Обратный отсчет - Токацин

задними лапами в долину поползла грудная клетка и голова. Животное старалось не отрывать слишком много конечностей от земли — хотя бы четыре пары лап в любом положении её касались.

— Ну и манёвры, — покачал головой Вепуат, с безопасного расстояния наблюдая за зверем. — Прочные у этих тварей кости. И это со всеми полостями для облегчения…

— Очень надёжная конструкция, — пробормотал Гедимин, вспоминая «сканы» костей и суставов — он их долго рассматривал, сидя у реактора. — Неоптимальная, но надёжная. Я бы сделал немного не так…

Вепуат ухмыльнулся.

— Сомневаюсь, что кто-то сознательно их конструировал. Эволюция — она вообще не про оптимальность… Ну вот, ущелье освободили. Идём?

…Гедимин убрал грузы с весов и сделал новую пометку в журнале. Удивляться уже не хотелось, только грудь привычно сдавливало. «На пять процентов тяжелее. Как и в день Огня. Попробовать отследить полный цикл, благо он короткий. А потом ещё как-то объяснить эти странности местным. Тем, кто придёт продавать руду. Физиков там определённо не будет. Не знаю, что у нас выйдет с этой рудной биржей… Хм, может, Кайшу её запретит? Тогда всем сразу станет легче. А Вепуат постепенно успокоится.»

…Вепуат «дежурил» у защитного купола — с той стороны, где обычно Гедимин строил временные шлюзы, как будто его и дожидался. «Боится, что сбегу?» — невесело ухмыльнулся ремонтник, выходя ему навстречу.

— Вот я болван, — пожаловался Вепуат; говорил он немного невнятно. — Рот обжёг, как последний дурак. Чешется, хоть до костей обдери.

— Зачешется ещё сильнее, — машинально предупредил Гедимин, хотя, в общем-то, понял, что никто ничего обдирать не собирается. — Полечить нечем? Может, у Айзека спросить?

Вепуат отмахнулся.

— Заживёт. Хорошо, сегодня с трубкой не работать. Покажу Сэта бусы на штыре. Досадно всё-таки быть идиотом… Гедимин, ты сходи к стражу. Мы же хотели предупредить. А я сейчас… не очень внятный.

Он, досадливо щурясь, отхлебнул из запотевшей фляжки. Гедимин, сочувственно хмыкнув, повернулся к лагерю аборигенов. Уже начинало темнеть, и белый посох за шатрами горел ярко. Разглядев, кто его держит, сармат криво ухмыльнулся.

— Этот, может, поймёт с первого раза. Он с Сэта недавно общался, — пробормотал он и, кивнув на прощание Вепуату, пошёл к лагерю.

Хассинельга ещё можно было узнать (по рогам и хвосту, торчащим из-под одежды), но уже затруднительно. Он оделся полностью во что-то мешковатое, свисающее, местами украшенное бахромой и бусами. Гладкие просверленные камешки и косточки блестели у воротника, у пояса, на причудливой меховой шапке с отверстиями для рогов и даже на самих рогах. Больше всего Гедимина смущала обувь — у неё, похоже, была мягкая и гладкая подошва, и на осыпях она должна была отчаянно скользить. Хассинельг, отставив посох в сторону, разглядывал свои ноги — видимо, тоже думал, что конструкция неудачная, и надо бы её улучшить.

— Мастер Дим-мин? — страж запоздало поднял взгляд на сармата. — Как вы живёте в такой броне и ходите, не падая? Вот не люблю я сапоги…

Он приподнял ногу и пошевелил замотанной ступнёй.

— Про шкурки и тряпки спроси у местных, — отозвался Гедимин, подавляя неуместное сочувствие. — Может, чешуи какой наклеят. Тут позавчера был Гор. Говорил с ним?

«Инсектоид ходит без одежды и не цепенеет,» — мелькнуло в голове. «Хотя — инсектоиду одежда без толку. Разве что с подогревом.»

— Гор? — удивлённо переспросил Хассинельг. — Он что-то передать должен был? Не помню такого. Точно мне? Может, Руниену или в столицу? У меня так ничего нет…

Гедимин угрюмо сощурился.

— В горячий цех сегодня придут Сэта. Будут плавить стекло, — буркнул он, пристально глядя на стража. — Дверь мы закроем, чтобы Скогны не дёргались. Пока мы её изнутри не откроем, к ней не лезь. И всем скажи, чтобы не лезли. Кто-то вломится, начнётся драка — мы разнимать не будем.

На секунду сармату стало неловко — как всегда, когда приходилось давать невыполнимые обещания. «Ну, будем. Постараемся. Но не все доживут.»

— Сэ-эта? — Хассинельг наклонил голову набок. — Прямо здесь, на холме? В вашей постройке? В той, что дымится?

«Дымится⁈» — Гедимин быстро оглянулся на ангар. Над крышей дрожал нагретый воздух, стравливаемый из газоотводов. «Это ты дымящегося не видел…»

— Там, — не стал вдаваться в подробности он. — Туда лезть нельзя, пока дверь не откроется. Запомнил?

— Скажу, — страж оглянулся на Броннов и Скогнов. Карлики, оставив свои дела, незаметно собрались вокруг — как обычно, двумя плотными несмешиваемыми группами. Хассинельг заверещал, то и дело меняя тональность. Бронны поёжились и подались к повозкам. Скогны навострили уши и нехорошо оскалились, но громко визжать не стали. На тихие возгласы страж что-то ответил и широким жестом отогнал аборигенов к шатрам.

— Скогны говорят, что завтра их очередь работать, — перевёл он какую-то из реплик. — А сегодня, так и быть, пусть будут Сэта. Если ты говоришь, что вам с Вепу-а не нужна защита, никто не подойдёт. Только…

— Чего ещё? — снова насторожился Гедимин, убирая довольную ухмылку. «Скогны — существа, в целом, разумные. После стычки на огороде, видимо, дошло…»

— Я, страж, должен там быть, — решительно сказал Хассинельг. — Я встану там, у стены, — там места много, — и буду следить. Никакой помехи от этого не будет. А если что-то случится, я хоть маяк зажгу.

Гедимин мигнул.

— Думаешь, Сэта обрадуются? Чужак-зевака, да ещё и страж… Никто не любит, когда смотрят под руку.

— Я очень тихо, — заверил Хассинельг, показывая двумя руками, как зажмёт себе челюсти. — Близко не полезу. Но кто-то должен за вами присмотреть. Я думал переместиться внутрь, когда вы все будете заняты, и следить спокойно. Но это как-то нечестно…

Гедимин помянул про себя уран и торий. «Верно. Он бы в дверь ломиться не стал. Телепортировался внутрь… а потом мы выгребали бы пепел. Не нравится мне его рыло в цехе, но применение мозгов надо поощрять…»

— Ладно, — буркнул он. — Стой у стены. К печам не лезть, учеников не отвлекать!

Вепуат, увидев в дверях стража, ошалело мигнул.

— Хочет стоять тут и глазеть, — пояснил Гедимин. — Предупреди Сэта, чтобы сразу его не спалили. Может, его в поле замотать?

— Ага… — Вепуат на пару секунд задумался. Хассинельг, не дожидаясь ответа, проскользнул внутрь и, быстро оглядевшись, устроился в ближайшем правом углу. Как раз напротив него была