: каждый раз, когда приходила к выводу, что Блэк плохой человек, он давал мне повод в этом усомниться.

Наконец, Адам сделал несколько шагов к дому. Его движение вывело и меня из оцепенения. Широко распахнув створки окна, я перегнулась через подоконник и тихо спросила:

– Что-то случилось?

Блэк как-то странно усмехнулся, будто бы посмеивался над самим собой и, проведя пальцами по волосам, пожал плечами. Сложилось ощущение, что он был удивлён происходящим не меньше меня.

– Ладно, оставайся там. Сейчас приду, – внезапно решила я, прикрыв окно и на цыпочках вышла из комнаты.

Зачем? Не знаю! Просто почувствовала, что так будет правильно.

Пока я крадучись спускалась по скрипучей лестнице, в голове мотыльками кружили самые разные мысли: зачем Адам пришёл среди ночи? Что я скажу ему при встрече? Насколько сильно меня взволновал его визит? Но как только я оказалась в прихожей, все они разом испарились. Я застыла, глядя на входную дверь, совершенно не понимая какие чувства испытывала: смущение, удивление, страх, трепет и ещё целая вереница многогранных эмоций смешались внутри в ядерную смесь, содрогавшую моё сердце. Однако дольше тянуть время было нельзя, поэтому я, сделав глубокий вдох, открыла дверь и вышла на крыльцо. Блэк стоял на том же месте.

– Адам, ты знаешь, который час? – спросила я, опасливо поглядывая на окна маминой спальни.

Он едва заметно кивнул, поднял на меня нечитабельный взгляд, снова пожал плечами.

И всё? Это его ответ? Окей, попробую спросить иначе…

– Зачем ты пришёл?

– Я не знаю… – задумчиво произнёс Блэк, а затем двинулся в сторону крыльца.

Всего несколько неспешных шагов, и вот он уже стоял передо мной. Так как по ступенькам Адам подниматься не стал, я смотрела на него сверху вниз, что отнюдь не придавало уверенности, напротив, вызывало жуткую неловкость.

– Слушай, я и сам понимаю, как всё это чертовски странно выглядит, – начал он непривычно робко и неуверенно. – Не мог уснуть, решил прогуляться и даже не понял, как оказался здесь, само собой получилось…

Печально усмехнувшись, Адам нахмурил брови и слегка наклонил голову вбок, пытаясь поймать мой мечущийся в растерянности взгляд. Сейчас он казался мне очень уязвимым и настоящим, даже более, чем в ту злополучную ночь. Это будоражило…

Кто же ты на самом деле Адам Блэк? И какая из твоих масок истинная?

– То есть ты пришёл пешком? – предположила я, отметив, что рядом с домом нет ни его машины, ни мотоцикла.

Интересно, если бы меня не разбудил кошмар, я бы никогда и не узнала, что Адам был здесь?..

– Я же сказал: захотел прогуляться. Мы почти соседи, ты и сама наверняка уже сообразила. Через лес идти не больше двадцати минут, если знать дорогу.

– И ты её знал… – задумчиво протянула я, пытаясь понять, зачем Блэк привёз меня к себе той ночью, если мог отвезти домой.

Адам, словно прочитав мои мысли, сказал:

– Ситуация была критической. Если бы я привёз тебя сюда, неизвестно, как бы всё сложилось. Тебе нужно было прийти в себя, осознать произошедшее, отпустить. Люди склонны преувеличивать проблемы и мучиться без причины.

– Хочешь сказать, случившееся со мной…

– Я хочу сказать, – твёрдо оборвал меня Адам, – ты справилась, и отлично, потому что дала себе время пережить свою боль, вместо того чтобы пытаться угождать чувствам родственников или терпеть сочувственные взгляды друзей.

В воздухе повисла звенящая тишина.

Я задумалась над словами Адама. В них, безусловно, была доля правды. Яркий пример тому – Сюзанна. Узнав о нападении, она постоянно напоминала мне о нём, неосознанно вынуждая переживать боль снова и снова. Подруга делала это не со зла, а потому что волновалась, но от её заботы легче мне не становилось!

– Ладно, я пойду, – тихо сказал Блэк, отвлекая меня от размышлений.

Я взглянула на него с искренней печалью. Адам слегка улыбнулся, но его улыбка была какой-то уж слишком удручающей. Кажется, мы оба не хотели прощаться, понимали это и пытались скрыть друг от друга. От чего меня не покидало чувство, будто этот разговор мог стать началом чего-то значимого, и, если мы упустим момент, всё снова рухнет. Адам вновь станет холодным, грубым и высокомерным. Я буду ненавидеть его за это, но в глубине души искать причины, чтобы оправдать. Замкнутый круг… Надоело!

И когда вокалист «Blood and Roses» уже развернулся ко мне спиной, готовый сбежать в ночь, я, собравшись с духом, его окликнула:

– Адам, подожди!

Блэк обернулся. Его взгляд, полный непонимания, заставил меня усомниться в своём решении, но, чтобы не выглядеть глупо, я отважилась довести дело до конца.

– Не хочешь зайти?..

Глава 9

Оставшуюся часть ночи я так и не сомкнула глаз, бесконечно упрекая себя за чудовищно опрометчивый поступок. И зачем я пригласила Адама? Что заставило меня забыть о здравом смысле?..

Блэк, разумеется, отказался. Причём, уходя, укоризненно посоветовал мне не быть такой легкомысленной и тщательнее выбирать людей, которым я позволяю переступать порог своего дома.

Он ушёл около половины четвёртого утра, растворившись в ночной тьме, как будто никогда и не существовал, но определённо оставив отпечаток в моей душе, слишком яркий, чтобы его игнорировать. Однако каким был этот след, я так и не решила – тягостным, словно груз на сердце, или, напротив, пробуждающим необъяснимое влечение?

Утром я была совершенно разбита. Недосып давал о себе знать – голова страшно гудела. Даже бабушкин крепкий чай, настоянный на бесконечном запасе терпения и кофеина, оказался бессилен.

Мама снова уехала в город по делам. Интересно каким? Я была уверена, что Сандра не устраивалась на работу, поэтому её частые отлучки начали вызывать у меня вопросы. Например: откуда у нас берутся деньги на жизнь?

Позавтракав без аппетита, я отправилась к трассе, чтобы Сью не пришлось кружить по подъездной дорожке. Из дома вышла раньше обычного и, рассчитывая скоротать время, достала из рюкзака «Грозовой перевал».

Мне не нравилась эта книга, но я не привыкла бросать начатое. Отношения Хитклифа и Кэтрин казались мне воплощением нездоровой одержимости, где никакие красивые слова о