Обратный отсчет - Токацин

сердито фыркнуть, но подумал — и только сощурился. «Может, и повзрываются. На этой бредовой планете всего можно ждать. Надеюсь, кривую станцию строить не придётся. И хоть что-то тут будет симметрично.»

28 день Пустоты, месяц Кислоты. Равнина, Сфен Земли, долина Элид, Элидген

«Четыре рабочих дня насмарку. И ещё два — потому что Текк’там мешают вода и ветер. Чем они могут им мешать — там, под землёй⁈»

Гедимин включил сигма-сканер и, досадливо щурясь, отошёл от обрыва.

Внизу остались складчатые крышки шахт и каменный ангар столярного цеха, наглухо закрытый со всех сторон. Гедимин видел только гребень жёлтой крыши — едва отступила темнота, низины заволокло серым туманом.

У дальнего склона громыхнуло — туман нарушил невидимую границу, и филк с бластером выстрелил на поражение. Кажется, это было ему в новинку — вместе со взрывом раздался изумлённый вопль. Гедимин беззвучно хмыкнул. «От филков есть прок. А к странностям… что ж, привыкнут или уедут.»

С утра потеплело до минус трёх, и аборигены осторожно выбрались из барака. Пока было темно, и туман не появился, они успели поставить шатры. Полевые кухни разворачивать не стали — готовили в бараке. Еда у них вроде бы ещё оставалась, хотя ни караванов с припасами, ни стражей с корзинами Гедимин не видел уже давно.

— У Броннов кончаются ягоды, — сказал Вепуат, останавливаясь рядом; на его лице не было ни тени усмешки. — Осталось на дне, и те сушёные. Их поделили по одной, и все ходят угрюмые.

Гедимин пожал плечами.

— У них что, привыкание? Умеешь снимать ломку?

Вепуат криво ухмыльнулся.

— Нечему там вызывать привыкание. Разве что психологическое… Надеюсь, стражи что-нибудь принесут. Хотя бы к утру. Ещё на два дня там точно не хватит.

За шатрами мелькнул жёлто-красный комбинезон — двое филков патрулировали покинутое стойбище и главную дорогу. Из живых существ на холме остались только сарматы — все, кроме туманников, перед рассветом снова попрятались в барак, а туманники, ещё позавчера высохшие в твёрдую корку, не подавали признаков жизни. Гедимин тронул один из них — сухой край «листа» надломился, и сармат оставил растения в покое, так и не выяснив, живы они, или вчерашние заморозки их добили.

— И снова тишина… — вздохнул Вепуат, глядя с обрыва на серую дымку. Тяжёлый токсичный газ лежал на дне низины. Изредка облака смещались, и это было никак не связано со слабым прерывистым ветром — Гедимин каждый раз отслеживал его направление, делал поправку на холмы, и всё равно получалось, что туман шевелится сам по себе. Активнее шевелились те облака, в которых было больше зелёных вспышек, — и со временем их число увеличивалось, а дымка становилась гуще. Снова громыхнуло на окраине — разросшийся туман «перешёл» ещё одну границу.

— Что там, всё-таки, взрывается? — вслух подумал Гедимин, взглянув на сигма-сканер. Все облака по периметру Элидгена были уже не раз просканированы — сегодня сармату всё равно было нечем заняться, кроме сканирования и дозиметрии. Сигма-лучи не «находили» ничего, кроме измельчённой взвеси растительных и животных остатков — это сошло бы за почву, если бы не клубилось в воздухе. Мелкая органическая взвесь, конечно, могла взорваться — например, от искры или резкого нагрева. Но как её нагревали омикрон-лучи, Гедимин не понимал.

Вепуат покосился на дозиметр и еле слышно хмыкнул.

— Видел?

Гедимин поморщился. На дозиметр он сегодня старался не смотреть. Прибор, на вид совершенно исправный, показывал полный бред. Гедимин только удивлялся, кто вообще добавил в показываемые символы для его экранов минус — додумался же кто-то до отрицательного радиационного фона…

— Два кьюгена по ЭСТу, а ЭМИА в минусах, — озвучил показания Вепуат, и сармат снова поморщился.

— Хотя бы сигма на месте. Как омикрон может быть отрицательным⁈

— Позавчера же был, — пожал плечами Вепуат. — И сегодня. Только ещё больше… или меньше?..

Он снова протянул сигма-сканер с развёрнутыми «щупами» к обрыву. Гедимин встал рядом, подозрительно глядя на туман. На месте облака, разорванного в клочья взрывом, постепенно формировалось ещё одно — из клочков соседних и слабой дымки, отделяющейся от скал. Зелёных огоньков в нём пока не было.

— Гедими-ин! — сармата крепко пихнули в бок, и он озадаченно мигнул. — Ты меня слушаешь?

— Нет, — буркнул ремонтник и на всякий случай отодвинулся. Вепуат выключил приборы и развернулся к нему — и, кажется, сделал это полминуты назад.

— От сканера никакого толку, — сказал он, досадливо щурясь. — Я говорю — без проб не обойтись. Надо спуститься и взять их. Во-он из того скопления.

Гедимин помянул про себя спаривание «макак».

— Куда⁈ — он сцапал Вепуата за плечо и дёрнул к себе. — Тебе когда ещё говорили — в туман не лезть⁈

Перья на плече разведчика с треском расправились, и Гедимин рефлекторно разжал пальцы и беззвучно выругался. Ладонь на секунду онемела.

— Да тут всё время что-то говорят, — Вепуат, пригладив перья, выразительно пожал плечами. — Токсичный газ — штука неприятная. Но я ж и не лезу туда голышом! Помоги мне обмотаться защитным полем.

Он вынул из кармана пробирку из чёрного стекла и зажал между «щупами» сканера.

— Черпать надо оттуда, где гуще, — деловито пояснил он. — Придётся отойти от холма… там разломы, кажется?

Гедимин тяжело вздохнул.

— Идём вместе. Зачерпнёшь — и сразу назад!

…Останавливать их было некому. Гедимин видел краем глаза, как у обрыва замедляют ход двое филков; один из них что-то крикнул, но туман поглотил звуки. Внизу его было больше, чем казалось сверху, — ещё на спуске сарматы погрузились в редкую дымку, а теперь она периодически сгущалась вокруг. Гедимин смотрел на сигма-сканер, выискивая рябящие разломы и замаскированную ксенофауну. Пару раз полоса ряби проплыла мимо. Никакого облика у неё не было, только дозиметр от неё «уронил» интенсивность омикрон-излучения на целый милликьюген.

— Ну, как? — тихо спросил Вепуат, оглядываясь по сторонам. Сарматы, обмотанные защитным полем, стояли посреди тумана; скалы сквозь него ещё проступали, но гораздо лучше были видны зелёные огоньки. Они двигались вокруг, и Гедимин видел, что с каждым шагом их становится больше. Он протянул руку к одному из них, но не нащупал ничего, кроме пыли. Зелёное свечение скользнуло по защитному полю, не оставив следов.

— Вон тот куб, — прошептал Вепуат, плавно поднимая «щупы» анализатора. — Целиком и в пробирку. Сможешь?

Пузырь защитного поля раздулся, вывернулся и захлопнулся. Гедимин держал