Мастер из качалки 4 - Александр Гримм

Впрочем, обдумать эту мысль Тигриный зодиак так и не успел, потому как битва с Крысой вдруг приняла весьма неожиданный оборот! Избитый Бык в кои-то веки оказался отпущен, ну или точнее, отправлен в полёт, а сам виновник произошедшего, так и не отняв правой руки от промежности, сам ринулся в бой!

— Это не меня заперли здесь с тобой, это тебя заперли со мной!

Тигр с изумлением наблюдал за тем, как спящий юноша отбивается сразу от ВОСЬМИ Зодиаков! Уворачивается от коварных выпадов Змеи, не глядя отмахивается от парящей над его головой Лошади, не пускает себе за спину вёрткого Зайца, с лёгкостью отражает все нападки Козы, блокирует тяжеленные удары Петуха и Собаки, что способны играючи проломить крепостную стену. И даже противостоит одновременному натиску Дракона и Обезьяны!

Столь удивительное зрелище заставило Тигра затаить дыхание. Он по праву считал себя одним из лучших воинов Мурима, достойным звания преемника Небесного демона, но даже он вынужден был признать, что противостоять в подобной манере восьми сильнейшим ученикам демонической школы он бы точно не сумел. Двум, возможно, трём — сомнительно. Но чтобы восьми! Такого Тигр представить уже не мог.

И пускай сражались Зодиаки не в полную силу, дабы не демонстрировать друг другу своих истинных возможностей, но даже так происходящее перед его глазами иначе как чудом было не назвать. А ведь противник восьми Зодиаков ещё и бился с закрытыми глазами, при этом разумом пребывая во власти дурмана!

Другое дело, что долго так продолжаться всё равно не могло. Рано или поздно Зодиаки просто обязаны были взять над ним верх! В этом Тигр ни капли не сомневался, хотя бы потому, что у Дурманящего экстракта тоже имелся свой предел.

И только Тигр успел об этом подумать, как сражавшийся против толпы Зодиаков юноша неуклюже пошатнулся. Со стороны могло показаться, будто он пропустил удар, однако зоркий взгляд Тигра не усмотрел ничего подобного. Скорее даже наоборот. За секунду до того, как потерять равновесие, Крысиный Зодиак точным ударом отправил Дракона в полёт, успел пнуть Собаку и даже по касательной зацепил локтем вёрткую Обезьяну. А оступился он лишь в самом конце, на первый взгляд без особой на то причины.

Зодиаки, в свою очередь, заметив эту его оплошность, тут же не преминули ею воспользоваться и сполна отплатить Крысу за все полученные ими побои. Они снова набросились на него всем скопом, но на этот раз куда более яростно. Теперь ими двигало ни желание утихомирить разбушевавшегося собрата и спасти свои шкуры, а всецело захватившая жажда мести. Каждый из восьми Зодиаков обзавёлся за время этой скоротечной схватки не одной парой ссадин и ушибов, и в целом смотрелся весьма потрёпано. А ещё в душе каждого из них бушевала обида. Обида, которую они всеми силами желали отквитать.

Ноги и руки замелькали с удвоенной скоростью. Каждый из затаивших обиду Зодиаков желал урвать своё и первым нанести поражение Крысе. Из-за этого некогда слаженная работа лучших учеников Мадоквана тут же начала трещать по швам, а стройная схватка стала столь же стремительно превращаться в пьяную драку за игорными домами.

— Ой дураки! — долетели до ушей Тигра слова Свиного Зодиака. А сразу следом за ними слуха Тигра коснулся настораживающий гул. Причём доносился он не откуда-нибудь, а из самого что ни на есть эпицентра схватки.

Источником же столь подозрительного шума оказался не кто иной, как свежеиспечённый Крысиный Зодиак. От тела юноши снова стали расходиться те самые чёрные волны, так напугавшие всех в самом начале. Вот только на этот раз выглядели они намного гуще, чем прежде, и, главное, чернее!

Но что хуже всего, чёрные волны внезапно стали расталкивать столпившихся вокруг Крысы Зодиаков, и с каждой последующей волной удавалось им это всё лучше и лучше.

Сначала Зодиаки отступили на шаг, но продолжали рваться вперёд, несмотря на неумолимую силу, идущую им наперекор. Затем самые лёгкие из них, Обезьяна и Заяц, вдруг отлетели на несколько метров, ну а вскоре, где-то после пятой волны, такая же участь постигла и остальных более тяжеловесных Зодиаков. Шестая же стала началом конца. Сопровождаясь страшным гулом, она ударила по разрозненным рядам Зодиаков и подобно приливу унесла их тела за собой, подняла в воздух, перевернула и с огромной силой впечатала в стены Драконьего павильона.

Сквозь оглушительный гул до ушей Тигра донёсся не менее впечатляющий хруст. Многовековой камень, добытый здесь же, на Кровавой горе, не выдержав подобного издевательства, позорно треснул. Тела восьми лучших учеников с лёгкостью проломили доселе нерушимую стену и, кувыркаясь, в потоке шквального ветра, унеслись прочь.

На площади перед Драконьим павильоном остались только трое: покрытый чёрной дымкой Крысиный Зодиак, переминающийся с ноги на ногу Свин, ну и, конечно же, сам Тигр, не верящий собственным глазам.

Последний, к слову, как раз разглядывал несущуюся на него седьмую волну и одновременно с этим молил Небеса о том, чтобы стена за его спиной не оказалась чересчур крепкой…

Глава 11

Боль! Такой боли он не испытывал ещё никогда. Болело всё, что может болеть: мышцы, кости и, казалось, даже кончики волос!

Гордый Зодиак ощущал себя так, будто стал жертвой стада обезумевших кабанов. Да и выглядел он немногим лучше. Дракон не мог оценить состояние своего лица, однако кровь, заливающая глаза, уже говорила о многом, впрочем, как и разломанная на части маска, вяляющаяся совсем неподалёку среди неопрятной груды камней.

Некогда эти самые камни являлись частью стены, что окружала его величественный павильон. И вот теперь из-за какого-то глупого недоразумения они больше не скреплены между собой клейким раствором, а расколоты на мелкие части. Точно так же, как гордость самого Дракона.

В этой странной битве помимо стены и его собственного тела, пострадало ещё и самолюбие Дракона.

— Как⁈ — прохрипел он в полной тишине.

На этот вопрос у Дракона, к сожалению, не находилось ответа, а рядом не имелось того, кто мог бы его просветить.

Когда Дракон очнулся, то не застал вокруг ни души. В компаньоны ему достались лишь бескрайнее звёздное небо да прохладный осенний ветер. Даже слуг не видно! Хотя отсутствие оных его совсем не удивило, подчинённые не имели права ступать во внутренний двор павильона. Это был его личный запрет. Дракон совсем не желал, чтобы какие-то безродные ублюдки попирали своими ногами взращённый