На золотом крыльце 5 - Евгений Адгурович Капба

А недвижимость в Ингрии — это больная тема. Особенно в центре. Вот бордель и прикрыли, поставив хозяйке диагноз «нимфомания» и прописав пару лет строгого режима в ИПБСТИНе, чтобы подумала над своим поведением…

В каждой камере я трепался с пациентами про всякую невообразимую дичь, а Рикович их колол. Так или иначе — разговоры сводились к Кошкиному Дому — настоящей, а не бутафорской штаб-квартире ингрийской Зоотерики. Где находится, как выглядит и чем занимается контора Общества защиты животных — это любой дурак мог узнать, просто в Сети потыкавшись. А вот всамделишная база…

Сервитутные группировки — Формацию, Зоотерику и Скоморохов, к которым недавно добавилась еще и Орда — традиционно не трогали. И я теперь точно знал — это была осознанная политика, потому что один вечер менталиста в дурдоме — и Сыскной приказ уже владел нужной информацией! Хотели бы раньше вскрыть этот гнойник — вскрыли бы раньше. И без меня. Я там вообще так, погулять вышел и рядом постоять.

— Я думал, мы аристократами будем заниматься, — сказал я, когда мы уже сидели в машине после тяжкого трудового дня. — Ну, кризис в стране, междоусобица, вот это вот все… Народ волнуется!

— Это — прерогатива приказа Тайных дел, крамолу искать, — отчеканил Рикович, запуская мотор. — Да, нас иногда привлекают как смежников. Да, династический кризис, международный кризис, социальный кризис и еще куча всяких кризисов. Но как будто остальные вопросы кто-то с нас снимал? Как будто основная наша работа сама собой рассосалась, потому что настал этот чертов «кризис»! Я хочу, чтобы ты запомнил одну очень важную фразу, Стажер… Слушай и запоминай!

— Внимаю! — я не мог встать по стойке смирно, поэтому попытался сесть по стойке смирно.

Получилось так себе.

— После боя будет мир! — отчеканил Шеф. — Понимаешь, о чем я?

— А я книжку такую читал! — тут же выдал я. — С таким названием.

— Хорошая, наверное, книжка, — по своему обыкновению хмыкнул Шеф. — Потому что эта фраза — ключевая. Мы сейчас тут можем все обдристаться от борьбы за престол, но когда кто-то победит — проблемы не исчезнут сами собой. В стране не появится больше денег, нами не станут править ангелы небесные, а уважаемые партнеры из Авалона, Японии, Османской Порты и черт знает откуда еще не перестанут желать откусить от нас кусок побольше. Мы продолжим вкалывать, кто бы ни надел на себя шапку Мономаха! Дворники должны будут подметать, крестьяне — пахать, учителя — учить, а такие, как я — мочить козлов. Или Кошек, если они ведут себя, как настоящие козлы.

— Что — с инвалидами это уже перебор? — глянул на него я. — Нельзя было их в крокодилов превращать?

— Есть договор… Устный, негласный. И Киса его нарушила. Не вся Зоотерика, нет. Пара отделений, в том числе — одно в Ингрии, этот самый Кошкин Дом.

— А тут их больше одного?

Он только фыркнул и взялся за руль, выводя машину с парковки:

— Давай, рассказывай, чему научился в дурдоме. Что видел, что понял, чему хочешь научиться еще…

И я стал рассказывать ему, что разглядел в эфире, пока мы ходили по палатам. Он вел машину и слушал. За пять минут монолога я почти иссяк и уже заканчивал:

— … получается, что все вербальные и невербальные средства применять не только можно, но и нужно! Это помогает «размягчить» пациента. Я даже дверь у Мухиной над головой увидел, представляете, Шеф? Как раз в тот момент, когда она про трех гоблинов рассказывала. Противно, конечно, но — сработало! Это что получается — мне не на менеджмент надо поступать, а на психологию? А еще я понял: принцип у ментала и у телекинетики схожий! Точно так же, как я достаю книжки с полки, и точно так же, как я могу, не видя, что в коробке, вынуть из нее какую-нибудь вещь телекинезом — так и вы кое-что можете достать у пациента из головы! — я выдохся и замолчал.

— Все? Закончил? Нет, ну, для первого раза — очень даже нормально. Я бы даже сказал — феерически! — похвалил меня Рикович.

— Просто я очень понятливый, — объяснил я. — Если мне интересно.

— А тебе интересно, да? Я вижу — глаз горит! — ухмыльнулся он. — Ну что, прежде, чем штурмовать Кошкин Дом, нам осталось навестить еще одно местечко. Посмотришь на ментал в боевом исполнении, хочешь?

— Еще как хочу! — заверил Шефа я. — А это далеко? Мне б за вещами заскочить, я как-то не подумал…

Мне действительно было стыдно: прекрасно ведь знал, что занести может в любой конец страны, а из Башни вышел без багажа! Хоть бы смену белья и зубную щетку с собой взял, дятел! Не надо чемоданов, но рюкзак-то тревожный взять можно было? И дюссак, опять же. Совсем без оружия невместно — аристократ я или нет? Хотя — какой там аристократ? Ей-Богу, дурак дураком: «Ох, стажировка! Ах, у Риковича!»

Идиот.

— Да не дергайся ты! И думай потише. Ну, протупил — бывает, — хлопнул меня по плечу Шеф. — Но во-первых — с сегодняшнего дня ты на казенном обеспечении, так что какое-никакое вещевое довольствие тебе полагается, а во-вторых — я все равно хотел в Орду заехать поужинать, прежде чем идти мозги кое-кому вправлять. Если у тебя на Тверской есть тревожный чемоданчик — нет проблем, забежишь.

— А мне и забегать не надо! — обрадовался я. — Вы, главное, рядышком припаркуйтесь, я рюкзак через окно выну!

— Вслепую вынешь? — покосился на меня Рикович.

— Как два пальца об асфальт, — браво заявил я. — И окошко за собой закрою, и ничего не разобью!

Конечно, я разбил. Форточку в квартире и боковое зеркальце — в машине. Потому что нефиг торопиться и выпендриваться, вот что!

* * *

Глава 10

Скоморохи

Никакой шаурмы в орде Рикович не заказывал. Он взял огромную тарелку салата из огурцов, помидоров, перца, зелени и брынзы, а еще — рубленое мясо с подливой и лепешку из тандыра — хрустящую и одуряюще пахнущую. Я тоже последовал его примеру: все-таки Шеф был человеком