Пенрик и Дездемона. Книга 2 - Лоис МакМастер Буджолд

– Я в это не верю, – фыркнул Арисайдья.

У Никис на лице отразились сомнения.

Пенрик со вздохом откинулся на спинку сиденья.

– Минуточку…

Он поднял сложенные щепоткой пальцы и сосредоточился. Дез была права насчет своей теории про воду в пустыне – или, по крайней мере, в Седонии. Пен с радостью убедился в этом, когда крошечное холодное пятнышко выросло в градину диаметром полдюйма. Он наклонился вперед, взял ладонь Арисайдьи и уронил на нее льдинку. Арисайдья в ужасе поспешно стряхнул градину. Для убедительности Пен изготовил градину побольше для Никис; та хотя бы посмотрела на него с более уместным восхищением. И мгновение спустя наклонилась, чтобы положить льдинку в рот.

– Не надо!.. – начал ее брат, но она уже с хрустом раскусила градину и улыбнулась.

– Это настоящий лед! – И продолжила, обращаясь к Пенрику: – Иногда при дворе в Тасалоне бывает лед, но его привозят с гор зимой и хранят под землей. – Она прищурилась. – Если вы храмовый чародей, то должны были присягнуть Ордену Бастарда, верно?

– Да, он мой избранный бог. – Или избравший – Пен так этого и не понял. – Я действительно обучался в семинарии белого бога в Роузхолле, которая относится к местному университету.

– Но не на медицинском факультете?

Вы солгали? – спрашивали ее глаза.

Пенрик отмахнулся.

– Тогда мне хватало теологии, потому что я делал все наоборот, и в большой спешке. Храмовый чародей должен сначала отучиться на святого и лишь затем получить демона. В конце концов все встало на свои места.

Никис наклонила голову, сжав губы с сомнением, но не с тем, что испытывал ее брат.

– Вы не обманщик и не шарлатан. Ваши умения, пусть и сверхъестественные, не могли взяться из ниоткуда.

Именно это он не хотел обсуждать.

– Они были заработаны тяжелым трудом, но не только моим. Однако это не имеет отношения к делу. Меня отправили сюда как посредника, а не как целителя. Герцог Адрии совершенно искренне желает заполучить вас, генерал Арисайдья. Он будет рад, если я вернусь вместе с вами. И с вашей сестрой. Сейчас вы бежите, но этого недостаточно. Надо бежать к чему-то. Если в Скиросе мы свернем к побережью, думаю, я смогу найти для нас корабль в Адрию.

– Капитаны не любят брать на борт чародеев, – медленно произнес Арисайдья. – Говорят, это к несчастью.

Но не к такому несчастью, как быть пойманным, помогая имперскому беглецу, полагал Пен. – Э-э, диких чародеев – определенно. Храмовые чародеи знают достаточно, чтобы не устраивать хаос в корабельных снастях – и умеют этого не делать.

– А моряки могут их различить?

– Обычно нет, и потому я путешествую инкогнито.

Никис переводила взгляд с одного на другого, явно ошеломленная этим предложением распорядиться ее жизнью, не спросив ее мнения.

– Я не говорю по-адриакски. Я немного знаю дартакийский.

Пен с надеждой улыбнулся ей.

– Я могу помочь. Могу переводить. Могу научить вас.

Судя по тому, как нахмурились его собеседники, переговоры шли не слишком удачно. Он вновь попытался вернуться к сути:

– Герцог действительно хочет вас заполучить. Он считает, что с вашими талантами и опытом вы пройдете сквозь армии Карпагамо, как нож сквозь масло, и я с ним согласен. Хотя даже вы можете обломать зубы об их наемников из горных кантонов. Если только герцог не наймет вам собственные кантонские отряды, хотя ситуация может выйти очень неловкая и неприятная, так что, наверное, это плохая идея. Для моих бедных кантонов – определенно. – И секунду спустя добавил: – Адрия и Карпагамо творят друг с другом ужасные вещи при всякой возможности, но я хотя бы могу обещать, что там не приняты ослепления.

Никис ухватила во всем этом свободную нить.

– Вы не наполовину седониец, верно? Это была очередная ложь.

– Э-э, да. Я из долины Гринуэлл, что в горах в ста милях к востоку от Мартенсбриджа. Едва ли вы отыщете ее на седонийской карте. Или большинстве других карт.

– Эти кантоны вообще являются государством? – с презрительным сомнением спросил Арисайдья.

– М-м, скорее лоскутным одеялом из… городов-государств звучит слишком помпезно, городков-государств. Многие завоеватели – от Старой седонийской империи до Великого Аудара из Дартаки, от Саона до Вельда – пытались удержать разные кантоны, но никому это не удавалось. Мы не терпим иноземных беспорядков. Предпочитаем свои собственные беспорядки. – Губы Пена изогнулись в ностальгической улыбке. – Да нас и незачем завоевывать. В наших горах мало богатых рудников, а наши поля и того хуже. Если только вы не любите коз и коров. В основном мы экспортируем сыр и наемников. И то и то весьма хорошего качества, – добавил он со слабым всплеском патриотизма. – У нас часто идет снег. Когда не идет дождь. Быть может, поэтому я умею обращаться со льдом.

Боги, как он устал.

– Безумный, как три сапога, – загадочно пробормотал Арисайдья.

– Адрия хорошо вам заплатит, – сказал Пен.

Рот Арисайдьи скривился от отвращения.

– Не сомневаюсь. – Он вскинул подбородок и сверкнул рубиновыми глазами. – Я никогда не писал писем герцогу Адрии. Я писал письма герцогу Орбаса.

Глаза Пена расширились. Ага! – прошептала Дез. Недостающий кусочек мозаики наконец встал на место…

– Я не успел посоветовать ему прыгнуть в море, хотя и собирался. Удачно, что нас прервали, в ретроспективе. Когда мы прибудем в Скирос, можешь отправляться обратно в Адрию, с моими наилучшими проклятиями. Мы с Никис поедем на юг, в Орбас.

Он откинулся назад и непоколебимо сложил руки на груди. Губы Никис приоткрылись, она подняла ладонь, потом уронила ее, оставив свои мысли при себе.

Арисайдья добавил:

– И если ты попробуешь наложить на меня гейс, как на этих чертовых лошадей, я проткну тебя насквозь.

Пен украдкой сильнее прижал ножны ногой.

– Для меня это будет труднее, чем кажется. А для вас – труднее, чем вы думаете.

Фыркнув, Арисайдья закрыл глаза, кладя конец… всему. Пен его понял.

XII

Экипаж окутала напряженная, усталая тишина, которую нарушила лишь суматоха смены лошадей через первые пятнадцать миль. Слуга продал путникам чашки слабого эля, который Никис выпила за неимением других напитков, и они по очереди воспользовались конюшенным туалетом. Никис улучила момент, когда целитель… чародей… Просвещенный Пенрик, давший клятву храмовый святой, о боги, не мог их слышать, и увела Аделиса в сторонку, под дерево, нависавшее над двором для экипажей.

– Воротить нос от герцога Адрии очень мило, но ты заметил, что Пенрик – единственный из нас, у кого есть деньги?