Дубликат - Леонид Жилеев

— Может, дать ему время подумать? — видя Максимово состояние, вмешалась Саша.

— Нет, — опять вмешался Шурик, — решать он должен сейчас. Пока мы все здесь рядом. Мы сейчас в роли экрана, понимаете? И то, что он сейчас решит, — это решит он сам, а не… — Шурик споткнулся на полуслове и только ткнул рукой с зажатыми в ней очками куда-то вниз, себе под ноги.

— Одним словом, Максим, посмотри на нас и скажи, хочешь ли ты перейти в наш отряд?

Впервые у пионера из среднего отряда спрашивали его желание. Максим оглядел собравшихся.

Сашка улыбается радостно и чуть кивает головой — она-то в ответе не сомневается и только ждёт подтверждения.

Сыроежкин и Женя так и сидят, не отпуская рук; им, кажется, нет особого дела до Максима — они заняты сами собой; но вот Женя бросила на Максима быстрый взгляд, сняла свои круглые очки и чуть улыбнулась. И оказалось, что зря он её побаивался, что это она сама всех боится, но готова подпустить Максима чуть поближе, переведя в круг доверенных лиц. Чего ей бояться, когда Сергей рядом?

Шурик сидит и протирает очки с отсутствующим видом, мыслями у себя в кружке. Но те два замечания, что он подал, говорят о его внимании к происходящему.

Лена подняла ресницы, кажется, изучила всего, пока Макс барахтался в её зелёных глазищах, и отпустила, сделав какие-то свои выводы.

Мику копирует Сашку, только улыбается чуть печально. Будто провожает во взрослую жизнь, которая будет далеко не мёдом.

Алиса смотрит насмешливо, но и с надеждой почему-то.

Семён — по лицу Семёна ничего не разобрать. Вообще непонятно, в каком он тут качестве, но что-то связывает его с отрядом; почему-то Алиса сказала про то, что он свой здесь, и остальные приняли это как должное.

Ульяна очень серьёзно ждёт ответа. И тоже смотрит оценивающе и почему-то чуть-чуть ревниво.

«Да что я маюсь? Не смогу я теперь в детские игры играть, хватит», — решился Максим.

— Да, я хочу перейти в старший отряд!

— Быть по сему! — Семён на мгновение улыбнулся совершенно по-детски, рот до ушей.

Впервые пионер из среднего отряда перешёл в старший по собственной воле. Глубоко в шахте под посёлком Шлюз что-то щёлкнуло и погасли лампочки на одном блоке, тут же вспыхнув на другом. И мир Сети ещё чуть изменился.

IX. Системные ошибки

— Шурик, как же так? — Сыроежкин огорчался совершенно искренне. — Столько работы, и всё зря. Ты ведь не мог ошибиться. И я за тобой всё проверял. И схема работает, сигнал — вот он. — Сергей кивнул на колечко, светящееся на экране осциллографа.

— Сергей, я думаю, что просто мы ещё слишком мало знаем о мозге, — Шурику было неудобно перед товарищем, но он старался не показывать виду: сказывался опыт Александра, которому случалось представлять неудачи в экспериментах как запланированные результаты. — И ошибка закралась в самом начале.

В окно открывался вид на заброшенное здание напротив — логово Яны. Она и сейчас где-то там, внутри. Или ещё где-то. Существование Яны напрочь игнорировалось Системой, поэтому уверенно видели её только те, кто знал о её существовании и уже необратимо проснулся, а таких было — только один Семён и вот, где-то в полушаге к этому состоянию, Ульяна. Да ещё Шурик и Мику, ударившие по своим мозгам сначала модулированным ультразвуком, потом — двадцать пятым кадром. Но Мику про Яну ничего не знала и поэтому пока отпадала.

«Я могу с большой вероятностью отключиться в следующем цикле. Я ещё не готов к активации, нужно оценивать объективно. Даже не знаю, должен ли я огорчаться этому, — размышлял Шурик. — Но вот Яну жалко. Надо попросить Семёна, чтобы приглядывал за ребёнком, пока меня не будет. Правда, он и так приглядывает».

Сыроежкин поднял взгляд от принципиальной схемы установки на напарника. Что-то с напарником было не так ещё со вчерашнего дня. Вот и сейчас Шурик стоял, замерев, уткнувшись лбом в засиженное мухами стекло, и только лёгкое шевеление при каждом вдохе выдавало в нём живого человека. «Переживает, — подумал Сергей, — неудачу переживает. Мне простительно ошибаться — я всего лишь школьник, и дальше городского КЮТа меня не знают, а вот Шурику тяжело. Он парень неплохой и большую часть работы на себя брал, но, наверное, привык только к победам».

— Саша, да чёрт с ним, с этим прибором. — Электроник подошёл и встал рядом. — Зато мы теперь знаем, что вот эта схема не работает и нужно делать другую! Давай подумаем, чем мы можем ещё заняться до конца смены. Может, робота доделаем? Или просто отдохнём? Или… Тебе же поступать в этом году. Может, будешь готовиться? У Жени есть кое-какие учебники, как раз на этот случай. Но тебе, наверное, они и не нужны.

«Добрая и наивная душа. Никогда не высовывавшаяся за пределы „Совёнка“ и Сети, потому добрая и наивная. Но он ещё что-то говорит».

— …Я со вчерашнего вечера вижу, что с тобой что-то не так, Саша, и дело не в нашей установке. Я могу чем-то помочь?

«Конечно, добрый волшебник дядя Сергей. Всего лишь верни назад старого Шурика. Или верни Александра и сделай так, чтобы однажды в автобусе рядом с ним проснулась Яна-человек. Это, правда, убьёт Яну-робота и нынешнего Шурика, но кому они нужны, кроме друг друга? Они — так, побочный результат сбоев в экспериментах. Но то, что дело не в нашей установке, — ты ошибаешься, дело именно в ней».

— Спасибо, Сергей. Дело именно в установке, что бы ты ни думал. Я справлюсь, не переживай. Так что давай в самом деле отдыхать. До конца цикла чуть больше недели, а что там дальше будет — никто не знает. Давай разберём этот агрегат и объявим всем, что факир был пьян и фокус не удался.

— Хорошо, Шурик. Вот только Лена огорчится — я пообещал ей, а тут такое… И знаешь, если тебе сегодня вечером нечем будет заняться, приходи в библиотеку. Женя на чай приглашала.

«Я сказал „цикла“, но Сергей, кажется, ничего не понял. А Александр бы сейчас проворчал: „С кем я связался?! С миксами!“ Или так: „Дожили! Два влюблённых микса!“» В голове у Шурика опять кто-то поворочался, но опять промолчал.

— Спасибо, но вам будет комфортнее без меня. Мне кажется.

* * *

Лена наблюдала за Максимом. «Действительно, как дружелюбный щен, тычется носом всем под колени и приглашает поиграть. А вот сейчас