Тактик 11 - Тимофей Кулабухов

Сказав это, маг резко развернулся и почти бегом направился вниз по склону, к своим людям.

Уходя, он забыл миску.

Я подобрал её и побрёл к обозникам, чтобы вернуть вместе с простыми деревянными ложками.

Тяжесть принятого решения давила на плечи, но одновременно я чувствовал странное, пугающее облегчение. Как это ни странно, мне хватило поддержки ровно одного человека. Пьющего, безалаберного, иногда паникующего, но верного и надёжного.

Я сделал глубокий, прерывистый вдох, словно сбрасывая с себя невидимый груз. Момент рефлексии закончился.

Чингисхан учил: «Боишься — не делай, делаешь — не бойся, не сделаешь — погибнешь!».

Вот такой он был простой философ-воин.

Как бы он поступил на моём месте? Да он бы снёс долбанных бруосакцев с горизонта.

Вернув миски, я прямиком направился к своей палатке. Внутри, как большой енот, хозяйничал Иртык.

Я откинул полог и вошёл внутрь. В палатке горела одна масляная лампа, её тусклый свет выхватывал из темноты стол с разложенными картами, походную койку и несколько сундуков с личными вещами. Воздух был пропитан запахом горящего масла.

— Прости, командор, чай ещё не готов.

— Ничего. Есть задача поважнее, чем чай.

Орк Иртык был одним из тех, кто не задает вопросов, а просто выполняет приказы. Он не подвергал мои приказы сомнению, и был начисто лишён любопытства.

— Я прошу тебя бросить все дела и отправиться в мой личный сектор обоза. Там, среди прочих вещей, есть несколько одинаковых металлических коробов. Они окованы железом и опечатаны моей личной печатью с гербом Штатгаля. Видел такие?

Иртык кивнул.

— Как узнаешь их, а спутать с чем-то их невозможно, возьми столько орков из Первого полка, сколько потребуется. Подтащите все эти короба к границе укреплённого лагеря. На восточный вал и станьте охраной. На вопросы не отвечать, никому ничего не объяснять. Сделаешь?

Иртык кивнул и молча указал пальцем в направлении оборонительного вала:

— Туда, босс?

— Да. Сделайте веревочные обвязки. Подготовьте всё, чтобы их можно было быстро вытащить на открытое пространство по моей команде. Но пока не вытаскивайте. Просто подготовьте. Перемещение, охрана, обвязка. Вскрывать запрещаю и тебе, и кому бы то ни было, кроме меня и Фомира.

Иртык слушал приказ, не меняясь в лице. Он не спросил, зачем это нужно. Он не поинтересовался, что внутри коробов. Он не выказал ни удивления, ни любопытства. Для него приказ командира был надлежащим исполнению алгоритмом. Он считал, что, если командир отдаёт такой приказ в такой момент, значит, это жизненно важно.

— Будет исполнено, командор, — произнес он.

Затем он развернулся и беззвучно, что не особенно вязалось с его габаритами, вышел из палатки, растворившись в ночной темноте.

Через некоторое время я услышал пыхтение.

Орки народ простой, они пёрли первую штуку, похожую по размерам на гроб — как гроб, поставив его на плечи шестерым матёрым бойцам, причём, судя по напряжённым лицам орков, весил контейнер чуть ли не полтонны.

Иртык двигался впереди, указывая дорогу. Он заметил меня и подошёл:

— Командор. Мы начали.

— Хорошо, — сказал я, наблюдая, как орки осторожно перетаскивают короб.

Я перешёл к валу и следил, как постепенно весь мой драгоценный груз доставляют, кладут на землю. Одних орков сменили другие и вот уже Иртык, отняв у обозников верёвки, делает систему обвязки, чтобы короба можно было нести или, вероятнее всего — тащить волоком.

Я потрогал ближайший. Металл был ледяным. Я снова почувствовал ту едва уловимую вибрацию, словно внутри спало нечто живое. Ну да… словно. Только в данном случае оно не особенно живое. Я провёл пальцем по своей личной печати, гарантии того, что какой-нибудь беспокойный обозник или сапёр не вскроет гроб в поисках топоров или молотков.

И хрен знает, какие были бы последствия.

Туман, который я заказал Фомиру, уже появился, а несколько его подручных расставляли по полю боя защитные амулеты.

Вместе с тем над палатками магической роты стал появляться, формироваться прямо из воздуха, дракон.

Дракон был ярко-зелёный, причём вовсе не статичный, он немного перемещался в воздухе. Магической роте пришлось пробежаться по позициям, чтобы предупредить, дабы избежать паники или попытки громадную и слегка подвижную иллюзию атаковать.

В общем, пока Фомир устраивал шоу, Иртык делал обвязки, а я ждал.

Орки, сделав своё дело, вернулись на позиции.

Иртык закончил приготовления, а я использовал Рой, чтобы позвать свой малый круг доверенных лиц.

Мурранг, Хрегонн, Новак, Фаэн и Фомир, которому пришлось отвлечься от иллюзии, пришли по моему зову.

Туман стоял густым, из него вынырнули мои побратимы, я попросил пехоту, охранявшую эту часть вала, немного отойти, после чего кивнул своим сотоварищам.

— Надо кое-что оттащить вниз, с холма. Начнём вот с этого ящика.

Иртык остался охранять те, которые мы ещё не взяли, Фомир кивнул и раздал всем амулеты сокрытия и магической защиты. Теперь, догадываясь, что я задумал, он превратился в перестраховщика.

Глава 11

Чит

Мы спустились с восточного вала, волоком перемещая нужный короб.

Первыми за толстые канаты взялись братья-квизы. Мурранг и Хрегонн упёрлись ногами в землю, их мускулы вздулись под кожаными доспехами. Я, Новак, Фаэн и даже Фомир, отбросив свое обычное нежелание заниматься физическим трудом, тоже вцепились в веревки.

— На счёт три, — прорычал Мурранг. — Раз… два… ТРИ!

Короб сдвинулся с места с царапающим звуком, цепляясь за камни местного грунта.

— Клянусь печенью бога Перкидая, он что, из чистого свинца отлит? — прохрипел Фомир, его лицо побагровело от натуги.

— Меньше болтай, больше тяни, — огрызнулся Хрегонн, не отрываясь от работы тягловой лошадью.

Мы тащили его вниз по склону и нам немало помогал наклон.

Процесс прошёл быстро и через десять минут мы были уже в нескольких сотнях метров от позиций Штатгаля, в серой зоне. Там мы вытащили короб на относительно ровную поверхность, в лощину у подножия холма.

Я отпустил верёвку и выпрямился, пытаясь восстановить дыхание. Остальные последовали моему примеру. Все тяжело дышали, покрытые потом и грязью.

— А теперь, командор, может, объяснишь, что это за цирк с конями? — спросил Мурранг, вытирая пот со лба. — Мы потратили драгоценное время и силы, чтобы вытащить эту дрянь в чистое поле?

— Да, — ответил я, подходя к коробу. — Тратили. И делали это одни офицеры, потому что я почти никому не могу доверять эту тайну. Фактически, вы и так в неё