Пепельная Пустошь: Новая земля - Токацин

дерево, тем больше ёрзали, расправляя крылья – а по неслышному приказу взлетели и исчезли в ветвях. С платформы выглянул другой эльф, помахал жезлом с цветным веером на конце. Микана-«проводник» свистнул ему и повернулся к Гедимину.

- Дом Уэнкельви приглашает тебя, Странник Хеммин. Что тебе нужно прямо сейчас? Отдых? Пища? Купальня?

…Увидев высоко поднятый глиняный бак и отходящие от него тонкие патрубки, Гедимин понадеялся было на водоподъёмный насос, хотя бы на «тяге» сторожевой лозы. Лоза, и правда, была – ей выдали четыре ведра для черпания из реки, на этом технические усовершенствования и закончились. Стекала вода обратно в реку через слои песка, листвы и угля; Гедимин не был уверен, что это надёжная фильтрация, но на луч включённого сканера при попытке проверить сбежался бы весь город.

В миканских купальнях Гедимин уже бывал; благо для гостей их строили отдельно, а среди гостей бывали нанны, сворачиваться клубком и ходить бочком не приходилось. Резной короб для мыла вешали в самом сухом углу, там же обычно лежало лезвие для состругивания мыльной «щепы», и висела чашка для её растворения. В этот раз короб был длиннее обычного, и чашек повесили больше. Гедимин заглянул внутрь и мигнул. Мыльные бруски со скруглёнными краями он уже видел, даже образцы брал, - ничего нового, простейший базовый состав, даже странно, что без эльфийских заморочек…

В этот раз микана заморочились. Кроме обычного бежевого бруска, в коробе лежали ещё четыре – светло-жёлтый, красноватый и два зелёных разных оттенков. На каждом были выдавлены изображения листьев или цветов.

«Любопытно…» - Гедимин аккуратно состругал острым камешком немного на образцы. Этого бы и хватило, но у сармата уже была догадка – и он, сдвинув респиратор, тут же её проверил. «Мыло с растениями? Так и есть… видимо, выделили эфирные масла и добавили. А правда, нос не режет. А красится?»

Цветную пену давало только зелёное мыло, и то цвет был неярким. Сармат хотел было проверить на коже, но опомнился, закрыл респиратор и окунулся в дезраствор. Запах у этого вещества был резче, но привычнее.

…Пока сармат ходил с респиратором нараспашку, кто-то порылся у него в мозгах, - так он подумал, досадливо щурясь на пару эльфов в гостевом зале. Кроме Гедимина, тут же ночевали трое скайотов, но они ушли от света за плетёную занавесь в углу, где на лавке были расстелены спальные мешки, - сармат еле успел заметить зелёную одежду с кисточками и любопытные взгляды. Вот со скайотами он бы пообщался охотнее – но те не стали мешать разговору с эльфами и вскоре затихли в своём углу…

- Увы, не все из дома Уэнкельви сейчас в Миэннисе, - сказал один из микана, с мельхиоровым обручем на лбу. Гедимин отметил мелкие лазуритовые и гранатовые вставки в растительном орнаменте. Второй эльф обошёлся обручем из кружевного дерева, но крупица лазурита перепала и ему.

- Многих поиск увёл к лесным озёрам, в дом наших соседей – древесного народа. Высокий Лес – сокровищница Богов Жизни и дорога на восток, к Великой реке. Древесный народ не решается пока двигаться на восток. Не был ли там ты, и что слышно от твоих родичей из восточных городов?

Гедимин качнул головой.

- Ничего. Там сильно трясло последние годы…

Пол на несколько секунд стал неустойчивым, башня едва заметно закачалась на подводном демпфере. Эльфы переглянулись.

- Да, земля на юго-востоке очень неспокойна. Потому мы и избегаем озера Нари и его южных берегов. Если это тревожит даже вас, сарматов…

- Скажи, Странник Хеммин, - вмешался микана в деревянном венце, - кто сейчас князь сарматов? И если их много – чей воин ты сам?

Гедимин мигнул.

- Сейчас – ничей, - неохотно ответил он. – Но могу поговорить за вас с любой станцией. Если с кем-то начались проблемы…

Микана снова переглянулись.

- О нет, мы живём в ладу с сарматами, - сказал один из них. – И гости из «Арамси» заходят к нам и бывали в Миэннисе. Но они не спрашивали о пахучих маслах микана – а ты что-то ищешь от Фиранканы до Миэннисы. Есть секреты мастеров Уэнкельви, и к ним мы не допустим даже тебя. Если же тебе нужна пара капель масла – тут запрета нет. Хочешь ли ты разгладить рубцы на коже? Сделать взор и разум острее? Или, наоборот, изгнать терзающий огонь из крови и снов? Земля Орина очень сильна, травы на ней, если не сгорают, усиливаются многократно, и мы знаем, как передать эту силу благовониям. Скажи, что ты ищешь?

Гедимин ошалело мигнул. «Да дались мне ваши секреты! Выделение эфирных масел – вот уж тайна так тайна! Я же видел ваши лаборатории, - что нового там могло появиться?.. Стоп. Что там про остроту разума?»

- Я думал, эти вещества просто пахнут… так, как вам приятно, - пробормотал он. – А это ещё и лекарства? И цветки кувшинки тоже?

Микана свёл пальцы в странном жесте.

- Нет «просто» растений, мастер-сармат. Как и нет «просто» книг в домах микана. Да, цветок Миэнкесви вобрал в себя силу земли и воды. Натри жемчужным маслом кожу за ушами, смажь виски – и кровь успокоится, а кошмары мёртвого мира отступят.

«Серьёзно? Настолько сильное вещество, что хватит пары капель на кожу?» - Гедимин с трудом удержался от недоверчивого хмыканья.

- А какое растение проясняет разум? И – Серым Сарматам его давали?

Микана переглянулись. Гедимин практически видел канал связи, вспыхивающий и гаснущий между ними.

- Багровая трава Циммен из города Скай, - ответил эльф в медном обруче. – Творение Жизни, пересозданное и возрожденное Мыслью богов и смертных. Князь Аэннари отправил полный фиал в пещеры Ксолата. Мы называем его «Огненный лёд». Нанеси по капле на каждый висок, и твой разум станет острее клинка.

«У Серых есть образец?! А-а… они же никому его не передадут. И сами изучить не смогут. Да и не будут, не их специализация…» - Гедимин сдержал разочарованный вздох.

- И есть даже такое масло, что убирает шрамы? – спросил он. – И застарелые тоже?

Эльф тронул серебристый обруч.

- Многожальник – растение большой силы. Но с ним нельзя спешить. Для приятного запаха и красивой кожи добавь каплю в чашу воды и умойся. Но если хочешь убрать вековой рубец – нужно чистое масло и много дней. И каждый день оно будет жечь и вызывать