Костер и Саламандра. Книга 3 - Максим Андреевич Далин

Мэльхар вздохнул, как всхлипнул:

– Гроб же у них, драгоценный мессир. Моя могила, фамильный склеп… Что же делать-то… как голодный упырь, буду скитаться по ночам – если найду, где подремать днём, и меня не сожжёт Божий свет…

Ричард улыбнулся дружески:

– Это ничего, мессир. Противно, конечно, когда кто-то разоряет фамильный склеп и по твоей могиле топчется, но уж лучше так, чем аду в пасть, как думаете?

Мэльхар истово закивал.

– Вы ведь меня-то признали уже? – уточнил Ричард.

Мэльхар поцеловал руку и ему – и уж ясно, что не просто так, ритуала ради.

– Склеп я вам не могу пообещать, – сказал Ричард. – Но гроб мы добудем. Простой такой, знаете, некрашеный гроб для рядового состава. А уж всякие красоты и почести будут после войны.

Мэльхар смущённо улыбнулся:

– Гроб для штатского вроде меня – это ведь даже роскошь, верно, прекраснейший мессир Князь? Я слышал, таких неудачников просто заворачивают в плащ-палатку или в кусок брезента – да так и оставляют в Вечности?

Ричарда насмешила эта мрачная шуточка, а Ларс серьёзно возразил:

– Нет уж, Ричи, ему гроб нужен. А то где защитные знаки рисовать? Мы его пока спрячем, а потом надо будет спросить совета у леди Карлы и мессира Валора, что делать, чтобы Мэльхара гончие не разорвали. Хорошо?

– Из юного мессира выйдет великий некромант, – растроганно сказал Мэльхар.

– Да, – сказал Ричард. – Значит, решение принято. Нам надо торопиться, скоро начнёт светать. Нужно до рассвета перейти через фронт.

– Это просто, – сказал Мэльхар. – Уверяю вас, мессиры, мы пройдём, словно по Бульвару Роз в нашей столице! Я стар, дорогой Князь, и знаю несколько забавных трюков… полезных, если приходится иметь дело с живыми.

Не соврал. Я впервые пронаблюдала то, о чём только слышала раньше: как вампир поднимает туман. Мэльхар запел вполголоса, обращаясь к луне, – и туман светлыми струйками пополз из травы и из-под древесных корней к его ногам. Мэльхар пел – обращался к тайным силам Сумерек на языке Прародины, как некромант, но я никогда прежде не слышала этих слов, – а туман поднимался, как вода, как молочное море, затягивая лес и всё вокруг.

– А мы не заблудимся в тумане? – наивно спросил Ларс.

– Ну что вы, юный мессир! – рассмеялся Мэльхар. – Это же гламор, видимость, просто представление – и, уверяю вас, ни мне, ни Князю не помешает.

И они прошли чуть ли не прямо по позиции перелесцев. В тумане были слышны голоса, кашель, звяканье металла, смутным пятном горел костёр. Люди едва различались, мелькали тёмными пятнами в туманной белизне, как бесплотные тени. Ричард совой перелетел проволочные заграждения, а Мэльхар поднял Ларса, как пёрышко, и над колючей проволокой передал своему Князю.

Но на наших позициях их тормознули немедленно: на посту стоял некромант.

– Я вас вижу! – крикнули из траншеи.

– Если ты нас видишь, Кермут, значит, и меня видишь, – немедленно ответил Ларс. – Я пароль не знаю, но я тебя знаю. Ты Кермут, у тебя клеймо как у меня, ты тоже белый.

И хихикнул.

Вопрос закрылся сам собой.

Ларс прыгнул на шею мрачному заспанному Райнору – и у Райнора рука не поднялась отвесить ему подзатыльник или что-то в этом роде, хотя по выражению лица было понятно: хотелось.

– Будешь так меня пугать ещё – уши оборву, – сказал Райнор. – Будешь всем рассказывать, что это второе клеймо у тебя.

А Ларс бодался, как котёнок, заглядывал ему в глаза и улыбался:

– Ну что ты сердишься, Норси? Это же как разведка, это же сведения ценные!

– Сегодня же с санитарным эшелоном тебя отправлю домой, – сказал Райнор.

– Нет, – сказал Ларс тихонько.

– Что?! – поразился Райнор. – Ты, белая мыша, а ну смирно!

Ларс вытянулся в струнку, выдохнул и сказал:

– Разрешите обратиться, мессир Норси. У меня тут важные дела. С вампирами.

И только тут мессир Норси соизволил взглянуть на вампиров. Видимо, только тут окончательно проснулся.

Обменялся с Ричардом крепким рукопожатием – Мэльхар распахнул вишнёвые очи, глядя, как безумно нарушается древний этикет грамотных взаимодействий некроманта с Сумерками. Я подумала, что протезы Райнор, видимо, не снимает вовсе: у него был вид человека, с которым всё в порядке, он действовал руками как собственными.

– Спасибо, что вернул эту мелюзгу, – сказал суровый некромант.

– Хорошо получилось, – улыбнулся не менее суровый Сумеречный Князь. – Всё равно как вылазка в тыл.

– А этого откуда взяли? – спросил Райнор, хмуро кивнув на Мэльхара. – Этот фазан – не молоденький. Что он с вами делает? Ты полегче, Ричард. Мне твои обращённые рассказали, что сегодня ночью отбивались от гончих. Мы с Кермутом кровью поили твоего медика – твари его почти развоплотили. Девчонке я сам велел сидеть в блиндаже: девчонка слабенькая, одна видимость, сил ещё мало, не отобьётся.

– О господи, – прошептал Мэльхар, меняясь в лице. – Клянусь посмертием, я так и думал.

– Это мой… – начал Ричард.

Райнор перебил:

– Перебежчик, что ли? Смотри, пижон, тебе перелесские упыри распушат пёрышки-то! Они тут – по закону военного времени. Сумерки кончаются с рассветом, говорите? Ха!

Взгляд Мэльхара сделался безнадёжным.

– Не бойся, – сказал Ларс, про которого на время забыли. – Я тебя защитю. И всех остальных наших вампиров мы защитим. Да ведь, Норси?

– Ещё раз меня так назовёшь – к поварам пошлю! – рявкнул Райнор. – Обдирать луковицы! – И закончил, уже спокойнее: – Да уж само собой.

Я очнулась – и прямо глаза в глаза увидела улыбающуюся Вильму.

– Ты чего не спишь? – вырвалось у меня.

– Тяпка разбудила, – сказала Виллемина. – И правильно сделала. Ричард, дорогой, я безмерно вам благодарна: с вашей помощью я начинаю понимать некоторые вещи. О травнице, вхожей во дворец Рандольфа, сообщала и наша разведка. Более того: эта женщина – или девица, мы не знаем – бывает и в Святой Земле. Не при дворе Майгла, в резиденции Иерарха. Разведчики считали, что она либо посол, либо агент Святой Земли в Перелесье… но сейчас я склонна думать, что дело серьёзнее.

– Серьёзнее, государыня, – сказал Ричард, глядя на Виллемину, как на Око Господне. – Я, конечно, не очень учёный человек, но мне сдаётся, что не иначе как агент самого ада она. Вот и крутит хвостом – и в Перелесье, и в Святой Земле. Небось и в Девятиозерье путешествовала – да и повсюду, куда ад дотянул свои лапищи.

– Да, дорогой Князь, – кивнула Вильма. – Полагаю, что вы правы… Интересно, друзья мои: наши люди, которые её видели, простецы. Сказать о каких-то метафизических возможностях этой женщины они не могут. Но все они в один голос заявили: она