Шипы кровавой розы - Джек из тени

Это была война нервов, война выдержки. Мы несли потери, за день я потерял троих Ястребов. Но и темные теряли своих лучших стрелков. К вечеру на стенах Крейгхолла стало заметно тише. Эльфы больше не разгуливали по ним с гордо поднятой головой. Они передвигались перебежками, пригибаясь, прячась за каждым укрытием. Страх поселился в их сердцах.

Вечером, когда стемнело, и дуэль затихла, я спустился с наблюдательного пункта. В лагере было тихо, солдаты сидели у костров, но никто не смеялся и не пел песни. Все прислушивались к редким, сухим щелчкам, которые доносились с передовой. Охота продолжалась и ночью.

* * *

Прошла неделя изматывающей окопной войны. Наш лагерь окончательно превратился в крепость. Сеть траншей и огневых точек опоясала лощину, как гигантская змея. Каждый день, с рассвета до заката, шла артиллерийская и снайперская дуэль. Обе стороны несли потери, если верить сухим цифрам, мы были в плюсе. Но больше всех от этого страдали орки.

Мои зеленокожие берсерки были рождены для яростной, стремительной атаки в ближнем бою, где они могли выпустить свою первобытную ярость. А здесь, в этих тесных окопах, они чахли. Они не понимали этой войны, где врага не видно, где смерть прилетает издалека, беззвучно и неотвратимо. Здоровяки сидели в своих блиндажах, чистили свои огромные топоры, мрачно смотрели на стены Крейгхолла и зверели от безделья.

Драки в орочьем секторе стали обычным делом. Они дрались друг с другом, отчаянно и зло, просто чтобы выпустить пар. Мне приходилось чуть ли не каждый день разнимать здоровенных воинов, которые сцепились из-за какой-нибудь мелочи. Урсула, их вождь и мой самый верный командир, едва сдерживала своих парней. Она носилась по окопам, её громовой голос разносился по всему лагерю. Она орала, ругалась, раздавала подзатыльники, но я видел, что и она на пределе.

— Железный, так больше не может продолжаться! — в очередной раз ворвалась она в мой штабной шатёр, размахивая кулаками. — Мои парни скоро начнут жрать друг друга от тоски! Им нужна настоящая кровавая битва!

— Я знаю, Урсула, — устало ответил ей, отрываясь от карты. — Но я не могу бросить их на стены, это будет бойня.

— Тогда дай нам хоть какую-нибудь работу! — взмолилась она. — Позволь нам сделать вылазку! Ночью! Мы подползём к их стенам и покажем этим ушастым, что такое настоящий орочий гнев!

— И попадём в ловушки, которые Каэлан для нас приготовил, — вмешалась Лира, которая, как всегда, сидела в углу и с невозмутимым видом точила свой кинжал. — Он только и ждёт, когда мы совершим такую глупость.

Урсула вымученно смотрела на лисицу.

— А ты что предлагаешь, хвостатая? Сидеть здесь и ждать, пока мы не покроемся мхом?

— Я предлагаю думать головой, а не топором, — парировала Лира, не меняя позы.

— Да, да — закатила глаза орчанка — мы в курсе, что ты у нас самая сообразительная.

— Хватит! — я ударил ладонью по столу так, что подпрыгнула лампа. — Обе!

Они замолчали, сверля друг друга взглядами.

— Урсула права в одном, — сказал я, пытаясь разрядить обстановку. — Нам нужно действовать, эта окопная война изматывает нас не меньше, чем их. Нам нужна победа, чтобы поднять боевой дух.

Я снова посмотрел на карту. И тут Лира, которая до этого, казалось, была погружена в свои мысли, вдруг подняла голову.

— Кажется, у меня есть для твоих парней работенка, Урсула, — хитро улыбнувшись сказала лисица, и в её глазах блеснул знакомый хищный огонёк.

Лира подошла к столу и ткнула своим длинным ногтем в точку на карте, фактически за крепостью Крейгхолл.

— Мои девочки, которые наблюдают за побережьем, докладывают, что уже третий день подряд на закате к побережью подходят три транспортных корабля под покровом ночи, покрутятся и уходят до рассвета. Похоже, Каэлан созрел и хочет наладить регулярное снабжение по морю.

Я посмотрел на то место, куда она указывала.

— Там есть охрана? — спросил у лисицы.

— Разумеется, — кивнула Лира. — патрули на берегу, но ничего серьёзного. Судя по всему, они уверены в своей безопасности.

— Мы можем их взять, — глаза Урсулы загорелись. — Ночью! Тихо подберёмся и перережем всех!

— Тихо, это не ваш стиль, Урсула, — усмехнулась Лира. — Вы устроите там такую резню, что шум будет слышен в Крейгхолле. Нет, здесь нужно действовать тоньше.

План родился в моей голове почти мгновенно. Он был, рискованным, собственно, как и любой за последнее время, но в случае успеха сулил не только материальную выгоду, но и огромный моральный подъём для всей армии.

— Мы атакуем корабли. — сказал, обводя их взглядом.

Урсула и Лира удивлённо посмотрели на меня.

— Но как? — спросила Урсула. — У нас нет лодок, мы же не поплывём к ним на брёвнах.

— Мы поплывём сами, — ответил я. — Точнее, вы поплывёте.

Я изложил им свой план. Сотня лучших орков Урсулы, те, кто вырос на берегах больших рек, под покровом ночи должны были вплавь добраться до кораблей, стоящих на рейде. Лира и её лисички обеспечивали бесшумное снятие часовых на берегу и на самих кораблях. Асаи со своими Ястребами, заняв позиции на скалах, прикрывал всю операцию, снимая дозорных со стен крепости.

— Ваша задача, Урсула, — объяснял я орчанке, — не захватить корабли, а устроить на них бойню. Все как вы любите, перебить команду под ноль.

— Как только сделаете своё дело, тут же уходите. Тем же путём, вплавь.

— Мне нравится! — осклабилась Урсула. — Кровь и огонь! Мои парни будут в восторге!

— А что, если они поднимут тревогу? — спросила Лира. — Гарнизон точно не спит.

— А вот это уже моя забота, — я улыбнулся. — Как только вы начнёте, моя артиллерия откроет отвлекающий огонь по Крейгхоллу. У Каэлана будут проблемы поважнее, чем какие-то три транспортника, так ему будет казаться…

* * *

Операция началась после полуночи. Небо было затянуто тучами, ночь была тёмной и тихой. Я стоял на своём наблюдательном пункте и в подзорную трубу смотрел на побережье. Видел, как три тёмных силуэта кораблей, сбросив маскировку, встали на якорь. На берегу и на скалах замелькали огоньки фонарей, началась разгрузка. Похоже, у Каэлана начинаются проблемы с припасами.

Я отдал приказ, мои пушки, до этого молчавшие, рявкнули, посылая в сторону Крейгхолла несколько десятков осветительных снарядов. Небо над крепостью озарилось мертвенно-белым светом. А затем мы ударили осколочными по позициям за ними, туда, где, по нашим расчётам, располагались казармы.

В крепости тут же началась паника. Забили тревогу, на стены высыпали солдаты. Осадные машины на башнях открыли беспорядочный ответный огонь, но они стреляли вслепую, не видя наших позиций. Прошло около часа, артиллерийская дуэль с Крейгхоллом